Глава 41 Красная зона

Посёлок покинули втроём — я, Сан и Дракот. На коротком совещании мы с охотником решили, что моему питомцу пора отведать красного мяса. Оранжевого он уже вволю накушался, пришла пора становиться настоящим элитным мутантом.

— Аудрэй, наконец-то я получу полный доступ к памяти своего рода. — обрадовавшись, вслух произнёс чёрный мутант. Голос при этом у Драка был рыкающий, гортанный.

— Поверь, в тех знаниях много печали. — тоном более мудрого товарища ответил муту абориген. — Вы, старшие, раньше часто враждовали между собой, из-за чего было много жертв среди младших и перворожденных. Эмао долго наблюдала за этим, и, устав от бессмысленной крови, однажды вмешалась — возвысила золотых над всеми, дав им часть своей силы. Мы, перворожденные, тоже сохранили память о тех временах, когда вы, старшие, убивали друг друга только из-за цвета кожи.

— Трах тебе в док! — возмутился Дракот, и добавил, уже мыслеречью, непосредственно мне: — Перворожденный рассказывает страшные вещи!

— Меня больше интересует другое. Насколько тебя разнесёт после приёма красного и золотого мяса. Вдруг ты увеличишься раз этак в десять, и не влезешь в космический корабль.

— Чёрный сильно не вырастет. — успокоил меня Сан. — Наберёт силу, крылья окрепнут, совсем тяжёлый станет. Редкий случай, я за свою жизнь ещё не встречал старших с нарушенным ростом. А мясо золотого не даст рост, только дополнительно усилит уже имеющиеся дары Эмао. Как и нам с тобой, Аудрэй.

— Стоп! Что значит — дополнительно усилит? — не понял я. — То-есть, мы не получим новые мутации, а лишь усилим старые?

— Ну да. — ответил Сан, не понимая, чего я удивляюсь.

— Тая, поясни! — пришлось обратиться к искину.

— Элитная мутация непредсказуема, Кэп. — отозвалась искин. — А золотая непредсказуема вдвойне. Есть несколько вариантов, как элитный мутаген подействует на тебя лично. Первый, и самый распространённый — разовое усиление трёх, а в случае с золотым четырёх твоих способностей на плюс один ранг. Второй, довольно редкий вариант — это когда элитный мутаген максимально усиливает самую слабую мутацию. Бывает, что подобное усиление превышает красную мутацию в полтора-два раза. И есть третий, очень редкий вариант — это когда тебе предлагается самому выбрать мутации, и усилить их по своему желанию.

— То-есть, если у меня есть три красных мутации, и элитная сработает по первому варианту, это даст мне три мутации ранга элита?

— Всё верно, Кэп.

— А если у меня не три, а две мутации?

— Результат предсказать сложно. По статистике лишь одна десятая процента подопытных получила активацию элитной мутации с тремя или четырьмя усилениями. В остальных случаях происходило усиление двух или одной из уже имеющихся, и полное неприятие третьей мутации после.

— Хм, риск остаться с двумя мутациями слишком велик. — негромко произнёс я, размышляя сам с собой.

— Аудрэй, скоро придём к моей захоронке. — сообщил абориген, отвлекая меня от размышлений.

— Это хорошо. Надеюсь, там действительно найдётся то, что мне нужно. Сан, до того, как появились пришлые, слуги Чёрного Даггара были слабыми?

— Почему ты так решил? Да, раньше они были слабее, но их было в разы больше. Сейчас младшие звери ежедневно гибнут тысячами, десятками тысяч от рук чужаков. Но, вместе с ними пришлые уничтожают и заражённых Чёрным Даггаром. Знаешь, у нас существует легенда о сером старшем слуге. Однажды старший зверь золотого ранга попал под влияние врага, и стал слугой Чёрного. Он изменился, цвет его шкуры потускнел и стал серым. Так вот, десятки, если не сотни старших погибли от его лап и зубов, прежде чем звери объединились и убили одержимого.

— Настолько силён был этот серый? — удивился я.

— Нет, просто очень умный. А вот большинство нынешних слуг Чёрного Даггара глупые, словно самые младшие братья.

— Ну, я бы не сказал, что они глупые. Скорее уж неживые, потому как действуют, словно запрограмированные. Ладно, позже вернёмся к этой теме.

