Глава 31

Чудеса магии и расплата

— Утомилась, радость моя? — нарочито елейным голосом спросил он, откровенно издеваясь. — Наверняка, ты испытала массу приятных ощущений. Я рад, что доставил тебе удовольствие. Может, хочешь поделиться своими впечатлениями? Если так, то говори.

— Да пошёл ты, урод! — заорала я и мои слова прорезали не только воздух, но и моё сознание. Он вернул мне речь! От неожиданности часто заморгала, но тут же пришла в себя. — Отвали от меня, ублюдок! — завопила я. — Сволочь! Мерзавец!

— Тебе опять заткнуть рот? — спросил он негромко и угрожающе. Услышав его, чуть не подавилась собственной бранью.

— Нет, не надо! — чрезмерно поспешно вскрикнула я и поняла, что надо срочно сказать ему о Сэтмане, а то, вдруг, он снова лишит меня речи, и я не успею. — Арсэт, сегодня в карьере случился обвал. Сэтмана придавило камнями. Он в очень тяжёлом состоянии. Поэтому нужно было вернуть ему магию. Но если она не спасёт его, он умрёт.

— Что? — завопил Арсэт так громко, что я чуть не оглохла.

Он выдернул из меня член. Я не сдержалась и заорала от боли. Не обратив на меня внимания, соскочил на пол.

— Почему не сказала сразу? — он уже влезал в брюки.

— Не успела.

— А в постель успела?

— Мне надо было спасти мужа.

Он ничего не сказал. Рывком освободил мои руки и кинул мне платье.

— Одевайся.

Я моментально облачилась, завела трясущиеся руки за спину и стала дёргать шнуровку.

— Дай я, — он откинул мои руки и быстро затянул платье.

Рубашку он надевал, уже сбегая по лестнице. Я не отставала ни на шаг. Всё тело болело, но я старалась не обращать на это внимания.

Оказавшись на улице, с ужасом посмотрела на коня. Мало того, что действие магической россыпи уже закончилось, и я не смогла бы управлять животным, так ещё и попка болела так, что я еле сдерживала слёзы. Как с такой болью можно сесть? Да ещё на скакуна, который помчит во весь опор?

Проследив за моим взглядом, Арсэт спросил:

— Ты на нём сюда прискакала?

— Да, — кивнула.

— Хорошо, — он схватил меня за руку и бросился к коню.

— Нет! — в ужасе прокричала я, понимая, что такого я точно не выдержу.

— Что опять не так? — взревел он.

— Из-за тебя я не смогу сидеть! — проорала я слишком громко. Прохожие стали оглядываться, и я поспешно заткнулась.

— Чтоб тебя, — ругнулся он, глядя на меня, раздувая ноздри. — А идти можешь?

Кивнула. Он снова схватил меня за руку и подволок к двери, откуда мы только что вышли. Отпустил меня, закрыл глаза и взялся за голову, словно над чем-то задумался. Потом резко выкинул руки вперёд и перед нами оказался круглый тоннель. Будто пробуравленный в толще воды. Всё вокруг нас искажалось, а призрачные стены тоннеля были всё время в движении. Закатное солнце последними лучами прошлось по тоннелю и на город стали опускаться сумерки.

Испугавшись загадочного тоннеля, шагнула назад и упёрлась спиной в дверь. С ужасом ощутила, как по ногам потекла сперма. Твою ж мать! Как не вовремя!

Арсэт опять схватил меня за руку и побежал вперёд по тоннелю.

— Не так быстро! — взмолилась я, кривясь от боли.

Он остановился и посмотрел на меня.

— Может, тебе лучше остаться?

Мне показалось, что его слова прозвучали с заботой в голосе. Да и взгляд выражал сожаление. Урод! Сначала изнасиловал, а теперь пытается быть добрым?

— Нет, мне надо к мужу, — твёрдо ответила.

Хоть Арсэт и замедлился, но всё равно мне пришлось бежать, так как его быстрый шаг был куда шире моих шагов.

— Почему нельзя было пойти просто по улице? — спросила я, не понимая назначения полупрозрачного тоннеля. Сквозь стены были видны дома и деревья, но настолько в искажённом виде, что не походили на самих себя.

— По магическому тоннелю мы дойдём намного быстрее, — ответил Арсэт и, подгоняемый переживаниями за брата, не заметил, как ускорил шаг.

Скрипнула зубами и побежала. Раз Арсэт так встревожен, значит, жизнь Сэтмана в опасности. Зря я думала, что возвращение магии спасёт его. Неужели Рэшма ошиблась?

