Глава 44

Нас дёргает в сторону, и я чуть ли не падаю на Картера, но ремень безопасности спасает. Касаюсь макушкой его руки, которой он уверенно держит руль, и возвращаюсь в изначальное положение, когда мы выезжаем на прямую дорогу.

Нам дико повезло, что по пути была развилка и резкий поворот, который и избавил нас от преследователей.

Но это не отменяет того, что Картер кретин.

– Ты напугал меня, – возмущаюсь, с силой сжимая ремень. Пальцы побелели до такой степени, словно опустила их в мел. – Мог и предупредить!

Всё тело потряхивало, как и конечности. Сердце стучит в ушах, но не полностью застилая собой то, что говорил Адам.

С трудом, не сразу, но смогла его расслышать:

– Я сказал: держись, – он чуть расслабляется, продолжая спокойно вести автомобиль. – Как всегда считаешь ворон. А о чём мы говорили? Правильно, ты должна меня слушаться.

Господи, что за противный человек! Он явно сегодня встал не с той ноги. А если нет, то у меня нет никаких других объяснений его переменчивого характера.

Вынести его будет сложно, а ещё неизвестно, сколько мы будем в пути. Ещё и та машина…

Оборачиваюсь и смотрю на трассу. Фар, которые хоть как-то создавали силуэт джипа и освещали дорогу, не было. А значит либо Картер ошибся, либо же… Мы оторвались. Но так легко? Сделав какой-то трюк? Не верю.

Да, манёвр был хороший, встряхивающий, но тот автомобиль наверняка бы уже догнал нас опять.

– А они не появятся снова? – всё ещё смотрю назад, впиваясь в ремень ногтями. Так сказать, оценивала обстановку. А ещё стояла на шухере. Наблюдала, чтобы вовремя крикнуть. Чем поможет – не знаю.

– Порой ты меня убиваешь, – летят в мою сторону усталые слова. – Как я могу знать ответы на все твои вопросы?

Хмурюсь и уверенно произношу.

– Но они у тебя были всегда.

Не лукавила, не пыталась его задобрить. В детстве так точно у него имелось любое слово на мой вопрос. И плевать, что они были детскими, возможно, глупыми, но он всё знал!

– Это тебе не вопрос о том, сколько звёзд на небе, где ответом следует простое: «Безмерное количество».

На секунду замираю и даже улыбаюсь уголками губ. Отрываюсь от рассматривания заднего вида и поворачиваюсь в сторону Адама.

– Ты помнишь, – на удивление, этот момент чётко сохранился в моей голове. Тогда с Артёмом они впервые взяли меня погулять с собой. И помню, как сейчас: я приставала к обоим, но больше всего к Картеру.

Потому что он мне нравился. И, да, я была влюблена в него по уши. Заваливала вопросами типа: «Самолёты летают ночью?» или «сколько в среднем у ежа иголок?»

Я была неглупой, но искала любой повод поговорить с ним, поэтому строила из себя дурочку. А он это и понимал. Подыгрывал. Но ни разу не высмеивал, и даже когда брату было стыдно за меня, он никак не реагировал.

– Помню, – в один миг его голос становится другим. Незлой, нехолодный, какой-то необычный. Задумчивый. Невольно замечаю одну деталь. Сжимает руль сильнее и смотрит вперёд. А потом, будто погружаясь зачарованно в пустоту, произносит:

– Я всё помню. Даже то, что предпочёл бы забыть.

* * *

Приехав в загородный дом, я удивилась его маленьким размерам. Думала, он будет больше, не с особняк Картера, но так, как мужчина любит: с роскошью, с размахом.

Но это оказался обычный двухэтажный маленький домик, в котором Адам со своими габаритами выглядел нелепо. Для него он был… Маловат.

Или я привыкла видеть его в обширных коридорах?

Наверное…

– Ты голодна? – простой, но в то же время будоражащий вопрос.

– Да, – с утра во рту ни росинки. А, нет, кое-что всё-таки было, и о чём не могла забыть.

– Пошли на кухню.

Киваю, иду следом, наблюдая за тем, как мужчина несёт пакеты с едой. В них гремели бутылки с лимонадами, консервы, фрукты, салаты и что-то ещё. Кажется, Бенедикта хорошо постаралась, чтобы её начальник не умер от голода.

А мне немного становится обидно. Мы могли взять продукты, и я бы сама всё приготовила… Но мне не доверяют.

Зайдя в маленькое помещение, опираюсь о стол. Рассматриваю дизайн, интерьер и пытаюсь понять, что с этой комнатой было не так. Хотя, кажется, понимаю. Здесь всё было так по-простому, прямо как у нас дома.

И я будто возвращаюсь в своё прошлое.

Когда беременная мама готовит пироги, папа чинит микроволновку, а Артём терпеливо ждёт ужина, пыхтя и возмущаясь над пустой тарелкой. А я подворовываю ягоды из холодильника.

А потом в моей голове всплывает Адам. Как он сидит напротив меня, спокойно перевязывает руку и даёт нравоучительные советы.

– О чём задумалась? – вздрагиваю, когда тихий голос проносится рядом с ухом. Тёплые ладони, которые чувствую даже через джинсовое платье, опускаются на талию.

– Кое-что вспомнила, – поворачиваюсь лицом к мужчине, смотря в его красивые глаза. Мне кажется, я никогда не перестану любоваться им. И воспроизводить юного Картера у себя в голове. Но он нравится мне любым. То есть, внешне. – Мы здесь надолго?

– Пока не знаю, – медленно поднимает руку и заправляет мешающуюся прядь волос за ухо.

Делает это так часто, что я привыкла. И стоять рядом с ним теперь не так страшно. Перестало быть испытанием. Стало легко. И даже… Приятно.

Словно мы давно в браке.

Но, увы, такие чувства у меня не всегда. Только тогда, когда он так мил и от него не разит опасностью за десять метров.

И его голос… Тихий, спокойный, приятный. Такой он мне точно нравится.

– И что мы будем делать всё это время? – облизываю губы, вставая на носочки. Закидываю руки ему на шею и льну к его телу. Впервые такая смелая, уверенная. Вот бы не растерять всё это в один момент.

Адам на мои слова лукаво прищуривается, приподнимает уголки рта и чуть наклоняется, не касаясь своими губами моей кожи.

– Для начала, – шепчет с азартом, с искушением. – Перекусим. А потом…

Сглатываю, когда он смотрит на меня вот так. Без какого-либо умысла провожу своими пальцами по его шее, поднимая выше и запуская их в короткие и приятные на ощупь волосы.

– Потом? – предвкушение от его несказанных слов разрастается в груди всё сильнее.

Но ответа нет. Потому что Картер наклоняется, дотрагивается губами до моей щеки, оставляя лёгкий игривый поцелуй. А это был хороший знак…