Глава 51

– Это всё из-за тебя, – в который раз проговаривает Ребекка, сидя со мной напротив палаты с бессознательным Адамом. – Из-за тебя.

Слушаю её плачущий голос через пелену уже, кажется, шесть часов. Долгих тянущихся часов. Которые хочется промотать, чтобы услышать слова о том, что мужчине стало лучше.

Как только он упал на землю, не могла поверить своим глазам. Сжала телефон в руках и всё, что видела – как Ребекка бежит в его сторону, зовя на помощь. А я только и смогла, что дрожащими пальцами набрать номер скорой.

Не могла принять то, что он окровавленный лежит на зелёной траве, пропитавшейся багровой жидкостью.

И, только отмерев, заплакала, выкидывая телефон, на который поступило новое сообщение, из рук. На тот момент оно меня не волновало. Я неслась со всех ног к Адаму, который уже лежал без сознания.

Ребекка плакала, держала кровоточащую рану руками, а я просто сидела рядом, упав на колени.

Мысли были пустыми, прямо как и сейчас. Ничего. Белое полотно.

А на нём красными буквами слова: «Лишь бы всё было хорошо».

Но с каждой секундой надежда угасала. Адам белел на глазах. А кровь в районе сердца растекалась всё больше.

Я уже успела тысячу раз попросить не слышавшего меня бога помочь ему, но не сдавалась.

Он не мог умереть сейчас.

Ведь у нас всё только наладилось…

Это невозможно, и я просто не верила.

И, наконец, мои молитвы были услышаны. Или Ребекки, не знаю. Врачам с трудом, но удалось его спасти. Ему повезло: пуля прошла навылет рядом с сердцем и ничего не задела.

Услышав это, я подумала, что сплю, но нет. Пульс на экране стабильно, хоть и медленно отбивал в его теле.

Всё это время мы сидим здесь, дожидаясь, когда Картер очнётся. Возможно, это будет завтра, послезавтра, через месяц, а, может, никогда. Он потерял много крови. И повезло, что оказалась поблизости Ребекка, которая, не раздумывая, согласилась стать донором.

И всё было бы хорошо, если бы не её вечно проговариваемые слова:

– Это всё из-за тебя.

Она снова произносит их вслух, и я не выдерживаю.

– Почему ты винишь в этом меня? – поворачиваюсь в её сторону, рассматривая красные глаза и лицо. – Это я стреляла в него? Я всадила ему пулю в грудь? Почему ты винишь меня в том, что случилось с Картером?

Я знаю виновника. И рассказала об этом Джону. Показала сообщение, которое пришло до выстрела.

То, которое пришло позже, не стала. Оно бы всё равно ничего не дало.

Одно слово, из-за которого Картер чуть не умер.

«Конверт».

И всё.

– Он бы увидел кого-то поблизости, если бы не ты. Адам всегда был щепетилен к мелочам. Любым звукам. Мог увидеть даже хорошо спрятанного человека. И если бы не ты, он бы заметил того стрелявшего, сидевшего на крыше!

Да, банально, предсказуемо. Но убийца моего жениха просто затаился на самой высокой точке дома, стреляя оттуда. Его успели взять, но было слишком поздно. Мужчина принял какие-то таблетки и умер прямо там.

– Рядом с тобой он ничего не видит. Не обращает внимания. Становится как слепой котёнок, который тянется только к тебе. Ты ведь не знаешь, да? Ты очень дорога Адаму, настолько, что если бы эта пуля полетела в тебя, он бы принял её, не раздумывая! А я бы корила его за это всю оставшуюся жизнь!

Понимаю, что говорит на эмоциях. У меня у самой после её слов они выливались через край. Но всё, что мне остаётся сделать – с силой сжать кулаки.

Я понимаю Ребекку. Родной брат чуть не скончался.

Поэтому не спорю с ней, встаю с места. Отворачиваюсь и иду, сама не знаю, куда. Умыться бы…

Трель телефона раздаётся в кармане. Замираю, останавливаясь на месте.

С опаской достаю смартфон, надеясь увидеть там не неизвестный номер.

Руки дрожат, как и коленки, но я всё равно смотрю на дисплей.

Облегчённо выдыхаю, когда вижу звонящего мне Влада.

Сразу же отвечаю, прислоняя телефон к уху. Продолжая идти вперёд.

– Да, милый? – стараюсь придать безжизненному голосу хоть немного радости.

– Алиса! – его восторженный тон, который каждый раз поднимает мне настроение, сейчас не справляется со своей задачей. – Тётя сказала, что меня скоро выпишут! Я уже чувствую себя как никогда лучше! И пойду в школу!

