Глава 35

Тамерлан. – Рад, что мы смогли договориться, – пожимаю ладонь Рокотова, вытянутую над столом. – Никаких проблем. Я всё понял, – спокойная улыбка трогает губы Романа. Киваю и откидываюсь на спинку стула, давая понять, что наш разговор окончен. – В таком случае, я поеду. – Не дождётесь десерта? – Увы, но у меня на сегодня запланировано ещё одно важное дело. – В таком случае, удачи вам, Тамерлан, – Роман кивает. Выхожу из ресторана. Холодный воздух с размаху бьёт прямо в лицо так, что дыхание перехватывает. Мороз быстро проникает под пальто, и я покрепче запахиваюсь, быстро шагая к машине. Сажусь за руль, трогаюсь с места и пробираюсь через вечерний город, который кажется мне сейчас слишком уж неторопливым, медлительным. Свет фар мелькает на промёрзшем асфальте, окна домов светятся мягким уютным светом, и всё это странным образом лишь раздражает. Подъезжаю к дому Ксюши. Мои глаза на автомате находят её тёмные окна. Поднимаюсь в квартиру и открываю дверь своим ключом. Пахнет вишней – приторно-сладко, навязчиво, липко. И я, кажется, в полной мере теперь понимаю Ярославу, потому что меня тоже резко начинает мутить от этого запаха. Не включая свет и даже не разуваясь, прохожу в гостиную и разваливаюсь по-хозяйски в кресле. Выжидаю. Ксюша не заставляет долго себя ждать – уже буквально через полчаса входная дверь хлопает, в коридоре включается свет. Она заходит в гостиную, снимая шубку на ходу. Швыряет на диван. Громко прочищаю горло. – Боже! – Взвизгивает Ксюша и врубает свет в комнате. – Тами, это ты! Ты меня напугал до чёртиков! Нельзя же так с беременной женщиной! Коротко усмехаюсь. – А то что? Потеряешь ребёнка? Ксюша натянуто улыбается. – Ну, знаешь, не хотелось бы драматизировать, однако и такую возможность исключать не стоит. Почему не предупредил, что приедешь? – Зачем? Чтобы ты успела порядки тут навести? Киваю на журнальный столик, на котором стоит пузатый бокал с засохшей на дне каплей красного вина. Подцепляю его пальцами и подношу к носу, принюхиваясь. – М-м-м! Не знал, что беременные женщины пьют вино. – Между прочим, это рекомендация врача, – не теряется ни на миг Ксения. – У меня проблемы с сосудами. Медленно ставлю бокал обратно. – А я думаю, у тебя другие проблемы, Ксюш. Всё её тело каменеет, но она всё ещё отчаянно старается улыбаться. Напряжение в комнате ощутимо сгущается. – Что ты имеешь в виду? – С нервом. – Да так, ничего особенного. Значит, ты была у врача? – Да! – Интенсивно кивает, изображая послушную девочку. – Я как раз хотела тебе похвастаться! Посмотри! Она оборачивается к шкафу, выдвигает ящик и достаёт какие-то бумаги. Подходит ко мне, суёт их под нос. – Тут всё – все анализы и даже снимок УЗИ! Правда, наш малыш пока даже не похож на человечка. Он слишком маленький, но это нормально на таком сроке! Забираю документы, но даже не смотрю, что в них. Я и без того знаю, что там нет ни одной правдивой буквы. Всё ложь и фарс. – Тебе что, даже не интересно? – Звенит обидой её голос. Поднимаю на неё тяжёлый взгляд. – А что мне должно быть интересно? То, как ты упорно пытаешься впарить мне историю о несуществующем ребёнке? Ксюша с усилием сглатывает слюну. – Тамерлан… Тами, что ты такое несёшь? Посмотри на документы! Всё, как ты хотел! Я прошла обследование! Нарочито медленно вытаскиваю из внутреннего кармана пальто другую распечатку и протягиваю ей. – У меня тоже есть кое-какие документы. Ксюша выхватывает листы из моих пальцев. Её руки подрагивают. Она бегло скачет глазами по тексту, и лицо её вспыхивает ярко-красным. Облизывает пересохшие губы. Взгляд беспокойно мечется по комнате, словно где-то здесь, прямо на стенах, написана подсказка. – Что это за бред? Где ты вообще это взял?! – Взвизгивает истерично, решив видимо перейти сразу в нападение. Расслабленно