Глава 19
Этот поцелуй не похож ни на что из того, что я испытывала в жизни. Он клеймит, но порождает в моей груди щемящее чувство, потому что как он может дарить мне это, но при этом жениться на другой женщине? Лицемерие, ложь. Он лжет мне или ей?
Александр Тард просто не может быть честным даже перед собой.
Жизнь всегда несправедлива, я знала это с тех пор, как начала помогать крестьянским детям лет пять назад. Я – принцесса, которая ни в чем не нуждалась, а они голодали.
Судьба, как лучшая шутница перетасовала все карты и сейчас я едва могу оторваться от его губ, кажется, что я даже не могу расцепить пальцы, сжимающие его плечи, потому что все это может слишком быстро закончиться.
Он уйдет и в следующий раз так поцелует Сейнеру.
Ублюдок!
Холодный рассудок возвращается ко мне не с мыслью о Сейнере, а с мыслью о моих родителях. Они бы возненавидели меня, увидь все это.
Я спохватываюсь, распахиваю глаза и отталкиваю от себя Александра, замахиваюсь, чтобы залепить пощечину, но он перехватывает мою руку.
Он, уже не ожидающий сопротивления, все-таки уступает мне и отстраняется.
Я отворачиваюсь, смотрю в сторону, но чувствую на себе его пристальный взгляд, без ведома которого мимо моего лица не пролетит и малейшей частицы.
Дышит медленно, осторожно, будто пытается остановить этот момент, чтобы навсегда запечатлеть неловкость после поцелуя, который я считаю позором. Увековечить мою слабость.
- Я еще приду, - начинает Александр, не справляясь с хрипотцой в голосе, - мы муж и жена, так объявили не живые существа, а великие духи на священной земле.
Он отпускает мою руку и делает шаг назад, до последнего обводя мою фигуру взглядом.
- Я запасная жена, - говорю, уставившись на его спину, движущуюся к двери, - и раз так, то имею полное право завести и себе запасного мужа.
Александр останавливается, его ладони стискиваются в кулаки.
- Перестань, - то ли рычание, то ли шепот.
- Что перестать?
- Играть с огнем, Диана! Я выполню свой долг, и ты останешься здесь!
- Ты пытаешься усидеть на двух стульях, - выдыхаю, пытаясь скрыть горечь в голосе.
Плечи Александра медленно поднимаются вверх, будто под тяжестью двух валунов. Он набирает полные воздуха легкие. Тянется рукой к дверной ручке и выходит, хлопнув напоследок дверью.
Прижавшись спиной к стене, я еще долго пытаюсь прийти в себя. Почему все мысли, о чем бы я ни старалась думать обязательно приходят к Александру?
Что мне делать? Он заставит меня. Заставить любить, но ненавидеть все-таки сильнее. Кому-то из нас двоих должен наступить конец, иначе все, что мне уготовано – терзания.
Если бы у меня только была лидарная сталь… но здесь, в обители драконов ее нет, а если и есть – такое опасное оружие прячут пуще драгоценностей.
Чтобы скоротать время я решаю позаниматься магией. Нужно оттачивать мастерство. Настоящие маги могут поднимать вещи, я тоже могу, как в тот раз, когда случайно учинила разгром в комнате.
Но в этот раз решаю потренироваться на пере и только потом переходить к чему-то потяжелее. Нужно овладеть этим, чтоб пользоваться не только в состоянии ярости, магия не должна выплескиваться из меня, она должна идти наружу мягким потоком.
Усевшись на стул, уставляюсь на перо.
- Соберись, Диана, ты сможешь, сосредоточься на нём, - первые пару мгновений не происходит ничего, но я моргаю и вижу, как перо вздымается вверх, - это ведь не ветер, это сделала я?
Я растерянно оглядываюсь. Дверь закрыта, окно – тоже. Сквозняка здесь нет.
Это я… перо подчиняется моей воле.
Почему-то магия мне даётся очень легко, хоть это и не странно, потому что мать и отец тоже могли делать такие вещи. Я должна была вобрать от них самое лучшее.
До самого вечера я практикуюсь и ложусь спать, как только за окном полностью темнеет.
Во сне я слышу голоса родных людей. Мама… и отец.
- Доченька, Диана, - звонкий голос напоминает смесь тембров и отца, и мамы одновременно, - мы так ждали, когда ты соединишься со своим истинным драконом, и теперь мы сможем помочь тебе во всём, знай, что мы всегда рядом, и защитим тебя во что бы то ни стало!
Просыпаюсь я затемно. Ночью или уже под утро.