Полчаса пути прошли в тишине — жёлтая зона, в которую мы вошли, не располагает к болтовне, как и к размышлениям. Всё внимание на окружающие нас равнину, обширные заросли кустарника и редкие деревья. И плевать, что со мной красный охотник и чёрный мут, мне та поездочка верхом на мамоне еще долго сниться будет.

Скалу, возвышающуюся над округой на добрые полсотни метров, я заметил издали. И совсем не удивился, когда мы взяли курс прямо на эту непривычно высокую возвышенность.

— Здесь Эмао особенно близка к нам, перворожденным. — поведал мне Сан. — Иногда можно услышать правильный ответ, если знаешь вопрос.

— Как ты сюда допёр всё железо, снятое с псевдомеха? — удивился я.

— Хобо-хобо помог мне. — улыбаясь, ответил охотник. — Я же погонщик, могу управлять любым зверем, вплоть до оранжевого.

— Ментальный контроль? Да ты реально крут. Надеюсь, от вас след не остался?

— Нет, Хобо-хобо может унести много, не оставляя следов. — успокоил меня абориген. — Сейчас увидишь, что я забрал.

Увиденный мной схрон был почти точной копией того, в котором я прятал Маньриуку. Отличием было лишь груда металлического лома, лежащего внутри. Сан, проследив за моей реакцией, спросил:

— Видел уже такие убежища?

— Да, и даже спускался однажды. В первый день, как попал сюда. — я вкратце рассказал историю своего знакомства с синей девушкой.

— Тебе непременно нужно увидеться с Маньриукой! — сообщил мне Сан. — По нашим обычаям она твоя женщина, и ты должен ей току-току. Такой долг нужно обязательно отдать, иначе женщина не принесёт ребёнка.

— А вот это уж как-нибудь без меня! — возмутился я. — Ладно, давай смотреть, что у нас имеется, и можно ли из этого что-то приспособить.

Орудийные стволы я заметил сразу, их мы и достали первыми. Ничего так, увесистые, но гораздо легче, чем я ожидал. Сам ствол, механизм, короб под снаряды, батарея, от вида которой я хмыкнул — у меня подобных имелось аж четыре. В общем, все вместе весило чуть больше тридцати килограмм. С моей бронёй, усиленной экзоскелетом, и мутациями я легко справился с оружием. Более того, мне понадобилось всего пять минут, чтобы разобраться, по какому принципу работает оружие.

— Ну-ка, посторонитесь. — попросил я, перехватывая ствол поудобнее. Да, стрелять придётся, что называется "с бедра", но с таким калибром по-другому и не надо. — Не пугайтесь, сейчас я немного пошумлю.

— Тум-тум-тум! — гулко загрохотало в руках орудие. Одна из тяжёлых пуль напрочь разнесла ствол стоящего неподалёку дерева. Его крона покачнулась, и понеслась к земле. Секунда, другая: — Хрясь!

— Ы-ы! — непроизвольно вырвалось у меня. — Бляха-муха, вот это мощща! Целых две, в рот мне ноги!

Помимо двух орудий из кучи, хм, запчастей я отобрал два полных короба со снарядами, и, чтоб мне трижды не спалось, целый блок, в котором разместилось аж двадцать заряженных под завязку энергоячеек. Не знаю, как и чем их заряжал псевдомех, но для меня такая находка была просто сказочным подарком.

— Вот это и это нам пригодится. — сообщил я Сану. — Остальное можно выбросить. Жаль, что боеприпаса мало. Но на один бой с золотыми мутантами хватит, я думаю.

— Время утекает, словно вода, Аудрэй. — произнес абориген, закидывая себе на плечо второе орудие. — Нам следует поспешить. До красной зоны отсюда шесть часов быстрой ходьбы, без остановок. По пути я расскажу, на кого мы станем охотится, и как.

* * *

Я впервые очутился вблизи от красного леса. Странное зрелище. Кроваво-красные листья, тёмно-зелёные стволы и ветви, алая трава. Похоже зона психор решила поспорить с голубой в яркости и неприятии для человеческого глаза.

— Сан, как можно ориентироваться в этом безумии? — спросил я, оценивая происходящее в зоне с помощью винтовочного прицела.

