Глава 18. Птицы летают
Враналия
Все произошло слишком быстро. Дверь в покои резко выломали, стукнув со всех силы тяжелой ручкой стену, оставив вмятину на деревянной панели. Внутрь вольготно вошел Алэн с его двумя подростками-птенцами. У мальчишек горели глаза от возбуждения, а улыбки напоминали хищный оскал. Недолетки явно жажадали внимания и статуса со стороны старшего и во всем его слушались, когда же он начал говорить, парнишки лишь продолжали сиять улыбками одобрения.
- Так и знал, - сразу с порога начал ворон, - натравила на нас своего демона и довольна, да? Думаешь, я насколько глуп, чтоб не понять, зачем вы сюда приехали? – он махнул головой ребятам, и те бросились к сидящей в кресле Ралит и Розалии, которая тоже осталась с нами. Женщины охнули, а я напряглась, ведь к горлу каждой прижали по острому короткому кинжалу. Рукоять у орудий была инкрустирована драгоценными камнями.
Великая Птица! В такие моменты порой кажется, что ты предусмотрел всё, но оказывается – лишь возомнил себя слишком умным.
Джоррек, стоящий за моей спиной что-то прорычал. Рэй, конечно же, не оставил меня одну, но дракон уступал демону в скорости реакции.
- Единственным, кто может стать для меня проблемой являешься ты, одноглазый. Но я слышал, как донесли мне мои пташки из Замка Фениксов, свою сущность ты давно потерял, а значит, не способен сражаться в полную силу со мной, - он вытащил меч и без особых разговор направился прямо к нам, я и пискнуть не успела.
Хваленая реакция и тренировки пошли прахом. Я замерла, как мышь перед удавом, глядя в черные глаза этого монстра. Конечности занемели и перестали слушаться. С аристократа слетела вся спесь. Кусочками застарелой скорлупки, один за одним, открывалась истинная сущность ворона.
Падальщик, а не гордая птица. Джоррек, естественно, перегородил ему путь, но тогда Алэн замер и, смакуя каждое слово, произнес:
- Я успел заметить, как ты глянул на эту толстушку. Что, уже успел пошалить, дракон? Вы в замке какие-то смешные сутки, а устроили такой переполох…. А-я-я-й, подумай получше. Одно мое слово и птенцы перережут глотки этим дамам. Кого ты выберешь? Защитишь госпожу, или пару? Слыхал, у драконов особая привязанность к любимым. Да и редко они из встречают…
Джоррек испуганно повернулся в сторону, к тому креслу, где сидела Розалия и роняла слезы. Ее лицо застыло маской смирения. Будто она уже давно умерла.
- Нет! – вдруг крикнула я, резко обретя голос. – Тебе ведь не нужны они, так? Только я? Тогда…
На ватных ногах я сделала первый шаг, колено подогнулось, и этого движения было достаточно, чтоб ворон сграбастал меня в свои когти. Он повторил маневр учеников, поставив меня в безвыходное положение с холодной сталью у шеи.
- Я слышал стоны на нижнем этаже. Моих людей, скорее всего, нет в живых. Что ж… Матис никогда не мог навести порядок в своем замке. Еще бы, ведь я методично вытравлял его светлый ум долгие годы. Цветы Цетиуса, слышала о таких? Пара соцветий в чай, и некогда грозный противник становится безвольным овощем, пускающим слюни. Я с детства увлекался ядами… Это особое удовольствие…
Тут Джоррек хотел показать ворону насколько слабы драконы, но Алэн уже попятился в коридор.
- Э, нет! Мальчики, если он сделает хоть одно движение, режьте! – напутствовал убийца, отшагивая в темноту. Джоррек беспомощно замер посредине гостиничного зала. Но не слишком переживала за них, потому что имелся там, в комнате, один козырь, которого Алэн не заметил, или просто не принимал в серьез.
Старый Белый Ворон, старательно молчаливый во время прихода головорезов, прижал клюв и голову к карнизу, максимально притиснувшись к стене. Только особо пытливый глаз мог бы его заметить, и явно не в такой нервной ситуации.
Льдистые глаза Рэндэлла не умели обманывать. Он так старательно притворялся дурачком долгие годы, спасаясь от смерти и терпя унижения. Однако, бывший глава клана так и не решился покинуть родное Гнездо. Может быть, он надеялся найти дочь или просто… дожить жизнь в родных стенах. Самое время показать свой рассудок, старичок, давай!
