Глава 37

Я сразу же спохватываюсь и притихаю. Сердце стучит где-то в горле.

Едва не подпрыгиваю, когда позади мне на плечо ложиться рука Оши.

- Все хорошо. Это кто-то из животных, в этом лесу много дичи, нам лучше не привлекать их внимание, - шепчет Оши.

Весь воздух входит из легких, когда я облегченно выдыхаю.

Да, Арслан так бы с нами не поступил. Он хороший человек, уж в этом я должна была убедиться уже давно. К тому же он ненавидит Трея точно также, как и я.

Просто… все это из-за переживаний о моей малышке Лее. Я боюсь подвергнуть ее еще большей опасности. Это дитя не заслужило жить так с самого рождения.

Маленькое невинное создание заслуживает лучших родителей, чем я и Александр… и все-таки я жизнь готова положить за нее.

- Прости, - прижимаю к себе крошку дочку и осторожно ее качаю. Готова расплакаться.

Я сделаю все, чтоб обеспечить для нее лучшее будущее.

- Мама всегда будет рядом, - шепчу ей на ушко.

Вскоре, когда ночь полностью вступает во владения леса, я ложусь рядом с малышкой и Оши. Глаза смыкаются сами собой, словно налитые свинцом после бесконечного дня.

Наверное, это один из тех немногих дней, когда я высыпаюсь и открываю глаза под пение птиц, а не от криков.

Солнце еще не взошло, и я решаю сейчас же идти, пока стражники в деревне спят после очередных ночных пьянок, а люди уже встают и собираются на работу.

Как раз в этот час мы с Оши могли б подыскать себе работу.

Я легонько трясу Оши за плечо, бужу ее, и мы, не теряя времени, выдвигаемся в сторону поселения. Достаточно большого, чтобы в нем можно было затеряться и не привлекать лишнего внимания.

В конце концов нас перестанут искать, а если и будут, то где-нибудь подальше. Вчера я ведь увела гвардейцев далеко отсюда.

Каждую секунду мы оглядываемся по сторонам, но, к нашему счастью, за весь путь к деревне в течении пары часов не происходит ничего опасного.

В прошлый раз пролетая над деревней я видела дом, который мне очень понравился, туда мы сразу и направляемся. Минут пятнадцать бредем по улочкам и в конечном счете останавливаемся возле хорошо убранного дома из белого кирпича и с черепичной крышей. Вокруг построения есть своя уютная лужайка.

- Бери малышку и стой позади меня, - говорю, обращаясь к Оши.

Мы осторожно поднимаемся по ступенькам. Деревня вокруг уже вовсю шумит и гудит, на нас никто не обращает внимания.

Стучу в большие деревянные двери, схватившись за кольцо-ручку.

Створки приоткрываются и изнутри дома к нам выглядывает приветливая на вид старушка лет семидесяти, её широкая улыбка заставила меня облегченно выдохнуть.

Думаю, найти работу будет проще, чем я думала.

- Доброе утро, миледи, - со вздохом начинаю, растянув губы в угодливой улыбке, - меня зовут Синди, а это моя сестра Сара и дочь Лея, я бы хотела спросить, не нужна ли вам помощь по дому, наш дом уничтожили и теперь нам некуда идти, мы могли бы помогать вам по дому абсолютно бесплатно, но боюсь нам нужен кров, всего одна самая маленькая комната, что у вас есть, так же я смогу готовить и делать все дела, которые от меня понадобятся, - на одном дыхании говорю я.

- Подожди, подожди, не всё сразу, в мои годы информация не так быстро усваивается, деточка, - говорит старушка, - проходи и поговорим.

Старушка отступает в сторону, пропуская нас в красивый коридор с бежевым ковром и стенами, покрашенными в мелкий цветочек.

Мы заходим в гостиную с двумя большими буфетами с красивыми сервизами, и садимся на широкий диван, пока хозяйка дома отправляется на кухню и приносит нам чай.

Следом приседает рядом с нами в кресло. И рассматривает с нескрываемым интересом.

- Говоришь, значит, некуда пойти? - спрашивает она, немного наклонив голову вбок и пригубив чая, - даже нету близких или дальних родственников?

- Может дальние родственники и есть, но я не знаю, родители мертвы, из родных только сестра и дочь, - отвечаю я.

- Хм-м, хорошо, меня зовут Агнесса, моего сына Виктор, он еще спит, как обычно, а я встала ни свет, ни заря, последнее время я мало сплю и всё становится делать сложнее и сложнее, обычный поход на рынок может занять около часа, поэтому, наверное, тебя послали ко мне высшие силы, - радостно говорит она, отставляю чашечку.