откидываюсь на спинку кресла. – Да так. Знаю я пару фокусов. Не рассказывать ведь мне сейчас Ксюше, как вчера вечером Сташевский, наш чёртов компьютерный гений, лежа на диване, одной рукой лениво щёлкал каналы на телеке, а второй не менее лениво сначала взломал сервера мобильного оператора, чтобы достать детализацию звонков Ксюши, а потом хакнул базу данных частной клиники, чтобы выяснить, что на самом деле Ксюшина беременность – херово слепленная фикция. Только дебил мог на такое повестись. И я официально – дебил. Ксюша комкает в ладонях документы и отбрасывает бумажный шарик в сторону. – Ты с ума сошёл, да? Зачем тебе понадобилось это всё? Что ты хочешь этим доказать? – А ты как думаешь? – Ты решил проверить меня? – Срывается в истерику. – Ты мне не доверяешь?! – Как можно доверять человеку, который лжёт настолько искусно, что почти верит в собственную ложь? Что ты собиралась делать дальше, Ксюш? Инсценировать выкидыш, да? Или придумала что-то ещё? Ксюша поджимает губы, её лицо искажается гневом. Маска слетает. – Я сделала это ради нас! Ради тебя! Ради наших отношений! Ты не понимаешь, как я люблю тебя, Тамерлан! Её крик режет по ушам. Но вместо реакции, которой она, возможно, ожидала, я только зло сжимаю челюсти. – Ты любишь мои деньги. – Одно другому не мешает! Тебя – тоже! – Не смей разбрасываться такими громкими словами! Твои чувства не имеют ничего общего с любовью. Потому что человек, который любит, никогда так не поступит. Ксюша мотает головой. Выражение её лица резко меняется. В глазах теперь стоят слёзы. Она хватает меня за рукав пальто. – Тами, прости! Я… Я не знаю, зачем я это сделала… Я просто… Я просто хотела тебя удержать! Но я правда люблю тебя! Слёзы текут по щекам. Лживые, искусственные слёзы. Не верю им больше. Ни единому слову не верю. Резко выдёргивает свою руку из её хватки. – Если ты обнаружила какую-то мужскую слабость, Ксения, не надо на неё давить. Потому что можно случайно извлечь из мужчины что-то крайне неожиданное. Ксюша в исступлении хватает бокал с журнального столика и швыряет его в стену. Хрустальный звук разлетающегося стекла наполняет комнату, смешиваясь с криком: – Ненавижу тебя, сволочь! Денег зажопил, да?! Это ты во всём виноват! Если бы ты был нормальным мужиком, ты бы сделал правильный выбор! А ты всё ходишь по старым рельсам, снова и снова возвращаясь к этой своей долбанутой Ярославе! Вы два психа! Шизики! Я стискиваю зубы. Резко поднимаюсь и делаю шаг к Ксюше, вдавливая указательный палец в её грудную клетку. – Не смей, поняла? Не смей больше никогда произносить имя Ярославы. Ни слова о ней. Её глаза расширяются, но она быстро берет себя в руки, придавая лицу презрительное выражение. Отступаю на шаг, позволяя себе глотнуть воздуха. – В одном ты права. Это и моя вина тоже. Я ошибся, когда позволил тебе подойти так близко. Но на этом всё. Здесь и сейчас я ставлю точку. – Тами… – И, будь добра, верни тест. Ксюша врубает дурочку. – Что? Какой тест? Зачем? – Моргает незамутнённо. – Ты ведь украла его у Ярославы, да? Он мне нужен. Протягиваю ладонь и склоняю голову к плечу, всем своим видом показывая, что если она не сделает этого по доброй воле, то я переверну всю её квартиру, но отыщу то, что мне нужно. Губы Ксюши искривляются. Она топает ногой, морщит нос, но всё же разворачивается и, пыхтя, направляется к шкафу. Отдаёт мне тест. – Удачи тебе желать не стану, Тамерлан. Очень скоро ты поймёшь, кого потерял. Ты будешь жалеть. Будешь пытаться меня вернуть. Но будет слишком поздно. Да-да. В страшном сне. Салютую ей тестом и иду к двери. – Надеюсь, мне не нужно тебе объяснять, что ты уволена? – В смысле? Тамерлан, а где мне тогда брать деньги? Не оборачиваясь, бросаю через плечо: – В эскорте, Ксюша. В эскорте. У тебя отлично получается.