Глава 9

Я не знала, сработает ли безумный план, который мы придумали вместе с сестрой. В любом случае стоило попробовать, раз уж удалось убедить отца привести Анну в столицу ради бала.

Родные должны были остаться в городе еще на пару дней, и вот на них-то у меня были грандиозные идеи.

Самого отца не было. Он ждал в машине. Второй билет нашей семье теперь не по карману, даже несмотря на то, что одному сопровождающему студента пропуск на торжество могли продать с большой скидкой.

Но долго говорить с Анной не вышло. Ей нужно было идти к сцене, там как раз начали представлять пришедших сегодня учеников, получивших «счастливый билет» на праздник.

Я осталась стоять рядом с выходом на большой балкон, высматривая в толпе сестру, которую то и дело загораживали парочки, кружившиеся в танце.

Краем глаза заметила блондинку, ту самую оборотницу, кузину моего «жениха».

— Хм, а что ты тут одна делаешь, где Георг? — она подозрительно посмотрела вокруг, будто я этого самого Георга могла где-то прятать.

Но не успела я придумать колкость, как Ибусов выскочил перед нами обеими, словно из ниоткуда. Взъерошенные волосы, расширившиеся горящие безумием глаза, будто произошло что-то ужасное, на шее краснели царапины, к костюму прилипли ветки.

Он схватил Алису за плечи:

— Где Азар?

— Он с Даниилой еще полчаса назад уехали. — оборотница испуганно втянула носом воздух. — Георг, что случилось? Ты что с кем-то подрался?

Но он уже потерял всякий интерес к кузине, схватил меня за руку и потащил к входу.

— Нужно скорее ехать.

— Что случилось? — Я оглядывалась на Анну, понимая, что не успею даже предупредить ее, что ухожу.

— Нет времени объяснять. Мы должны уйти, сейчас же.

Его дыхание было тяжелым, а взгляд сконцентрированным. Он смотрел по сторонам так, словно ожидал нападения в любой момент.

Внимание гостей было приковано к сцене, на спешивших к выходу нас особо никто не обращал внимания, но мне все равно было не по себе. Что могло так резко измениться?

Я была в замешательстве, с трудом поспевая за оборотнем, сбилась с дыхания и к тому моменту, когда мы подошли к выходу, должно быть, выглядела ненамного лучше, чем Ибусов.

Его машина стояла возле входа, но водителя в ней не было.

— Садись, — сказал Георг, открывая дверь машины.

За руль он сел сам, и я заметила, как у него, чуть подрагивали руки, когда он включал зажигание.

— Мы сейчас домой? — осторожно спросила, пока оборотень выруливал с парковки.

Праздник должен был продолжаться до самого утра.

— Нет. Сначала заедем в другое место. — Он набрал на телефоне номер. — Презент случайно ушел не по адресу. Хорошо.

И отключился.

Мой взгляд метался от приборной панели к дороге и обратно. Тревожная атмосфера нарастала с каждой секундой, заставляя все сильнее и сильнее сжимать руки.

Что могло произойти такого, что Георг себя так ведет? Ведь не убил же он кого-то в конце концов?

Внезапно машина свернула в неприметный переулок между жилой застройкой и резко затормозила, заставив качнуться вперед. Если бы не ремень безопасности, наверняка бы голову расшибла.

Но прежде, чем успела что-то сказать, Георг уже выскочил из машины и, бросив короткое «Сиди тут», исчез в темноте.

Я сидела в темноте внутри машины, слушая звуки ночного города. Шум движущейся машины, скрежет деревьев, перебивающий свист ветра — все это казалось угрожающим и непредсказуемым.

Нервно качала ногой, не зная, чем себя занять. Все происходящее слишком сильно напоминало мне то, как я впервые пыталась сбежать от необходимости учиться в Хозяйственной академии. Тогда мать наняла контрабандистов, которые через подставных лиц и с поддельными документами везли меня через всю страну, а потом тайными тропами пытались провести через границу.

Тогда план провалился, и нас поймали. Но затем мне все же удалось сбежать снова.

Я перевела взгляд на следящий браслет, который все еще был у меня на запястье. Может быть, выскочить из машины, разбить его каким-нибудь камнем (Ну а вдруг все же получится!) и броситься куда глаза глядят? Судя по тому, как взволнован сейчас Георг, сейчас ему явно будет не до того, чтобы меня искать.

«Нет, — сама себе ответила я. — Сначала, надо убедиться, что Анна не подходит для Академии, что с ней будет все в порядке». И вовсе не из-за того, что переживаю из-за Георга!

Вдруг тишину прервала громка вибрация на мобильном телефоне, который так и остался лежать на приборной панели. Я сначала испуганно дернулась, сердце забилось быстрее.

Потянувшись, я взяла мобильный в руку. На экране светился неизвестный номер.