— Когда увидишь красного зверя, поймёшь. — усмехнулся охотник. — Как я уже говорил, местные жители не любят просто так покидать свою территорию.

— Ещё бы, да их за версту видно в других зонах. — ничуть не удивился я. — Ну что, полчаса прошло, можем заходить. Драк, держишься позади, при опасности не рвёшься в бой, ведёшь себя осторожно и действуешь по обстоятельствам. Всё, выдвигаемся.

Стебли у красной травы мясистые, сочные, надламывались и довольно неприятно хрустели под подошвами бронированных ботинок. Звук разносился на десятки метров, и потому я совсем не удивился, когда Сан, идущий справа и на шаг впереди, поднял левую руку вверх. Я тут же остановился, отдав мысленный приказ Дракоту замереть на месте. Неспешно сдвинул указательным пальцем флажок режима огня, переведя его в автоматический режим.

— Я чувствую, они приближаются. — прозвучал в моей голове ответ питомца. Впрочем, я и сам увидел их — двух приземистых ящеров, стремительно приближающихся к нам. Не высокими они казались лишь относительно своей десятиметровой длины, а так в холке были выше меня на полметра.

По ушам ударил протяжный визг, срывающийся в ультразвук. Даже шлем с встроенным шумоподавлением не справился с этой акустической атакой. Где-то внутри головы резануло болью, и я, зарычав, начал стрелять.

— Тух-тух! — короткая очередь прямо в раззявленную пасть одной из тварей. И тут же ещё одну, уже длинную, на весь магазин. Ящер споткнулся, его повело в сторону. Зубастая морда зацепила ствол небольшого дерева, и снесла его, словно незначительное препятствие. Твою то селезёнку, это ж сколько тонн весит красная зверушка?

Сбросил опустевший магазин в траву, и тут же загнал в гнездо новый. Благо, проделал всё быстро, специально тренировался. Тщательно прицелился, уже во вторую тварь, и в этот раз действовал чуть иначе.

— Тух-тух-тух!

Тяжёлые болты перечеркнули одну из лап зверюги, и огромная туша, уже набравшая приличную скорость, левым боком зарылась в землю. Почва под ногами вздрогнула, но я, не останавливаясь, продолжал стрелять, поливая болтами вытянутый череп твари. Чёрт, да в пасти этой ящерицы легко поместится две трети меня.

Быстрая смена магазина, и прицельный огонь по первому мутанту, так удачно подставившему бок. Две короткие очереди, и у громадной туши подкосились лапы. От падения нескольких тонн мяса на землю земля под ногами вновь вздрогнула.

— Тух-тух! — и вторая тварь, порывавшаяся подняться и продолжить движение, наконец затихла. Чёрт, три полных магазина на две твари, и не факт, что они мертвы.

— Сан, как думаешь, звери мертвы? — спросил я, устанавливая четвёртый магазин.

— Думаю да, только нам это не поможет. Сдаётся мне, сейчас сюда сбегутся все обитатели зоны. У тебя хватит твоих метательных снарядов, чтобы прикончить ещё десяток красных зверей?

— Ну, если с ними будет так же легко справиться, то почему бы да.

— Легко? — усмехнулся абориген. — Если бы я не использовал свою способность, ты бы мог не успеть убить младших. Я замедлил их свистом.

— Аудрэй, перворожденный говорит правду, я тоже слышал его свист, даже растерялся на некоторое время. — подтвердил слова охотника питомец.

— Сан, нахрена ты это сделал? Что, не мог сразу предупредить? — спросил я, вновь осматривая окрестности в прицел. — Мы же договорились вроде, что ты на подстраховке.

— Вышли два зверя, Аудрэй, я ожидал одного, которого мог взять под контроль. Глупая затея — притащить сюда детёныша старшего, похоже он привлекает красных, как идеальная добыча. Я не мог этого знать.

— Значит отступаем. — принял я решение.

— Бесполезно, они пойдут за нами. Придётся убить всех, или мы погибнем.

— Да твою же пчеломатку! — ругнулся я. Так глупо вляпаться на ровном месте. — Отходим, это приказ! До схрона с оружием совсем близко.