Я позволяю себе простую улыбку. Все складывается очень хорошо.

- Благодарю, миледи, вы не ошиблись, высшие силы и меня не обходят стороной в последнее время. Я могу выполнять любую работу, для моей сестры Сары нужно будет что-то менее сложное, она сама еще ребенок…

- Не спеши, допей чай, и я покажу вам вашу комнату, - тихим голосом говорит Агнесса.

Я быстро допиваю чай и подгоняю Оши. Лучше поторопиться, пока эта женщина не передумала.

В те времена, когда меня еще можно было считать принцессой, я часто была с мамой, когда она выбирала слуг на работу к нам во дворец. По опыту знаю, что лучше не медлить, потом нас с Оши выгнать отсюда будет не так просто.

- Мы готовы, - говорю я, отставляя пустое блюдце.

Агнесса мягко улыбается и кивает, поднимается, упираясь руками в кресло.

Дом оказывается красивым и дорого убранным. Должно быть, Агнесса высоких дворянских кровей.

Окна здесь увешаны шелковыми шторами, возле стен стоят множество шкафов, украшенных мраморными плитами с разнообразными книгами. На стенах роскошные барельефы. Даже есть небольшой бальный зал, в котором можно принимать до пятидесяти гостей.

Складывается ощущение, что почти все, что есть в этом доме изготовлено из серебра и красного дерева. Повсюду висят картины с изображением Агнессы, её мужа и сына.

На одной из них Агнесса показалась мне изображенной, словно в реальности. Это творение наверняка рисовал по-настоящему талантливый художник.

- А-а, я тоже первый месяц часто любовалась этой картиной… мой Питер тут такой красивый… муж умер неделю назад, вот почему я сказала, что бог послал тебя мне, - говорит пожилая женщина, улыбаясь широко, но как-то грустно.

Вот чего я не уловила до сих пор – в ее глазах, обрамленных сеточками морщин, много печали.

- А как же ваш сын? - спрашиваю я. - Не помогает вам совсем?

- Пьянствует он больше, - прискорбно отвечает Агнесса, качая головой. Ее сиятельная улыбка меркнет.

Она поднимается на второй этаж, и пока ключи от всех дверей звенят у нее на поясе, подводит нас к ближней к комнате, размещенной ближе к лестнице.

- Проходите, это, наверное, самая большая комната в нашем доме, я так подумала, ты с ребёнком и с сестрой, вас трое, а эта комната пустует уже много лет, можешь прибраться здесь для начала, а я пойду и приготовлю что-нибудь, как закончишь спускайся, могу я попросить твою сестрёнку помочь мне? - спрашивает она, наклоняя голову, чтобы взглянуть на Оши.

- Да, конечно, миледи, я помогу вам, - она спохватывается, пробует сделать реверанс и чуть не падает.

Мы обе, вместе с Агнесс, смеемся.

Вскоре они с Оши уходят вниз по ступеням, а я захожу внутрь предложенной комнаты. Первое, что бросается в глаза – мебель, накрытая белыми тканями и много пыли.

Я делаю шаг вперед и вдруг чувствую, как сзади на меня кто-то смотрит, проходит секунда и по заднице меня шлепает чья-то рука. Я резко оборачиваюсь и отскакиваю в сторону.

Сердце стучит где-то в горле.

Передо мной стоит мужчина. На вид ему что-то около тридцати. Худой, сутулый, с небольшими глазами, такого же цвета, как у хозяйки дома. От него веет алкоголем.

- Что такая милашка делает в моем доме? - спрашивает мужчина, ухмыляясь. Он едва складывает несколько слов в предложение.

- Что вы себе позволяете? - разгневанно спрашиваю я.

- Я Виктор, а ты воровка! Хоть и симпатичная. Я люблю наказывать таких, как ты.

- Я не воровка! Я теперь буду убираться в вашем доме и готовить, так что попрошу так больше не делать! – произношу, разгневанно прищурившись.

Этот мужик вообще не в своём уме?

- Может, ты позабавишь меня, раз теперь работаешь на меня? – говорит он и делает резкий выпад в мою сторону, чтобы прикоснуться к щеке.

Мои глаза вспыхивают, я чувствую, как нарастает в глазницах жар, а рука тут же окутывается синим пламенем.

- Во-первых, я работаю на твою мать, а во-вторых, я хотела по-хорошему подружиться, но, кажется, не выйдет, - говорю я сдвоенным, своим и более низким, похожим на отцовский, голосами, - делаю шаг навстречу побледневшему Виктору.