- Всего лишь сон, - хриплю, уставившись перед собой и по щекам катятся слезы. Я вытираю их и лицо остается неизменным, маленький огонек любви и надежды греет меня изнутри.
Внизу играет торжественная музыка. Я осторожно выглядываю в окно. Двери в общий зал открыты с улицы, множество гостей ходят в саду, если прислушаться, то можно услышать смех, лязганье столовых приборов. Какофонию звуков.
Свадьба, вдруг понимаю я.
Уже сегодня. Трей не стал терять ни мгновения, женил сына.
- Горько, горько, горько! – толпа на первом этаже дворца взрывается веселым криком.
Я сажусь на подоконник и обнимаю плечи руками, уставившись на звезды. Это закономерно. У Александра был долг, и он его выполнил, а я остаюсь ненужной попутчицей, которую он изо всех сил пытается привязать к себе.
Пожалуй, каждая собака во дворце понимает, насколько это глупо и бесполезно, а Александр – нет. Я должна стать второй скрипкой в их с Сейнерой отношениях? Об этом даже думать не смешно.
Я была первой. Я! Он мой муж на всех основания, но никак не муж Сейнеры. Их союз противоречит воле высших сил.
Я опускаю взгляд вниз и замечаю отца Сейнеры Мирела и Трея Тарда, выходящими на улицу вместе.
Подобравшись, прижимаюсь лбом к стеклу и пытаюсь применить свой улучшенный драконий слух. Они останавливаются прямо под моим окном, но заметить меня не могут, потому что в комнате темно.
- А что делать с девчонкой? – спрашивает Мирел, - это позор для Сейнеры, ты это понимаешь? Чтобы какая-то простолюдинка так её опозорила! По правде сказать, моя дочь вне себя от ярости, она не имела права выходить за Александра, пока эта девка здесь, но поздно ведь все отменять.
- Это не простолюдинка, - я чувствую, что отец Александра качает головой, его голос слегка приглушен, - это Диана Лейнер, и я не могу так просто её убить, Александр высказал свою позицию насчет нее очень…красноречиво, - вздыхает Трей.
- Позволь мне с эти разобраться, - ухмыльнувшись, проговаривает Мирел.
Трей что-то бормочет, затем они возвращаются к гостям.
Я некоторое время смотрю на свое перепуганное отражение в запотевшем стекле, к которому я прижимаюсь и ртом, и носом.
Чувствую – скоро ждать и мне гостей. Дверной замок исправлен, но для убийц, подосланных кем-то из королей или лордов такое не проблема. Для них не проблема даже пробить стену или залезть ко мне через окно из соседней гостевой спальни.
Я пытаюсь открыть дверь, но Александр закрыл её, и теперь я в клетке, ничего не остается, только ждать. Мысли спутаны, я не могу даже усидеть на месте и метаюсь из стороны, это напряжение не оставляет мои ногти в покое, скоро я сгрызу их до крови, я даже не знаю, что мне делать сейчас, проще смой спуститься и побежать, куда глаза глядят, но далеко я не убегу, я дам им бой.
Слышу голос, первое что приходит в голову - схватить вазу, стоящую на столе, она выдержала падение, когда я устроила погром в комнате, значит она прочная, я сильно хватаюсь за ручку чтобы она ненароком не выпала из моей руки, в качестве оружия сойдёт.
Я еле успеваю спрятаться в углу за шкафом и притихнуть. Темнота сейчас играет в мою пользу, но что дальше?
Меня всю трусит, я дышу носом и пытаюсь успокоиться, тише Диана, тише, ты сможешь, ты всё сможешь, главное успокоиться.
Приоткрыв створку, двое высоких мужчин в черных плащах забираются в комнату и вытаскивают кинжалы, принимаясь протыкать ими кровать с выдающейся яростью. Не далее, как минут пять назад я спрятала под одеялом несколько подушек.
Убийцы потрошат перья, но, когда поймут – доберутся и до меня, спрятавшейся в тени прямо за ними.
На моей стороне эффект неожиданности и если сейчас попытаюсь открыть дверь, то потеряю преимущество. Меня услышат.
Но бежать я не собираюсь! Ублюдки!
У меня есть особенная магия. Магия дракона, а вы – всего лишь прихлебатели кровавого Трея Тарда. Люди, не больше.
Мои глаза вспыхивают синем пламенем, когда ярость внутри доходит до предела. Словно под воздействием чужой души в моем теле, я делаю шаг вперед и наблюдаю за собой со стороны, громко рычу, но не своим голосом, а голосом моей матери:
- Доброй ночи, смертники! Но добра вы больше не увидите…