И тут я увидела лестницу на наш балкон! Сам дом был не виден за скользящими, как вода, стенами тоннеля. Как же быстро мы дошли! На лошади скакали бы куда дольше. Как только ступили на первую ступень, тоннель пропал. Я оглянулась, но для Арсэта, привыкшего к магии, это не было чем-то необычным, поэтому он нетерпеливо дёрнул меня за руку. Мы взлетели по лестнице и, пробежав по балкону, ворвались в комнату.

Свет не горел, и из-за этого сложно было что-то рассмотреть. Арсэт хлопнул в ладоши и в камине затрещал огонь, осветив помещение.

Двое друзей Рэшмы посмотрели на нас. Они сидели на табуретах возле топчана. Один держал таз с водой, другой окровавленные тряпки. Оба поднялись.

— Ему уже лучше, — прохрипел один и, бросив тряпки в таз, взял его и отнёс в угол.

Второй подхватил табуреты и оттянул в сторону.

Рэшма сидела на краю топчана и держала Сэтмана за руку. Он бредил, называя её моим именем. Увидев нас, она поднялась. Аккуратно вложила руку Сэтмана в мою. Я села, поморщившись от боли, и впилась в лицо мужа, покрытое потом.

Он был таким же бледным, но следов крови видно не было. Может, их отмыла Рэшма, а, может, возвращение магии стало излечивать его. Было больно смотреть на его страдания. Тёплые струйки слёз заскользили у меня по щекам.

— Любимая, мы обязательно справимся со всем, — еле внятно бормотал он. — Я обещаю тебе. Ради тебя я буду работать день и ночь. Ирина… люблю… мы…

Его бессвязная речь стала прерывистой, и он заметался по постели.

— Отойди, — велел Арсэт, и, не дожидаясь, когда я встану, подхватил меня за подмышки и резко поставил на ноги.

Рэшма обхватила меня за плечи и притянула к себе. Я ощутила её тепло.

— Переломы уже срослись, раны закрылись, — прошептала она мне на ухо. — Он непременно поправится. Уже скоро ему станет легче. Ты спасла его…

Арсэт встал на колени перед топчаном и склонил голову. Его волосы свесились на лицо, губы шевелились, произнося заклинания. Он простёр руки над братом и продолжил шептать. Я заметила, как сильно дрожат его пальцы от переживания. Каким бы мерзавцем он ни был, но брата любил.

Над топчаном образовался туман, скрыв от меня Сэтмана и Арсэта. Я уткнулась в плечо Рэшмы и разрыдалась.

— Самое страшное позади, — она погладила меня по голове. — Он выживет. Вот увидишь. Успокойся.

Туман из белого превратился в чёрный и внутри него стали вспыхивать молнии. Я смотрела широко раскрытыми глазами и молила бога, чтобы он спас моего мужа. Вскоре молнии собрались в огромную шаровую молнию, в центре которой был Сэтман. И тут раздался оглушительный взрыв. Мы с Рэшмой заорали и упали, отброшенные взрывной волной.

Приподняв голову, увидела лежащего Сэтмана, склонённого над ним Арсэта, и оба они находились внутри прозрачного шара. Словно мыльный, он покачивался и переливался, будто играл радугой в свете солнца.

На улице загалдели перепуганные соседи.

— Что у вас случилось? — проорал мужской голос, перекрикивая звон, стоящий в ушах.

Рэшма подскочила и выбежала на балкон.

— Ничего страшного! — прокричала она в ответ. — Брат Сэтмана применил магию.

— Аааа… — протянул кто-то и, судя по расползающемуся звуку шагов и голосов, народ начал расходиться.

Рэшма вернулась. Я сидела на полу и смотрела, как Арсэт водит руками по телу брата.

— Вставай, — Рэшма протянула руку. Я уцепилась за неё и поднялась.

Арсэт резко откинулся назад, раскинув руки. Пузырь лопнул, обрызгав нас водой. Арсэт встал и посмотрел на нас.

— Ну что? — нетерпеливо спросила я, бегая взглядом от одного глаза Арсэта к другому, и обратно. Видимо, искала в его глазах ответ на свой вопрос.

— Магия вернулась к нему и уже успела залечить особо большие травмы. Так что его жизнь была вне опасности. Я только лишь ускорил процесс выздоровления. Надеюсь, что завтра он придёт в себя.

— Слава богу! — выдохнула я и, спрятав лицо в ладони, разрыдалась.

Арсэт обнял меня. Не знаю почему, но я не вырвалась. Может, потому, что ощущала в нём тревогу за Сэтмана, и это объединяло нас. Почувствовала, как он сделал какой-то жест рукой. Оторвалась от его груди и поняла, что он показал Рэшме, чтобы она шла отдыхать.

— Спасибо, — сказала я ей.

Она кивнула и вышла, затворив за собой дверь. Мы остались одни.

