Глава 27

- Диана, просыпайтесь, время завтракать, - говорит знакомый мужской голос.

Что произошло ночью? Это было взаправду или всего лишь сон?

Тело стало легче, я спускаю с кровати одну ногу затем вторую, подхожу к окну и всматриваюсь вдаль. На глазах выступают слезы. Я снова видела их. Моих родителей. Они смотрели на меня с нежностью, совсем как раньше.

Я буду такой же матерью для своего малыша! Буду поддерживать несмотря ни на что. Никогда не стану отворачиваться от своего ребенка, какие бы ошибки он ни совершил.

Беременность у меня протекает сложно. Я почти все время сплю или хандрю. Живот растянулся, с каждым днем вставать с кровати все тяжелее, меня тянет к полу.

Несколько женщин, которые обычно помогают мне передвигаться, заходят в комнату, и видят меня стоящую возле окна, подбегают ко мне и придерживают.

- Не нужно, я не знаю почему, но я могу передвигаться сама, - говорю хриплым голосом то ли ото сна, то ли из-за слез.

Я действительно чувствую себя намного лучше. Меня наполняет сила.

Женщины отпускают меня, и я уверенным шагом направляюсь к выходу из комнаты, поглаживая руками живот. Чувствую, как малыш толкается и на моем лице непроизвольно расцветает улыбка.

Что бы со мной не происходило теперь, отныне я никогда не буду одна. Мне есть ради кого жить. Александра можно поблагодарить лишь за одно – он дал мне возможность стать мамой.

А в остальном… что ж, я не владею его сердцем по-настоящему, что бы он сам ни твердил. Поступки говорят лучше за человека, он столько раз меня предавал…

Смогу ли простить его за всю боль? Хотелось бы верить, что нет, но каждый раз, когда вспоминаю о нем – сердце сжимается.

Мое глупое сердце, преданное ему и преданное им. Я одна доказываю Александру свои чувства, а он неизменно их топчет.

Легко спускаюсь по ступеням и направляюсь к столу, Финриил и Каролина смотрят на меня, как будто я незнакомка, которая прокралась в замок ночью.

Я светло им улыбаюсь. Да, мне стало лучше, но не из-за того, кто должен был заботиться обо мне. Помощь пришла с того света, от тех, кого Александр уничтожил, потакая своей гордыне.

- Диана, - говорит мужчина, вставая из-за стола, - с вами всё в порядке?

- Да, мой друг, всё хорошо, - я готова смеяться из-за счастья, переполняющего мое тело.

Потому что… вдруг я понимаю, еще немного и я смогу избавиться от чувств к Александру. С каждым днем ненависти в моем сердце становится все больше.

Совсем скоро я не буду чувствовать ничего, даже если он упадает передо мной на колени. Потому что он жалкий трус, вот и все. Он не пошел против всего мира ради меня. Все, что он мог сделать – упечь меня сюда и затащить в постель другую женщину.

Он любит власть и любит себя. Эти две любви самые большие в его жизни.

После трапезы я встаю из-за стола и иду в сторону двора, Оши бежит следом, как и Финриил с Каролиной.

- Диана, подожди, помогите ей идти, - кричит Финриил.

Я поворачиваюсь к нему и улыбаюсь.

- Не нужно, я теперь сама могу справиться с этим, - говорю тихо, но твердо.

Обо мне есть кому позаботиться.

Я иду в сторону тренировочной площадки, встаю в центр, закрываю глаза и сосредоточившись на словах матери, которые прозвучали тогда в моей голове во время сна.

В голове появляется уверенность – я делаю все правильно.

Повторяю движение, что видела во сне, души кружатся вокруг меня в танце. Белые тени смазываются, тянут ко мне руки, прикасаются к моим ребрам и растворяются, соединяясь с моей душой.

Я резко открываю глаза и понимаю, что поднимаюсь в воздух. Живой мир и мир духов соединяются в одно целое. Все придворные смотрят на меня как на божество, Финриил и Каролина стоят на улице, уставившись на меня с открытыми ртами.

Души тянутся ко мне, выплывая из леса, из поместья, спускаясь с неба. Я впитываю в себя всю энергию, кружащуюся в воздухе.

На этот раз я сама управляю своим телом. Я снова прикрываю веки, а когда открываю их, чувствую, что глазницы горят лютым пламенем.

Десять тренировочных манекенов разом вспыхивают, как только я приказываю энергии внутри себя поджечь их.

- Получилось, - шепчу, взмахнув рукой.

Поворачиваюсь и с улыбкой смотрю на Финриила.

- Получилось! - выкрикиваю радостно и громко смеюсь.

Все люди во дворе вдруг начинают склоняться передо мной, падая на колени и низко опуская головы. Словно я божество.

Финриил падает с ног, и с ужасом смотрит на меня. С ужасом, но уважением.

- Неужели это связь предков? – голос смотрителя поместья дрожит. - Я много читал об этом, но ни разу не видел своими глазами.

Я размыкаю связь, выталкиваю из себя души и медленно спускаюсь на землю.