Из красной зоны мы буквально вылетели, особенно Дракот. Питомцу я вообще запретил садиться на землю так долго, сколько сможет. С его крыльями быстро не побегаешь.

— Йо-х-хоу-у! — раздалось позади нас, когда мы уже бежали по жёлтой зоне. Я от неожиданности даже замедлился, чтобы посмотреть назад. Твою же бабушку, от увиденного мне захотелось бежать раза в четыре быстрее. За нами, прорываясь сквозь кустарник, ломилось десятка полтора… Заключённых! А вот следом за ними, метрах в пятидесяти, виднелись мутаны. И их было много!

— Сан, вправо! — рявкнул я, перекрывая лавиной нарастающие крики, маты и рассерженный рёв зверей, каждый из которых шутя мог сбить с ног носорога.

Мы успели добежать до деревьев с жёлтой листвой, и даже спуститься в довольно глубокий овраг, когда один из мутантов нагнал горе-охотников. Маты тут же сменились криками боли, а рёв стал торжесивующим. Ошибся абориген, не за Дракотом пришли красные мутанты.

Полсотни шагов по оврагу заняли несколько секунд. И вот мы уже у схрона — заложенного жёлтым мхом. Вытащив наружу одно из орудий, я тут же рванул вверх, к краю оврага. Водрузив ствол на один из древесных корней, повёл им из стороны в сторону. Да твою же мать! Ещё семеро заключённых на ногах, и у них имеются все шансы выбраться из этой заварухи живыми.

— Хрен вам, а не комиссарского тела! — произнёс я с весёлой злостью, и выжал пусковой механизм.

— Тум-тум-тум! — короткая очередь буквально разорвала похожего на спрута мутанта надвое. Охренеть, вот это я понимаю разгондурасило! Что там за снаряды такие, разрывные что-ли?

— Ложись, мать вашу! — заорал я что есть силы, и, поведя стволом, вновь дал короткую очередь.

Очередной спрут, решивший расправиться с новой угрозой, разлетелся кровавыми ошмётками. Рано радоваться, мутантов ещё слишком много.

— Тум-тум-тум! — третьей очередью, самой длинной, я перечеркнул сразу трёх красных зверюг. Проклятье, так ведь можно почувствовать себя всемогущим, с такой-то фундервафлей.

На месте боя жёлтая трава уже прилично окрасилась в красный цвет. Не знаю, почему, но это подействовало на меня отрезвляюще. Дав ещё две очереди, я выпустил из рук орудие, и скинул со спины винтовку. Всё, хорош тратить ценнейший боеприпас, поработаем из личного оружия.

Спрутов я выбил всех. Из мутантов осталось лишь два зверя, похожих на быков-переростков с огромными рогами и клыкастыми пастями, и пять уже знакомых ящера, взявших в полукольцо выживших заключенных, огрызающихся из ручных болтеров. Увы, среди сидельцев не было ни одного, обладающего элитной бронёй. Визг сразу нескольких тварей заставил их попадать на землю и корчиться от ужасной боли.

Первый магазин полностью ушёл в голову ближайшей ко мне твари, не оставив ей ни единого шанса выжить. Два быкоподобных хищника, до этого жадно пожирающих останки одного из спрутов, тут же рванули в мою сторону. Очередь, ещё одна — бесполезно, у бычар похоже хорошая броня. Придётся вновь тратить боеприпас.

— Каждый раз грёбаная рулетка с этими зонами! — зло произнёс я, и уже собрался покрошить мутов в кровавый винегрет, когда в бой вмешался Сан. Справа загудел воздух, и в направлении быков понесся бордовый диск, метра полтора в диаметре. Мутанты не успели среагировать, и топор аборигена проломил голову одного и, ничуть не замедлившись, вошёл в шею второго. Первый тут же рухнул на пузо, закувыркавшись по земле, а второй, жалобно взревев, начал замедляться, пока не завалился на бок на его шее была крупная рана, из которой толчками лилась кровь, орошая тёмную рукоять топора. Охренеть, это какой же силищей обладает Сан, чтобы завалить одним ударом двух таких бычар?

