Знаки

Когда все гости наконец собрались, Карл начал свою речь с волнением и энтузиазмом, делясь историей о том, как начинал свой бизнес и к чему его привела упорная работа. Он пригласил всех тех, с кем когда-либо сотрудничал и кто поддерживал его на этом пути.

Я слушала вполуха. Веселый голос Аслана и его любовницы резал слух, создавая напряжение. Рядом сидел Виктор, нежно перебирая большим пальцем мои костяшки. Это было приятно, но внутри всё кипело от нехороших предчувствий. Старые знакомые бросали косые, насмешливые взгляды. Мне хотелось встать и просто уйти.

—...И в завершение хочу поблагодарить Аслана Романовича, директора Фокс Билдинг. Без его участия этот благотворительный вечер не состоялся бы, — сказал Карл, взглянув на стол Аслана. По его застывшему выражению лица я заметила, как Аслан слегка растерялся, но быстро вернул самообладание и обворожительно улыбнулся. — Все средства пойдут в фонд «Спасибо за помощь». Мы с Асланом открыли его недавно, чтобы поддерживать тех, кто оказался в сложной ситуации. Давайте начнем аукцион!

Карл занял своё место, и на сцену вышел аукционист с помощниками, принеся первый лот в коробке, накрытой плотной тканью. Как только все расположились, аукционист объявил стартовую цену:

— Эта вещь была изготовлена на заказ — эксклюзивный аксессуар, который сочетает в себе роскошь и уникальность. Корпус из платины, украшенный бриллиантами, придает ему неземное сияние. Надпись «Together forever» выгравирована изысканным шрифтом, символизируя вечную любовь и преданность. Этот аксессуар — нечто большее, чем просто часы. Стартовая цена — пятьсот долларов.

Я не могла поверить глазам и ушам — это были те самые часы, которые я планировала подарить Аслану на годовщину. Дизайн разрабатывался целый месяц, в него я вложила очень много средств. Но даже не успела их вручить. Они остались в моей сумке в подарочной упаковке, которую я даже не видела с момента задержания. Я даже представить не могла, что увижу свой подарок таким образом. У меня едва не свело челюсть, когда я встретилась взглядом с бывшим мужем. Он нагло ухмылялся и выглядел более чем довольным.

— Шестьсот! — крикнула я, подняв номерок. На меня тут же обратили внимание, оборачиваясь со своих мест другие приглашенные.

Аукционист начал отсчет, пока кто-то не предложил цену выше. Им оказался Карл. Он повысил ставку до тысячи.

— Эти часы, они для тебя важны? — спросил Виктор, уловив каждое мое движение.

— Да, — ответила я кратко, не углубляясь в объяснения. Я должна была вернуть их. Я не знала зачем, но мне было необходимо заполучить их обратно.

Виктор поднял номер и назвал цену десять тысяч долларов. Зал затих. Кто-то удивленно ахнул. Я же замерла в ожидании. И вот, когда уже начали отсчет, прозвучала ещё более высокая ставка.

— Пятьдесят тысяч, — уверенно произнес Карл. Его голос прозвучал неожиданно, и я не могла понять, почему он решил вмешаться. Вряд ли он знал, какое значение эти часы имели для меня. Они совсем не подходили его стилю: Карл предпочитал известные бренды, и я сразу заметила на нём костюм от Гуччи и лоферы от Берлути. Не говоря уже о ролексах на его запястье.

— Сто тысяч, — твёрдо ответил Виктор, не уступая. Я не знала, радоваться мне или сокрушаться. Да, я хотела вернуть часы, но мысль о том, что придётся заплатить за них столько денег, которые неизвестно куда пойдут, не давала мне покоя.

По залу прокатилась волна перешептываний: каждый хотел узнать, чем закончится этот финансовый дуэль. Неожиданно Карл перестал поднимать ставки, и вместо этого он лишь довольно сверкнул глазами и отвернулся.

— Продано Виктору Зенкевичу! — объявил аукционист. — После последнего лота можно подходить и оплачивать свой выигрыш. Напоминаю, все средства поступят в благотворительный фонд.

Последующие лоты меня не интересовали. Я сидела, погружённая в мысли, ожидая окончания аукциона. Виктор не сводил с меня глаз.

— Не стоило так сильно увеличивать цену. Они не так важны, — произнесла я. Деньги сами по себе меня не волновали. Я просто не хотела, чтобы тот гад получил столько средств за свой же подарок. Я не знала ни про какой благотворительный фонд до этого момента. Возможно, Аслан таким образом отмывал деньги. Когда и как он связался с Карлом оставалось для меня загадкой. Насколько я знала, Карл жил в Мексике и имел там свой бизнес. С его слов в Россию же он приехал совсем недавно.