Уже на лестнице я расслышала далекое и знакомое: «Кар-р-р».
- Шевелись девчонка! – Алэн больно пихнул меня в спину. Лезвие выпустило каплю крови. Горячая полоска скатилась прямо в ворот. Я сглотнула.
Страха не было. Парадоксально, но нет. Первая оторопелая реакция уступила место внутреннему гневу. Почему какой-то ворон решил вершить чужие судьбы? Какое он имеет право на подобные злодеяния?!
Он протолкал меня до конца коридора, и к несчастью, по пути нам никто не встретился. Хотя, искренне сомневаюсь, что у кого-нибудь в этом замке хватило бы духу иметь дело с самим Алэном. В конце обнаружилась едва заметная дверь. Ходом явно пользовались не часто, возможно по нему ходила только сама шайка наемников, и больше никто. По стенам скопилась паутина, его давно не убирали. Затхлый запах бил в ноздри, смешиваясь с терпким неприятным ароматом, исходящим от ворона сзади.
С каждым моим неуверенным шагом по заброшенной лестнице на нижний этаж, негодующая волна внутри становилась все сильнее. Скрипнувшая ступень подействовала как очередной раздражитель. Он травил моего деда! Вынудил благородного аристократа претворяться дурачком! Пытался убить меня, столько раз!
И делает это снова!
Великая Птица!
Во мне зарождалось дикое пламя. Та часть, где жил Феникс в вороньей шкуре взбунтовалась. Я упрямо запрокинула подбородок, рискуя снова поцарапаться, но безумие настолько застлало глаза, что меня просто понесло.
- Как смеешь ты, ворон, решать судьбу всего Гнезда? – выплюнула я, продолжая медленно и неотвратимо шагать вниз. – Кто дал тебе это право? Ты запугал многочисленный замок. И не надейся, что я оставлю все так!
- У-у-у… можно подумать, маленькой птичке виднее? Ты ничего не знаешь о местных порядках, Враналия. И не узнаешь, - он снова больно пихнул меня. От ворона пахло потом и травами. Душный флёр, от которого хотелось сбежать подальше, а не прижиматься спиной против воли к телу мужчины. Мерзко. Как же противно! – вот разберусь с твоим отрядом, и заживем как прежде…
- Мой отец не оставит вас в покое! – огрызнулась я скорее для проформы.
- Наивная птичка. Я прекрасно знаю о силах твоего отца. И поверь, экипаж наемников в горах Воронов будет побольше. Они только и ждут, что моего сигнала для нападения. Думаешь, я совсем идиот? Даже Дург, этот работорговец, ходит по небу за мое золото! Честно награбленное, между прочем, - добавил Алэн, перехватив меня сильнее. – та сделка с демонами была крайне выгодной. Представь, с тобой связывается один из посыльных самого Повелителя, и говорит, что их сильнейшему привиделось, что нэйтэ его – белая ворона. Дескать, сам Кель-Хар нашептал. Чудной народец. Но продать девушку оказалось до безобразия легко. А главное, он дал мне стартовый капитал для дальнейших действий.
Слова Алэна тревожили. Ведь я уже подозревала, но сейчас еще больше уверилась в том, что Рэндэлл – и есть его дедушка. А пропавшая когда-то подруга моей матери, беловолосая красавица местных кровей, единственная дочь главы клана – нашла пару в жестоком тиране с Рогатого Континента. И отчего Великая Птица порой к нам так жестока? Что пришлось вынести бедной женщине там, на чужой земле. Но… мой демон – доказательство того, что между родителями Рэя была любовь. Настоящая. Жаль, что она закончилась так печально. На глазах выступили слёзы.
Но тут я осознала! Он же ведет меня вниз!
Сердце сжалось. Там Рэйнэн… Расправляется с наемниками. И если он увидит меня в таком виде… он же озвереет! Мне впервые за всю жизнь стало по-настоящему страшно. Никакие прыжки по крышам и детские протесты не могли сравняться с ужасом той ситуации, в которую я загремела.
Огонь, струящийся в жилах, в нерешительности замер. Он не знал, стоит ли ему сжечь ворона, или превратить мою кровь в багровый студень. Самосожжение… Не такой уж плохой выход, если иного способа нет. По крайней мере, это не унизительно. И не больно.
Подумать о том, что кого-то из нас не станет в этом мире… Нельзя. На то у птиц и дается одна пара на всю жизнь. Единственная.