Пока я раздумывала брать или нет трубку, вызов прекратился.

«Ну и хорошо», — с облегчением подумала я, попытавшись вернуть его на место, но телефон снова завибрировал.

Нерешительно нажала кнопку приема вызова и поднесла аппарат к уху, ни говоря не слова.

—Уже понял, что это я обшарил твои карманы, пока ты думал, что владеешь ситуацией? — Я моментально узнала голос, и по спине поползли мурашки. — Ну конечно понял, дядя рассказал мне, в какой панике ты покидал бал. Что ж, значит, я нашел нечто ценное. И не переживай, у меня остались контакты на службе, передам умельцам — они быстро расшифруют.

Я судорожно сглотнула и едва слышно выдохнула, но, должно быть, для слуха оборотня даже этого хватило, чтобы понять — на том конце провода не Георг.

— Хм… кто же это там меня слушает? Иванна? Это ты? — тон моментально поменялся, в голос оборотня закрались мягкие раскатистые нотки.

Я не отвечала. Роберто Риарио на том конце провода тоже не спешил. Чуть отодвинув трубку от уха, заметила кнопку на экране «включить запись». Надо же, как удобно. А Георг предусмотрительный.

Долго играть в молчанку оборотню было не интересно. Картинно вздохнув, он произнес пренебрежительным тоном:

— Если доказательства, которые я добыл против Ибусова, себя оправдают, то ты будешь мне больше не нужна. Я, знаешь ли, не люблю строптивых. Мне нравятся нежные и покладистые, заглядывающие в рот. Так что наслаждайся своим женихом, пока он еще на свободе.

Поняв, что он сейчас положит трубку, я поспешно выпалила:

— Если вы так уверены, что ваши «доказательства» что-то стоят, то звонили бы разве сюда?

Ну в самом деле. Я еще с детства выучила правило — кто много болтает, тот мало делает. Самые гадкие вещи отец всегда делала молча и внезапно. Но зато, когда тот сыпал угрозами — можно было не волноваться. Они часто оставались пустышками.

— И все-таки с тобой весело было бы поиграть. — захохотал он. — Когда оборотни нервничают они совершают ошибки. Так что не забудь передать Ибусову наш разговор. Я хочу, чтобы последние дни перед арестом были для него по-настоящему мучительны.

И он отключился.

От его слов вспотели ладони, телефон чуть попросту не выскользнул. Я понятия не имела в чем замешан Георг, и что за «доказательства» имел ввиду Риарио. Но звучало все это очень и очень плохо.

Поколебавшись, я не стала удалять ничего из телефона, но саму трубку вернула на место.

Георг вернулся буквально через несколько минут после этого. Сел за руль, завел машину. Выглядел он уже куда увереннее и спокойнее, и тем не менее складка, что залегла меж бровей никуда не делать.

Машина мчалась по улицам города, залитого оранжевым светом уличных фонарей. Я смотрела на проносившиеся мимо окна домов и магазинов, но мысли были где-то далеко.

Георг ненадолго остановился на красный свет и взглянул на меня.

— Ты в порядке?

— Нет. Звонил Риарио… — и я пересказала ему свой разговор. — Если что, я записала часть разговора.

— Хм… Ну надо же, — Ибусов криво ухмыльнулся. — Однако, ты прирожденный шпион. Или сыщик. Что тебе больше нравится?

— Мало ли бы он стал угрожать. — пожала плечами. — Можно было бы использовать это в суде.

— Ах, да, — хмыкнул Георг. — прирожденный юрист. Точно. Ну а что до доказательств, пусть попробует. Я уже принял меры.

Сказано это было с такой мрачной решимостью, что я невольно поежилась.

По дороге домой Георг несколько раз косился на меня, словно пытаясь понять, о чем я думаю. Я же думала о сестре. Ищет ли она меня сейчас? Получится ли у нее выполнить свою часть нашего плана?

— Вы говорили, что завтра мне снова надо в больницу. Из-за того, что случилось сегодня, ничего не поменялось?

— Если только ты настаиваешь на том, чтобы ходить именно туда, — поморщился мужчина. — И я не смогу тебя сопровождать, у меня встреча на это время, так что приставлю к тебе охрану.

Настаиваю? Да это же сама радостная новость за сегодня. Для того плана, что мы придумали с Анной — идеальные условия.

***

Георг продолжал бросать на меня странные взгляды, значения которых я никак не могла взять в толк. Удивлен, что я не закатываю ему истерик по поводу раннего ухода с бала? Считает, что такая как я не могла догадаться включить запись на телефоне?

В лифте, когда мы поднимались в квартиру он вообще отодвинулся от меня на максимальное расстояние, которое позволяло ограниченное замкнутое пространство кабины.

Едва зашли в его апартаменты — приказал (по-другому этот бескомпромиссный тон и назвать было нельзя) идти в свою комнату.