Я тяжело вздохнула и только сейчас в полной мере осознала, что нахожусь в объятиях врага. Упёрлась ладонями в его грудь и отстранилась.

— Прости, — прошептал он, потупив взгляд.

Я ничего не ответила. Отшатнулась от него так, словно он ударил меня. Замотала головой и отвернулась. Что мне его «прости»? Он изнасиловал меня бездушно и с садизмом. Мне противно было даже видеть его. Волна ненависти накрыла меня с головой, и я отошла. Села по топчан и склонилась над Сэтманом. Его размеренное дыхание вздымало грудь. Он не бредил и не метался в лихорадке. Он спал. Безмятежно, словно ничего с ним не произошло. Все дневные кошмары внезапно отлегли у меня от сердца. Стало легко. Ничего больше не волновало. Сэтман жив и всё хорошо. Даже сама не заметила, как заснула, припав к его груди.

Не знаю, сколько спала. Проснулась оттого, что Сэтман заворочался. Он сонным движением пригладил мои волосы и перевернулся на бок. Я выпрямилась, продолжая сидеть. Надо же, заснула в неудобной позе, согнувшись. Сейчас ощущала, как затекло тело.

Неожиданно мой взгляд наткнулся на Арсэта. Он сидел на полу, вытянув ноги, прислонившись спиной к стене, руки скрещены на груди. Он не спал и смотрел на меня. Глаза печальные и одновременно пытливые. Только сейчас заметила, что он босой. Выбегая из дома, забыл обуться. Хоть я была благодарна ему за помощь Сэтману, но мне стало неуютно с ним в одной комнате. Воспоминания минувшего дня закружились в голове, вызывая отвращение к нему и себе. Поморщилась. Ужасный выдался день. А теперь ещё вынуждена терпеть общество этого мерзавца.

— Иди домой, — сказала тихо, чтобы не разбудить Сэтмана.

— Нет, — так же тихо ответил он. — Не думаешь ли, что только ты переживаешь за Сэтмана?

Ответить было нечего. Хочет, пусть сидит. Главное, чтобы держался от меня подальше.

Тьма в окне стала рассеиваться, сменяясь на серые предрассветные сумерки. Огонь, зажженный с помощью магии, так и не затух. Нам с Сэтманом удавалось поддерживать его лишь, подбрасывая дрова. Всё же, надо признать, магия — вполне практичная вещь. Иметь бы такую. Подумав о ней, как о вещи, улыбнулась своим мыслям.

— Улыбка тебе к лицу, — услышала голос Арсэта и моментально посерьёзнела. — Я рад, что ты уже не плачешь.

— Если бы ты не изнасиловал меня, мне пришлось бы плакать намного меньше, — прошипела я.

Он посмотрел на меня исподлобья и, ничего не сказав, откинул голову назад. При мерцании камина, он выглядел безмятежно. Волк в овечьей шкуре.

Сэтман зашевелился и открыл глаза. Моё внимание моментально переключилось на него. Я впилась в него взглядом:

— Как ты? — приложила ладонь к его лбу. Жара уже не было.

— Вроде, нормально, — слабо улыбнулся он. Взял мою руку и нежно погладил. — Перепугалась за меня?

— Немножко, — рассмеялась я, счастливая, что ему лучше.

— Я крепкий, меня так просто не возьмёшь, — слабая улыбка заскользила по лицу. И тут он задал совсем обескураживающий вопрос: — Сколько дней я пролежал?

— Дней? — переспросила я. — Всё случилось вчера.

— Вчера? — он сел в постели. — Не может быть.

Я насторожилась. Неужели он помнит о своих травмах? Думалось, что он был в беспамятстве. Не хотелось бы, чтобы именно сейчас всплыла правда о его чудесном выздоровлении.

К топчану подошёл Арсэт.

— Братишка, ты поправился! — обрадовался он, улыбаясь. — Вчера, когда я узнал, что случилось, то подлечил тебя. Похоже, из меня вышел бы неплохой целитель.

— Спасибо! — поблагодарил Сэтман. — Мне повезло, что ты был в городе.

— Не преувеличивай! — Арсэт похлопал его по плечу. — Любой бы из правящей семьи пришёл тебе на выручку. Кто с тобой знаком, не оставил бы в беде.

Что-то я вчера не заметила толпы из желающих облегчить страдания Сэтмана. Но вслух сказала:

— Просто другие, видимо, не успели даже узнать обо всём.

На удивление мне, Сэтман откинул одеяло и спустил ноги на пол. Ого! О перенесённых травмах можно было забыть! Он поднялся и потянулся, будто вчера и не лежал при смерти. Возникло ощущение, что события минувшего дня были моим персональным бредом. Сэтман был совершенно здоров!