Без своей половинки можно жить, но смогу ли я? А Рэй? Стоило вспомнить его руки, глаза, прикосновения и то невысказанное, что постоянно висело между нами в наэлектризованном воздухе, я понимала – нет.
Если Алэн воспользуется ситуацией, и захочет перерезать мне горло, я сгорю вместе с ним. Он не убьет меня на глазах любимого.
И только сейчас я поняла, что так и не успела сказать Рэю самого главного.
«Я люблю тебя, мой демон. Давай станем мужем и женой». Слова гремели в голове призраками будущего. Слишком близкого. Нет…я еще не успела подумать… Я только начала действительно жить! Прежнее существование померкло, по сравнении с последними неделями, полными такого нежного, томительного и искреннего…
Нога зацепилась за безвольную конечность. Наемник в луже крови и собственных внутренностей лежал на проходе, практически перегородив весь коридор. Его тело было растерзано. Похоже… когтями? Но ведь Рэй не дикий зверь. Откуда такие раны?
- Стрэлл… Ты был хорошим солдатом, - процедил сквозь зубы Алэн, - давай, переступай, демонова подстилка! – выругался он.
Так и поступают жестокие люди. Пользуются слабостью других просто, потому что могут. И мне пришлось перешагнуть руку и голову черноперого. И проглотить оскорбление. А так же сделать еще несколько шагов на трясущихся ногах. Рэйнэн… что он сделает? Как мы спасемся? Или же… Я призову огонь. В крайнем случае, пламени достанет и на двоих.
Мы завернули за угол, и увидели ужасную картину.
Рэйнэн стоял посреди горы трупов. Его волосы были испачканы багряными разводами. Пряди развивались, наэлектризованные вверху. От локтя до кончиков пальцев его руки обросли серебряными чешуйками и шипами, а ногти снова изменились, став похожими на пять острых лезвий. Рядом с ногой любимого валялась чья-то голова.
- Браво! Отличные навыки убийцы, - выдал Алэн, наблюдая за демоном. – Ты мог бы стать первоклассным наемником. Знаешь, многие из них когда-то были рабами, а потом просто поняли, что могут не терпеть господ, а убить их.
Демон долго молчал. И я не могла смотреть на него без слез. Наши взгляды встретились. В голубых электрических радужках начала разыгрываться нешуточная буря. Шипы на руках заострились, как и все черты его лица. Перед нами стоял совершенный хищник, и ворон позади меня шумно сглотнул.
- Отпусти ее, и я не оторву тебе голову, - обманчиво тихо и медленно произнес Рэйнэн хриплым от злобы голосом. Он был в сущем бешенстве, и в стальных нотах сквозила нешуточная угроза.
- Нет, - просто ответил Алэн, сильнее нажав на лезвие. Новая струйка крови горячо стекла по шее. – Видишь ли, демон, у меня другие планы. Твоя жизнь в моих руках.
Ноздри Рэйнэна раздулись, резко вдохнув воздух. Но он не спешил нападать на ворона, бессильно поглядывая на нож у моего горла.
- Я… сожгу его… - просипела еле слышно, одними губами. Казалось, если сглотну, точно попаду под холодное лезвие. И слабые уши ворона не смогли уловить моих слов, а вот любимый – да. Его выражение лица неуловимо изменилось, и он так же, совсем еле видно покачал головой.
- У меня есть простой план демон. Ты сдохнешь, и она – тоже. Просто потому, что вы оба – большая преграда моему могуществу. А еще, вы слишком мало знаете о Гнезде.
Алэн сделал шаг в бок, подволакивая меня за собой, а потом резко, свободной рукой и не спуская глаз с демона, дернул деревянную створку на стене. За неприметной коричневой ставней скрывалось большое окно. И вид из него показывал синее вечернее небо и горы. Мы находились на приличной высоте от земли.
Но разве мы не на нижнем этаже? Я нервно закусила губу, продумывая способы выхода из ситуации и не находила их.
- Архитектура Гнезда обманчива. Теперь ты не умничаешь, демон? – хохотнул Алэн, сильнее притесняя меня к распахнутому большому окну. Край уперся в колени, из створки пахнуло свежим ветром, растрепавшим мои волосы. Черная прядь взметнулась вверх и затанцевала на пронизывающем воздухе. Холодно. Я украдкой взглянула вниз.
Там протирались холмы, усеянные соснами. Зеленые ветви тронула изморось. Кое-где лежал снег. Горы, а за ними море. Северное и враждебное. Слишком низко. И одновременно непозволительно высоко.