— Они важны для тебя, — заметил Виктор. Мы встретились взглядами, и я ощутила в его глазах неподдельный интерес и нежность. Это заставляло моё нутро плавиться, и я почувствовала потребность охладиться.

— Мне нужно в дамскую комнату, — сказала я, хоть немного надеясь, что смена обстановки поможет собрать мысли и вернуться к реальности. Виктор кивнул, и я направилась к выходу.

Прежде чем идти обратно я решила выйти на темный балкон. Прохладный осенний ветер обдувал разгоряченную кожу. Было сложно решить, как действовать дальше. Я ведь совершенно ничего не делала и просто ждала результата как должное, полностью полагаясь на Виктора. Нужно менять ситуацию.

— Роксана, что ты здесь делаешь? — раздался знакомый голос за спиной.

Я обернулась и увидела Карла. Он загадочно улыбался, держа в руках бокал с прозрачной жидкостью.

— Дышу свежим воздухом, — ответила я.

Карл подошел ближе, и я ощутила аромат его мускатного парфюма, смешанный с запахом дорогого алкоголя. В его глазах плясали яркие искры.

— Что у тебя с Асланом? — нетерпеливо спросила я.

Мужчина усмехнулся, поставив бокал на перила балкона.

— Бизнес, — кратко ответил он, не давая мне развить тему. Затем задал свой вопрос: — Не хотела бы присоединиться ко мне?

Я продолжала смотреть на него вопросительно, не совсем понимая, о чём он. В темноте его зрачки увеличились, а глаза стали почти черными, придавая его идеальному образу нотки безумства.

— В каком смысле? — уточнила я.

— Уедем куда хочешь. Или останемся здесь, — Карл облокотился о перила и наклонился ко мне ближе. В его голосе всё больше звучало опьянение. Я восприняла его предложение как шутку или даже пьяный бред.

— Ну, наверное, лучше остаться. Но думаю, Виктору это не понравится. У меня с ним свой бизнес.

Карл достал сигарету и прикурил, выдыхая дым в мою сторону.

— Доберману нужен Аслан, а мне — ты. Полагаю, что он будет рад обменяться. С каким рвением он выкупил те часы. А я всего лишь хотел вытянуть из него побольше бабла.

Он звучал как человек, уверенный в том, что может управлять людьми, и как будто слегка безумный. Мне стало любопытно узнать больше. Карл протянул мне сигарету, и я, взяв её, втянула обжигающий дым в легкие. Голова закружилась, и я закашляла.

— Он меня не отпустит, — почему-то мне это казалось непреложной истиной. В Викторе я чувствовала уверенность, что он меня защитит и не даст так просто уйти. Едва ли я верила, что действительно важна ему. Но всё же, находясь с ним, я ощущала обволакивающее чувство безопасности. — Что ты знаешь?

Неожиданно Карл очень пугающе улыбнулся. Я отошла от него на шаг. Едкий табачный дым и странные речи этого человека вызывали беспокойство.

— Слышал, что твой бывший муж пытался проникнуть в твой дом, но у него не получилось. Что он хотел забрать?

Этот человек говорил загадками. Он словно хотел натолкнуть меня на мысль, но по итогу водил за нос.

— Свои трусы. Почему ты мне это говоришь?

— Хочу быть полезным. — Затушив бычок о деревянные перила Карл небрежно выкинул его, совершенно не заботясь о чистоте и порядке. — Роксана, пёс будет предан до тех пор, пока его кормят. Тебе стоит заручиться поддержкой кого-то другого.

Его слова были наполнены скрытым смыслом, который наводил на определённые выводы. Моё сердце колотилось, как пленный в бочке, требующий свободы. Хотелось поскорее уйти и поговорить с Виктором. Словно прочитав мои мысли Карл поблагодарил меня за составленную ему компанию и оставил меня в одиночестве, ссылаясь на большое количество тех, кто желает с ним пообщаться.

* * *

Виктора на своем месте не было. Я села за наш столик, переводя дыхание. Неожиданный диалог словно высосал все силы. Обдумывая слова Карла, я поняла, что он многое знает, особенно про Аслана. У них были совместные дела, и предстояло выяснить, какие. Мне стало ясно, что Виктор нацелился на Аслана, а не на саму компанию. Это была хорошая новость, так как я планировала восстановиться в роли владельца. Я любила свою работу и безумно соскучилась по ней.

Оглядев обстановку, я заметила, что люди общались между собой. Аукцион закончился, и, скорее всего, Виктор ушел выкупать часы. Столик Аслана пустовал, и я облегченно вздохнула, но тут услышала перешептывающиеся голоса. Когда прозвучали знакомые имена, я прислушалась внимательнее.