— Ух ты… — зачарованно протянула я.

Уже совсем рассвело, и в комнату закрались лучи солнца. Пламя в камине моментально погасло, будто испугавшись конкуренции. При свете дня мне удалось лучше рассмотреть мужа. Он выглядел превосходно, словно и не болел вовсе. Даже волосы обрели здоровый блеск. Глаза искрились счастьем, а на теле не осталось и следа от страшных травм. Даже не верилось! В поисках шрамов, я более пристально стала разглядывать голый торс. Но тело было гладким. Сэтман подхватил меня на руки и закружил.

— Я чувствую невероятный прилив сил! — засмеялся он, ставя меня на ноги и целуя в губы. — Тело бодрое, мысли светлые. Состояние такое, как было прежде, когда я владел магией.

Мои глаза воровато забегали, ускользая от встречи с взглядом мужа. Он ухватил меня за подбородок и заставил посмотреть на себя.

— Ирина, что с тобой? Ты раньше не видела, чтобы люди так быстро выздоравливали?

— Нет, не видела, — еле слышно прохрипела я, севшим от волнения голосом.

Тут же заподозрила, что он не услышал сказанного мной, и покачала головой, чтобы быть понятой. Нечаянно посмотрела на Арсэта. Он стоял в стороне, напряжённо следя за беседой. Кажется, он, как и я, с тревогой ждал момента, когда Сэтман поймёт, что произошло на самом деле.

— Магия способна творить чудеса, — заверил меня Сэтман. — Раньше, стоило мне хлопнуть в ладоши, как магия повиновалась мне.

В запале он так и сделал — хлопнул в ладоши, и тут же на пол посыпались искры. Сэтман замер, глядя себе под ноги, где только что погасли сверкающие огни. Я в ужасе попятилась. Мне была видна лишь часть его склонённого лица, но этого хватило, чтобы оценить шок мужа. Медленно, словно боясь самого себя, он поднял голову и посмотрел на меня широко распахнутыми глазами.

— Как ты могла? — просипел он с горечью в голосе.

Я испуганно уставилась на него, не смея произнести ни слова. Он перевёл взгляд на брата и увидел растрёпанные волосы, не заправленную рубашку.

— Ты, я вижу, прямо из постели, — он кивнул на босые ноги Арсэта.

Буквально на глазах Сэтман изменился. Словно груз происшедшего лёг на его плечи. Нетвёрдой походкой он подошёл к окну и, ухватился за подоконник. Его взгляд устремился вдаль.

Мне показалось, что он сейчас упадёт. Я кинулась к нему, но он выставил руку, и я наткнулась на невидимую преграду, возведённую им. Быстро же он решил воспользоваться магией!

— Не подходи ко мне, — он часто задышал, словно ему не хватало воздуха. — Полагаешь, что мы сможем жить дальше, будто ничего не произошло? Словно ты не была в постели с моим братом?

— Сэтман, если бы магия не вернулась к тебе, ты бы умер! — в отчаянии вскричала я, ощущая, как глаза защипало от слёз.

— Значит, надо было дать мне умереть, — упрямо произнёс он осипшим голосом. — Мне не нужна жизнь с осознанием того, ты сделала. Ты предела меня и нашу любовь.

Я опешила от незаслуженных обвинений. Он так говорил, словно я умышленно загуляла с его братом по собственной воле, ради удовлетворения похоти. Он даже не знает, что мне пришлось вынести ради его выздоровления!

— Ты несправедлив ко мне! — прокричала я, раздувая ноздри от негодования.

— О какой справедливости ты говоришь? — взревел он и уставился на меня взбешённым взглядом. — Как ты могла сделать такое? Ты хоть представляешь себе, если я провозглашу об обретении магии? Это то же самое, что объявить, что моя жена переспала с моим братом! Уму непостижимо! Ирина, зачем? Почему ты предала мою любовь?

Арсэт широкими шагами одолел расстояние до окна и ухватил брата за запястье.

— Раз она так поступила, значит, не было другого выхода! — неожиданно заступился он за меня. — Ты умирал. На тебе не было живого места! Ты понимаешь, что она не могла тебя потерять? Она слишком сильно любит тебя, Сэтман!

Опешил не только Сэтман, но и я. Что это нашло на Арсэта? С каких пор он стал защитником справедливости? Не замечала я за ним рвения нести добро людям. Это настораживало.

— Вижу, что вы успели подружиться, — криво усмехнулся Сэтман. — Рад за вас. (3303c)

Он оттолкнул брата, схватил чистую рубашку и ринулся к двери, надевая её на ходу.

— Ты куда? — крикнула я, предчувствуя беду.

— В каменоломню, — коротко бросил он и вышел.