Я просто не успею перекинуться.
Рэйнэн дернулся в нашу сторону, но Алэн лишь рассмеялся.
- Знаешь, о чем думает твоя пара? Птицам нужно время для оборота. Она будет лететь и прекрасно осознавать, что разобьется. И это, существо, которое создано парить!
Я призвала пламя. Дикое, бешеное. Ого взревело вокруг, плавя волосы и раня кожу. Способное спалить меня и того, кто рядом за миг, но мне не дали даже этого времени. Алэн отдернул руки. Не успела. Самонадеянная гордая ворона поплатилась за свое нелепое упрямство. Нужно было не слушать Рэя, я просто сгореть.
Легкий тычок в спину, и в моих ушах уже свистит воздух.
Говорят, перед смертью, можно увидеть картины всей прожитой жизни. Видения, необычайно яркие, не избежали и моего сознания. Не было паники и страха, все стало вдруг не важным. Только сожаление, что не смогла сделать все то, чего так хотела. Спасти множество жизней. Сказать «люблю». Посмотреть в льдистые родные глаза и не наблюдать в них ярость и боль, а наслаждаться безмятежностью и радостью.
Вот… я – неуклюжий вороненок среди фениксов.
Вот, я – подросток, скачущий по крышам, вместо урока арфы.
Вот, я – спасаю первого измученного раба.
Вот, я – стою в вонючей палатке возле худого демона.
Вот, я – заслоненная им от вражеских снарядов.
Вот, я – впервые его трогаю.
Вот, я – в ванной с распростертыми огненными крыльями.
Вот, я – в его объятиях.
Вот, я – у самой земли.
Необычно, но тех секунд, которых было невозможно мало для оборота, оказалось достаточно, чтоб полились слёзы, а огонь, уже спущенный с поводка, продолжил сжигать меня и испарять малейшую влагу.
Вдруг, пламя зарычало и стухло, капитулировав с мерзким пшиком.
Вот, я – в руках Рэйнэна. Электричество гудит вокруг белоснежный крыльев.
- Поймал, - улыбается он и прижимает меня к себе как самое драгоценное сокровище. Вокруг гудят и покачиваются потревоженные сосны, тает снег на обугленной моим пламенем земле.
- Рэй… - хрипло говорю я, до сих пор мало что понимая. – Я тебя люблю.
В ответ я получаю еще более крепкое объятие. А потом долгий поцелуй со вкусом пепла и крови. Но такова природа фениксов, не сгорев дотла, мы восстаем из собственной пыли. Кожа на руках, в местах ожогов, засветилась золотистым сиянием и стала заростать прямо на глазах.
Я запрокинула голову, опасаясь атаки сверху.
- Не волнуйся, он уже лежит вон там, в сугробе. Мертв, - сообщил мой демон, шныряя льдистыми глазами по моему телу. Он волновался, смогу ли я восстановиться.
- Но как же ты успел?.. – хлопнула глазами. Жаль волосы не отрастут заново. С этими короткими рыжими кудряшками мне придется прожить еще долго.
- А это не я, - пожал плечами демон. – Джоррек. – Я сразу упал за тобой. У меня последние дни так лопатки чесались… - он поставил меня на землю. – Стоять можешь, любимая? Вот и хорошо. Так вот… я думал, зуд просто – психологическая реакция на смену обстановки или нечто подобное. Молчал. А оказалось, крылья режутся!
Он подхватил меня под мышки и закружил по обугленной траве.
Из мощной мужской груди, позитивной волной полился задорный хохот, который тут же захотелось поддержать. Мы выплескивали накопившееся напряжение последних дней. Демон перестал быть ощетинившимся и чешуйчатым. Успокоился.
Потом мы сидели, не спеша никуда уходить. Рэйнэн рассказывал, как его донимал зуд, и как он боялся мне о нем сказать. Он волновался, что тот связан не только с новой обстановкой но и со старыми шрамами от пыток. А я просто слушала его мерный голос и думала о том, как мне повезло. Великая Птица, на самом деле, отмерила мне дней больше, чем мне показалось.
- Рэй! – я спохватилась, когда заметила, что со стороны замковой стены к нам бегут люди. По походке я легко узнала Ралит, а еще ту, полненькую служанку и Джоррека. Над ними парил, оглушительно каркая Белый Ворон.
- Что? – он крепче обхватил мою талию, обдавая приятным свежим ароматом.
- Ты станешь моим мужем?