«Можно подумать я мечтала о задушевном разговоре перед сном» — мысленно съязвила я, но в слух ничего не сказала. «Обойдется без пожелания спокойной ночи»

В прочем я и сама не собиралась долго сидеть, хотелось только пойти в ванную, что бы принять душ и сразу же завалиться на кровать.

Сбросив с себя всю одежду залезла под струи горячей воды, позволяя ей стекать по телу, разминать мышцы, забирая с собой напряжение прошедшего дня.

Закрыв глаза, пыталась сосредоточиться на мгновении, на прикосновении мыла к коже, чтобы хоть на секунду забыть все, что со мной происходит.

Неожиданно в мои мысли ворвался громкий дверной стук.

«Кто-то пришел?»

Я вылезла из душа, вытерлась, и завернулась в огромный белый пушистый халат, в котором можно было утонуть. Осторожно выглянула в коридор. Вроде бы никого.

Самым разумным было бы остаться в комнате, все-таки лишний раз попадаться на глаза оборотню чревато. Но, пройдя чуть вперед я заметила, что новой верхней одежды рядом с входной дверью не появилось. Напротив, не было одной из пар обуви Георга.

Что бы подтвердить свою догадку, я дошла до его кабинета, постучала. Тишина.

Заглянула внутрь. Никого.

«Смотри-ка, так может и днем, наконец, оставит меня в покое, и не будет вечно таскать с собой, туда, где мне рта не дают раскрыть…» — но мои мысли запнулись о включённый компьютер. Видимо, Георг сорвался на столько быстро, что даже не позаботился перевести его в спящий режим, и сейчас даже пароль не надо было вводить.

Я сделала пару шагов вперед, не уверенная точно, стоит ли туда лезть. Вряд ли что-то действительно важное, что-то связанное с сегодняшним побегом с бала или его рабочими махинациями, можно найти так просто. С той паранойей, которую я успела заметить в нем за все время, что мы жили вместе, не умудряюсь, если он видео камеру в комнате поставил, или какие-нибудь следящие программы против тех, кто пытается влезть в его компьютер.

Я почти убедила себя ничего не трогать, как заметила название одной папки на рабочем столе. Папки с моим именем и фамилией.

«К отцам основателям благоразумие!» — решительно подумала я, открывая папку.

В общем то, как я и думала, ничего секретного тут не было. Просто электронная копия моего личного дела из Хозяйственной Академии. Георг и не скрывал, что у него оно есть и он с ним внимательно ознакомился. Так же тут было сохранено несколько статей о моем побеге. Интервью с Роберто Риарио.

«Хм… ничего себе. Я и не знала, что он собирался заявить на меня права… говорил, что влюбился еще три года назад… так это он был следователем, который вел мое дело после побега? Интересно, это из-за меня его уволили или нет?» — в голове медленно, пазл за плазом складывалась картинка происходящего.

Экс-капитан, сказал, что причиной его увольнения был Георг. Но как может быть мой нынешний жених быть связан с событиями трехлетней давности?

Я торопливо пропустила мою старую фотографию, погружаясь в очередную статью о себе.

В общем-то наличие документов и информации про меня ни как не компрометировала Георга. Нет ничего удивительного, что «жених» попытался собрать общедоступную информацию о своей строптивой «невесте», а личное дело ему выдали в Академии.

Я уже собиралась закрыть все, и вернуться в свою комнату, как вдруг поняла, что что-то не так, с той фотографией, что я пролистнула. Снова вернулась к ней, не до конца уверенная в том, что в друг осознала.

Это была не просто фотография. Это была фотография, которую мама сделала три года назад, и после отправки по нужному адресу, удалила отовсюду. Фотография, для которой я специально купила парик, который потом изъяли при моей первой поимке.

Фотография, по которой контрабандисты, которых наняла мать, должны были меня найти. Откуда она у Георга? Она все-таки каким-то образом попала к следствию и от туда к моему жениху? Или же Георг каким-то образом связан с теми контрабандистами?

В этот момент как по закону подлости снова хлопнула входная дверь. Я торопливо закрыла файлы на компьютере, но бежать уже было не куда.

Не зная, что мне делать, но желая проверить свою догадку, я пошла на отчаянный шаг. По сути — сыграть ва-банк. Если я ошиблась — то поплачусь за это. Одним движением я скинула с себя халат, и торопливо улеглась на диван.

Дверь комнаты открылась.

— Что ты здесь делаешь? — Хмуро спросил Георг первым делом посмотрев на компьютер, и лишь за тем переведя взгляд на меня.

В глубине его желтых глаз вспыхнул недобрый огонь, от которого по телу, устремляясь вниз пошли мурашки. Собственный план уже казался полнейшей и откровеннейшей глупостью, но я все же выдавила дрожащим от подступающей паники голосом:

— Сюрприз…