Точно, на носу ведь первое сентября… Но вряд ли у Влада получится пойти в школу.

– Это отличная новость, малыш, – улыбаюсь, радуясь за брата. Хоть у кого-то всё было хорошо. – Не забывай тренировать свой корявый почерк. Больница – не повод отлынивать от прописей.

– Злюка, – даже не видя, знаю, что он надул губы. – Когда ты приедешь?

И снова этот вопрос, на который у меня нет ответа. Я уже и не знаю, что думать. Когда вокруг всё вертится так быстро, что я не успеваю оценить обстановку.

– Раньше, чем ты думаешь, милый мой, скоро, – я не люблю лгать. Но делаю это раз за разом.

– Я буду ждать, – его голос на несколько секунд даёт чувство радости. – Ой, медсестра пришла. Я чуть позже позвоню!

– Хорошо, жду твоего звонка, – после моих слов идут протяжные гудки.

Улыбка сразу же сползает с лица, и я смотрю на мигающий дисплей.

Пока говорила с братом, пришло одно сообщение. Последние цифры номера сразу же врезались в глаза, из которых начали вытекать горькие слёзы.

Я не хочу читать. Но мне приходится.

Открываю сообщение и снова смотрю в строки, напоминающие мне о том, что если не сделаю то, что автор хочет, придётся расплачиваться.

«Подойди к палате».

Телефон чуть не выскальзывает из рук.

Первая мысль, посетившая голову: откуда он знает?

Мы были в частной клинике. Здесь были люди из дома Адама, которые также сильно волновались за него и чувствовали свою вину. Это ведь они пропустили стрелявшего человека.

Бегу так, как не бегала никогда. Сломя голову, наплевав на всё.

Я боюсь. Боюсь, что сейчас он что-нибудь сделает.

Но в душе теплится тот огонёк надежды. Ребекка, наверняка, сидит у палаты, всё ещё плача о брате. Она не позволит никому постороннему появиться в поле зрения палаты Картера.

Только вот…

Замираю на месте, когда вижу пустующий коридор.

Ребекки нет, а дверь в палату Адама приоткрыта.

Страшные мысли посещают голову. Надеюсь, что это сестра зашла к своему брату, чтобы просто побыть рядом с ним, несмотря на запрет врача. Но нет.

Вся надежда разбивается вдребезги о пол, когда в прозрачном стекле вижу тёмный силуэт. В руках шприц, который он держит у бледной шеи Картера.

Хочу закричать, но не могу.

Мужчина в маске, в прорези которой видны только глаза, смотрит чётко на меня.

Понимаю сразу – одно неверное движение, шорох или слово, и эта игла войдёт в шею Адама.

И снова трель телефона, который так сильно сжимаю в руках. Пальцы болят, но в этот момент не соображаю, сразу же смотря на дисплей.

Не раздумывая, отвечаю на звонок, тихо шепча:

– Перестань, – солёные слёзы катятся по щекам, а голос дрожит. – Прошу, хватит. Скажи этому человеку уйти.

На том конце провода слышится безумный смех Итана.

– Не скажу, – он усмехается, а я не могу поверить в то, что вижу. – Я дал тебе время, Алиса. Ты не послушалась, сделала всё по-своему. Мне нужен конверт. Найди его и потом позвони мне. И не смей никому об этом рассказывать. Ни о нём, ни о том, что видишь сейчас. Одно неверное слово, и можешь попрощаться с Картером.

Ублюдок. Мерзкое животное.

– Почему ты сам не возьмёшь его? – голос переполняет злоба на человека, который всё это устроил. – Сейчас ты запросто можешь войти в дом. Забрать нужные тебе документы и уйти. Так почему ты заставляешь меня сделать это?

– Если бы было всё так легко, я бы непременно всё сделал сам, – шипит недовольно. – Но эта участь выпала тебе. Или можешь попрощаться со своим женихом, киска. Или…

Рука мужчины передо мной дёргается. И, казалось, даже отсюда я чувствую, как острая игла входит в вену.

– Хорошо! – отчаянно кричу, делая шаг вперёд. – Я сделаю! Только перестань! Скажи ему отойти!

– Молодец, Алиса, – его противный голос убивает. Медленно. Тихо. С особым наслаждением. – У тебя есть время до конца дня. И если ты вдруг передумаешь, мне будет несложно убить Картера. У тебя, кажется, есть брат и тётя в России? Так ведь?

Сердце останавливается, пульс не отбивает от волнения чечётку, а кровь в венах перестаёт циркулировать.

– Я сделаю. Только никого не трогай.

Говорю из последних сил. Хочу упасть на колени и взвыть от отчаяния, но держусь на подрагивающих ногах.

– Жду.