— Она говорила, что Аслан собирается продавать бизнес и уезжать из страны, — донесся до меня обрывок диалога. Я делала вид, будто занята разглядыванием пузырьков от шампанского в бокале, и меня никак не касается этот разговор. — Ну ты же знаешь Стеллу. Она всегда говорила то, во что хотела верить. Продавать самую могущественную корпорацию — такая себе идея.

— Но дела-то идут плохо. Многие увольняются. Говорят, что кто-то сильно пострадал в главном офисе.

Вдруг кто-то шикнул, и разговор перешел на шепот. Мне приходилось очень сильно фокусироваться, чтобы расслышать, о чем они говорили дальше.

— С ума сошел? А если тебя услышат?

Дальше все стихло. Я задумалась, что если Аслан собирался уехать из страны, то мне нужно было действовать быстрее. Он хотел спрятать меня за решетку, но у него не получилось. Аслан вполне мог замести следы и скрыться в другой стране. Я не могла его так просто отпустить. Звуки подошедших шагов отвлекли меня. Я подняла взгляд и увидела, как мужчина в клетчатом черно-белом костюме улыбается мне. Он придвинул стул и присел рядом без разрешения. Вместо обычных белых зубов у него была полностью золотая челюсть. Я вспомнила, что мне приходилось работать с этим человеком раньше. Он входил в список самых богатых бизнесменов страны и постоянно заваливал меня цветами. А однажды предложил стать его любовницей.

— Роксана Алексеевна, здравствуйте. Вы так прекрасно выглядите в этом платье, — сказал он, рассматривая меня как товар. Я тем временем огляделась по сторонам в поисках Виктора. — Не хотите присоединиться к нам?

Мужчина указал на столик, где сидело несколько мужчин. Именно с той стороны доносились разговоры, услышанные мною ранее. Я подозрительно на них покосилась и отвела взгляд.

— Нет. Я не одна.

— Ладно, — хмыкнув, мужчина наклонился ко мне поближе и почти в лицо сказал: — Подожду, когда Доберману наскучит твоя недовольная мина.

— Что? — мне показалось, что я его не так расслышала.

— Я бы хотел пригласить тебя в одну из свободных комнат. Я бы смог доставить тебе удовольствие, в отличие от него. А потом позвал бы своих друзей, после которых ты не сможешь ходить.

— Пошел отсюда.

Подмигнув, он ушел. Я едва не взорвалась от возмущения — меня всю затрясло. Придя в себя, я хотела вскочить с места и выплеснуть содержимое бокала в лицо тому ублюдку. Никто прежде не смел так со мной разговаривать.

Вдруг кто-то нежно коснулся моего плеча. Я обернулась и встретилась с пронзительным взглядом Виктора, который вернулся незаметно. Что-то щелкнуло внутри, и его появление помогло мне расслабиться.

— Можешь забирать, — сказал он, протягивая мне уже знакомую коробку. Его взгляд стал обеспокоенным. — Что-то случилось? Выглядишь бледной.

Я приняла её и открыла. Внутри лежали те самые часы — без единой царапины или скола, такие же безупречные, какими я их видела в последний раз.

— Всё хорошо. Спасибо. — Я убрала часы обратно в коробку и положила в сумочку.

Я не стала рассказывать ему ни о чем, так как не видела в этом смысла. Да и что бы он сделал? Но того мужчину с золотыми зубами я запомнила — на всякий случай. Оставив это на потом, я переключилась на то, что волновало меня больше.

— Если бы тебе предложили обменять меня на Аслана, ты бы согласился? — в моих словах была доля вызова, но и скрытая тревога из-за возможного ответа.

На лице Виктора промелькнула тень подозрения. Его мышцы напряглись, как будто он насторожился, но затем лицо смягчилось, и он одарил меня обманчиво успокаивающей улыбкой.

— Не думай, — ответил он, его голос был тихим, но уверенным, — что так просто можешь отделаться от меня. Я не отпущу тебя, пока ты не исполнишь свою часть сделки.

В его глазах сверкнуло что-то необъяснимое — смесь страсти и нежности, которая заставила меня почувствовать себя уязвимой. Что-то изменилось. Во мне или в самом Добермане. Исходящая от него угроза не пугала — она манила меня, как мотылька яркий свет огня.

Из глубины коридора, где находилась лестница, ведущая на второй этаж, до моих ушей донесся пронзительный крик. Вздрогнув, я повернула голову в сторону открытых дверей. Оттуда выбежала женщина, шатаясь и падая. Все в этот момент замерли. Даже музыка затихла. К ней начали подходить и спрашивать, что случилось. По залу прошла рябь испуганных голосов.

— Убийство.