Финриил и Каролина подбегают, хватают меня под руки и ведут в комнату. Оба стараются не смотреть на меня. Оба испытывают благоговение, может, даже большее, чем испытывали бы к Александру.

Я чувствую… чувствую, как ребенок в моем чреве ликующе трепещет, впитав в себя сильнейшую энергию. Ощущаю – я ношу в себе невероятно сильного ребенка. И если бы любое другое дитя испугалось бы силы, то мое ее поглощает, управляет ею.

В комнате, повалившись на кровать я засыпаю с улыбкой на лице.

Не знаю проваливаюсь ли я в мир духов, либо просто сплю…

Передо мной мама сервирует стол. Отец стоит рядом, помогая маме раскладывать салфетки.

Они смотрятся такими счастливыми… влюбленными. Какой другой король делал бы такое для своей женщины? Точно не Александр.

Вдруг они застывают, поворачиваются ко мне.

Отец поднимает бокал, и продолжает смотреть на меня, широко улыбнувшись. Мама уверенно кивает.

Я бросаю взгляд на длинный стол. Посуда расставлена на полсотни человек. Кажется, впереди праздник.

Моргнув, я перемещаюсь к изголовью стола. С противоположной стороны сидит отец. Моргаю еще раз и по обе стороны появляются люди, усевшиеся на стульях с мягкой обивкой.

На них больше нет плащей, но это все те же люди, что были и в прошлом сновидении. Я вижу тонкие нити, тянущиеся от меня к каждому из них.

- Бабушка… - хриплю, уставившись на пожилую женщину, сидящую возле мамы.

Бабуля радушно улыбается и кивает мне. Ее седые волосы распущены по плечам. При жизни она никогда себе не позволяла появляться на людях без прически, а тут…

Тут она стала свободной…

Всё моё семейное древо. Те, кто был до меня.

Люди, сидящие по правую руку от отца, смотрят на меня светящимися звериными глазами с вертикальными зрачками. Драконы.

Все они великие ящеры. А я… у меня даже нет таких глаз, потому что я наполовину человек.

Но знать… быть причастной к чему-то настолько великому, к такому почтенному семейству, для меня это намного ценнее, чем заполучить любовь проклятого Александра Тарда.

- Дедушка… - выдавливаю сдавленное, увидев молодого Лейнера. Он умер еще до моего рождения в самом расцвете сил.

Я никогда не видела дедушку, но безошибочно его узнаю.

Я похожа на него даже больше, чем могла представить.

Не позволю! Я не дам Александру уничтожить меня или моего ребенка. Я буду продолжать свой род и сделаю для этого все, что понадобится.

Все поднимают бокалы, их рты складываются в одно слово, но из горла не вырывается ни звука.

Я поднимаюсь на ноги со своим бокалом и вдруг понимаю…

Диана. Они говорят мое имя.

Моргаю и оказываюсь в реальности.

Снова я просыпаюсь ночью, но не от стука в дверь, а от того, что начинаются схватки.

Воды отошли, и я чувствую под собой мокрую ткань.

Я вскрикиваю так громко от паники, охватившей меня, что весь замок просыпается. А, может, даже и звери во всей округе.

Спустя несколько минут повитухи вбегают в спальню.

Я мало что помню от боли. Время от времени я теряю сознание, мне под нос тычут вонючие ваты, приказывают дышать ровно и быстро. Тужиться.

Тужиться!

- Тужься! – кричит старая лекарка.

Комната вновь озаряется моим криком, полным муки.

Ближе к утру на свет появляется мое прекрасное дитя.

Моя малышка. Моя девочка.

Смотря на ее маленькое сморщенное личико, я понимаю, что не видела ничего более превосходного. И никогда не испытывала такой любви.

Эти чувства полностью меня преображают. Я понимаю, что выдержала бы в тысячу раз больше мучений ради нее, если бы пришлось.

На утро я уже кормлю её грудью, держу на руках и с улыбкой наблюдаю. Она как лучик солнца в кромешной тьме.

Я даю ей имя Лея, в честь моей матери. Пускай покоится она с миром, но знает, что не забыта.

- Я всегда буду помнить и любить вас, мама, отец, - шепчу, подняв глаза к тонкой полоске неба за окном.

На восстановление уходит несколько недель. Лея с каждым днем только хорошеет. Я с трудом могу заставить себя отойти от ее кроватки, даже когда девочка спит.

Не в таком же темпе как до беременности, но я продолжаю заниматься.

Александра не пишет. Не приезжает.

А я больше не жду. Все меньше о нем вспоминаю.

Он наплевал на рождение дочери, хотя я уверена, что смотритель поместья писал ему.

А я плюю на Александра. С высокой колокольни.

В один из дней во время тренировки я слышу стук копыт за стенами, оборачиваюсь и вижу, как стражник подымает руку и даёт команду.

- Открыть ворота!

Во двор въезжает величественная гвардия Дорхейма, следом скачет Александр на своём вороном коне, оглядываясь по сторонам. В тот же момент наши взгляды пересекаются.