Глава 25

Ева

— Ева Андреевна, вы не против музыки? — спросил водитель, поглядывая на меня через зеркало заднего вида.

— Нет, — помотала головой. — Простите, я не запомнила как вас зовут, — обратилась к улыбчивому сероглазому шатену, что уже не раз выступал в роли моего извозчика.

— Олег, — представился мужчина и смущенно улыбнулся.

— Рада знакомству, Олег, — отчего-то такой обыденный и в то же время искренний разговор помог мне на какое-то мгновение ощутить себя человеком, а не вещью.

— Взаимно, — поспешил отвести взгляд в сторону мужчина. — Какую музыку любите? — снова смотрела через зеркало, выруливая с парковки.

— Разную. В музыке я неприхотлива. Выбери на свой вкус.

— Понял, — растянул губы в довольной улыбке водитель, включая попсовую радиостанцию. — Расслабляет, — словно оправдываясь, добавил он.

— Расслабиться сейчас просто необходимо, — пробубнила себе под нос, отворачиваясь и давая понять, что не в духе поддерживать светскую беседу.

Смотрела в окно автомобиля и ничего не замечала. Люди, дома, машины, все слилось в один грязный мазок кисти. Прошло всего несколько часов после того, как… Даже мысленно не могла дать этому действию название и сознаться себе, что произошло там, посреди гостиной.

Когда Панкратов ушел, я, наверное, час просидела в ванной под резкими струями душа, стараясь смыть грязь, оставленную где-то там, под ребрами. Казалось, что пропиталась липкой, несмываемой грязью, заполнившей не только каждую пору, но каждую частичку моей души. Такой униженной и оплеванной не чувствовала себя даже после папиного ареста. Какой бы жестокой ни была травля, никому из незнакомых хейтеров не удавалось заставить меня испытать то, что с легкостью удалось Панкратову. Он смешал меня с грязью, растоптал, морально уничтожил. О таком первом разе я мечтала?

Был у меня парень в девятом классе. Мои чувства к нему казались такими необъятными и настоящими, что я даже подумать не могла о будущем, где мы не вместе. Мне казалось, это любовь. Нежный, красивый, добрый, заботливый — предел мечтаний любой девушки. И я знала, рано или поздно мы сделаем это, перешагнем черту. Но время шло, и за пару месяцев, проведенных вместе, я так и не смогла решиться на что-то большее, чем поцелуи. Хотела дать нам время, но его у нас не оказалось. Женя вместе с родителями переехал в Штаты. Не могу сказать, что я долго горевала. Видимо, не настолько сильной оказалась моя влюбленность, но после него так и не смогла построить с кем-то отношения. Хотя спустя время анализировала свои чувства к нему и понимала. Это оказалось лишь симпатией. Не кружило у меня от него голову и не порхали бабочки в животе. А без этих эмоций подпускать к себе кого-то ближе я не хотела и не могла.

Но, сидя под прохладными струями воды, я думала, что зря не перешагнула черту с Женькой. Сделав это тогда, не ощущала бы такой горечи сейчас. Жаль, время не обернуть вспять. Пусть так. Папина свобода стоит того. Папина свобода стоит гораздо больше. Поэтому я вынесу все. И даже заставлю себя поверить, будто мне это нравится. Смогу же? Я просто обязана.

Как только я вышла из душа, мне позвонил водитель и сказал, что будет ждать на парковке. Растерявшись, не сразу поняла зачем он приехал. А затем вспомнила унизительные слова Адама перед тем, как он покинул квартиру. Разозлившись, пыталась понять, что со мной не так. Да, я не избавлялась полностью от волос на лобке, оставляя аккуратный треугольник. Но из-за слов чудовища я сама себе казалась теперь лохматым монстром.

Запихнув обиду подальше, пошла готовиться к вынужденным процедурам.

— Пойдемте, Ева Андреевна, — заехал на парковку дорогой частной клиники Олег.

— Что это? — оцепенев, смотрела на вывеску с названием медучреждения и снова ощущала себя опущенной в ведро с помоями.

— У вас назначен прием у доктора, — прочистив горло, ответил мужчина.

В памяти всплыли какие-то строчки из договора о физическом здоровье, и тогда все стало предельно ясно, что именно они подразумевали.

Олег проводил меня до кабинета и остался ждать в приемной, пока я проходила осмотр у гинеколога и сдавала анализы. Я не стала интересоваться результатами осмотра, поскольку это меня совершенно не волновало. Пусть беспокоится тот, кто оплачивал это унижение.

После клиники Олег отвез меня в огромный СПА-центр, поделенный на женскую и мужскую половины, и на территории которого располагался элитный ресторан. Как выяснилось, после эпиляции мне полагалось еще несколько процедур. Выбрав шоколадное обертывание, массаж и поход в парную, отчаянно старалась вернуть себе ощущение полноценного человека. Но что бы я ни делала, снова и снова проживала свой первый оральный секс, сглатывая горечь обиды и не позволяя больше слезам литься из-за этого человека, пообещав себе, что никогда и ни за что не пророню ни единой капли по его вине.

Олег не торопил меня обратно в клетку, да я и сама боялась возвращаться в квартиру и снова встретиться с вынужденным любовником. Вопреки ожиданиям, водитель сообщил, что Адам Германович настоял на моем ужине в ресторане. А это означало лишь то, что сегодня я его больше не увижу. Погасив первоначальный порыв отказаться от такого щедрого предложения, вспомнила его жестокость и те жуткие слова, которым он так щедро осыпал меня, и тут же передумала. Пусть расплачивается за свою черствость. Если не могу отплатить ему тем же, заставив чувствовать себя ничтожеством, то буду отыгрываться другими способами. И для начала потрачу столько денег этого мерзавца, сколько окажется по силам.

Правда, взяла меню, и мой пыл тут же растерялся. Есть совсем не хотелось, а делать огромный заказ с целью насолить Панкратову — не в моих принципах. Это неуважение к персоналу ресторана и миллионам голодающих на планете людей. Поэтому, заказав лишь салат и чашку капучино, рассматривала рассеянным взглядом гостей в ресторане, подмечая наряды, настроения и пытаясь угадать род связи спутников.

— Ева? — позвал знакомый голос, при звуках которого сердце на мгновение остановило свой бег, а кожу осыпало мурашками.

Медленно подняла взор вверх и столкнулась с изумленным взглядом своей первой влюбленности.

Стук в груди возобновился. Шумно сглотнула и, как в замедленной съемке, поднялась на ноги, подавшись к мужчине напротив.

— Женя, — шумно выдохнула, обняв его за шею и приподняв лицо, прижалась щекой к колючему подбородку.