— Аудрэй, стреляй! — рявкнул охотник, выводя меня из внезапного ступора. Я, тут же придя в себя и сориентировавшись, дал две короткие очереди по ящерам, после чего впервые в жизни увидел, как мутанты отступают. Два пресмыкающихся, резво развернувшись, рванули назад, в красную зону. Следом за ними поползла и третья, бок которой был разворочен. Эх, жалко, красный мутаген уходит.

— Осади, Андрей! — сам себя одёрнул я. — Нахрена тебе эти капсулы, когда на кону стоит возможность свалить отсюда.

— Аудрэй, я могу добить подранка! — внезапно раздалось у меня в голове.

— Отставить! — рявкнул я. — Садись в овраг и жди дальнейших команд!

— Раскажи мне кто раньше, что пришлый будет вот так приказывать старшему зверю, — прозвучал рядом голос Сана. — А тот беспрекословно подчиняться, не поверил бы.

— Ты мне зубы не заговаривай. Скажи, почему не почувствовал чужаков? У тебя же нюх на заключённых, за версту чуешь.

— Так они не с нашей стороны в красную зону вошли. Если бы не крик Кроко‐толо, я бы услышал их раньше. Но меня оглушило, поэтому не распознал пришлых.

— Ладно, позже обсудим. — принял я решение. — Сейчас посмотрим, что там с сидельцами.

С сидельцами всё было плохо. Только двое из них ещё дышали, но жить им оставалось совсем недолго. С такими ранами не выживают.

— Вы вольные? — еле слышно прошептал один из умирающих. — Везёт вам. А нас, словно рабов, загнали сюда обманом. Я мечтал выбраться отсюда, получить элитную мутацию. Не судьба.

— Зачем вы полезли в красную зону? — спросил я. — У вас даже элитной брони нет.

— А нас не спрашивали. — раненый хрипло закашлялся. — Это называется отвлечь стаю. Заключённые с элитными мутациями загоняют таких, как я, в красную зону под угрозой смерти. Мы чистим локацию, утаскивая за собой большую часть мутантов. А элитники заходят следом, и убивают одиноких красных зверей. Никакого риска.

— Вот суки. — вырвалось у меня. — Сколько их?

— Шесть. Все упакованы так же, как и… Хр-р… — раненый забился в конвульсиях, и вскоре обмяк. Отмучился бедолага.

— Значит не всё так чисто в датском королевстве. — пробормотал я, и перешёл ко второму сидельцу. — Ну а ты чего молчишь? Можешь что рассказать о элитных заключённых? Особые приметы, имена?

— Что, неужели мстить собираешься? — шёпотом спросил мужик, истекающий кровью.

— Нет, но может быть расскажу кому следует. А то как-то не по спортивному элитные сидельцы работают. Глядишь, и накажут их.

— И правильно сделаешь. Только не ходи в ближайшие крепости корпов. Там все куплены давно, и ты лишь подставишься.

— Я услышал тебя. Спасибо за совет.

— Проваливай уже, дай умереть спокойно.

Поднявшись с колена, я осмотрелся. Взгляд тут же задержался на Драке, который с грустью смотрел на тушу поверженного ящера. Надо бы поторопиться.

— Сан, слышал, что говорили пришлые? Давай я займусь сбором трофеев, а ты накорми Дракота. Не хочу задерживаться на открытой местности.

Трофеев набралось много — аж сорок семь красных капсул. По меркам среднестатистического заключённого — целое состояние. Можно прожить целую жизнь, не выходя из поселка, и при этом не нуждаться в еде, воде, и блокаторе.

Распределив ампулы с алой жидкостью в увеличенном контейнере, я убрал его в рюкзак и направился к оврагу, в котором засели охотник с Дракотом. Спустившись вниз, я уставился в глаза Сану, и произнёс командным тоном:

— Рассказывай, что за бред происходил последние сорок минут?

— Эмао поторапливает нас, Аудрэй. — с невозмутимым лицом ответил абориген.

— Сан, не надо делать из меня идиота. Что сейчас произошло в красной зоне?

— Он говорит правду, друг! — прозвучал в моей голове голос питомца. — Эмао желает, чтобы мы поспешили.

— Да вы что, сговорились что-ли?! — зло произнёс я. — Сан, а ну-ка давай по порядку. Почему твоя Эмао, чтоб ей икалось три ночи подряд, поторапливает нас?