Глава 12

Глава 12

- Да неужели! Какие люди в Голливуде!

- Привет! – Поляков отсалютовал другу стаканчиком с кофе и снова уткнулся в техзадание, присланное ему на рассмотрение еще на прошлой неделе.

- Да отвлекись ты хоть на минуту!

- Не могу. Сроки горят… Ты сам-то это смотрел? Думаешь, стоит ввязываться?

- Можно попробовать, – почесал густую щетину Макаров. - Но что ты все о работе, а?

Поляков демонстративно покосился на часы, обвел взглядом свой кабинет, как бы намекая на то, что в рабочее время и на рабочем месте говорить о работе довольно логично, и, приподняв бровь, уставился на друга.

- Блин! Тебя не было четыре дня… Что за таинственные исчезновения? Я тут, понимаешь ли, жду отчет…

- Отчет? – бровь Романа поднялась еще выше, - и о чем это я должен отчитаться?

- Ну, как? О нашей реставраторше, конечно же! Как она тебе?

Поляков задумался. Как она ему? Как она ему… А черт его знает! Он уже не смог бы ответить сходу. Она была… смешной, острой на язык и язвительной. А еще не такой уж и страшненькой, хотя, безусловно, он лицезрел ее в самом неприглядном виде из всех возможных.

- Языком чесать – не мешки ворочать. Все выводы – после того, как посмотрю на неё в деле.

На самом деле Роман был почти уверен, что Аглая еще не раз его удивит. И своим мастерством, и много чем другим… Он чувствовал в ней какую-то загадку. И хотел ее разгадать. А еще впервые за долгие-долгие годы ему действительно было по кайфу находиться рядом с женщиной. Удивительно, особенно учитывая тот факт, что большую часть времени она проводила в горячке.

- Ну, не знаю… - задумчиво протянул Артур, - мне её даже жалко.

- Жалко? Глашу? Это еще почему?

- А ты как будто не знаешь! – закатил глаза Макаров. – Мимо тебя же ни одна баба не пройдет. И ее не минет сия участь. Будет вздыхать по тебе, томиться… Бродить за тобой по дворцу, словно привидение…

- Ага. А потом от неразделенной любви выбросится из самой высокой башни. Ты ничего не курил? – усмехнулся Роман, отрываясь от документов.

- Не-а… Стоп! Глашей? – насторожился Артур. - Это когда Васильева стала для тебя просто Глашей?

- С того самого, как меня отшила! – сверкнул улыбкой Поляков.

- Эта серая мышь? Тебя?

- Я, конечно, польщен твоей верой в мою мужскую привлекательность, но… представь себе, да!

- Не могу представить, - честно сознался Макаров, - ты меня разыгрываешь?

- Нисколько.

- Боюсь даже предположить, что могло тебя заставить на нее позариться. Неужто все другие бабы освоены?

- Ну, признаю, это вышло случайно. А тут она – даже не мечтайте. Вы – последний мужчина на земле, с кем бы я хотела очутиться в постели.

Несколько секунд Артур испытывающе смотрел на Полякова, но убедившись, что тот не шутит, захохотал в голос.

- Черт! А она мне нравится… Кто бы мог подумать! Я дожил до того момента, как тебя прокатили.

- Ну, это мы еще посмотрим, - сощурился Роман. – Мы с Глашей, между прочим – друзья!

- Серьезно?

- Угу. Это её идея. Так и говорит, могу вам, сударь, пожаловать лишь свою дружбу.

Макаров хрюкнул и завалился на подлокотник.

- В общем, перчатка брошена, да, Поляков? А что, может, это и к лучшему. Проучишь. Эта Глаша, еще когда взялась тебя шантажировать, заработала на орехи. Вот пусть и подумает над своим поведением! Гениально…

Роман нахмурился. Ничего такого он не планировал. Ни проучивать ее, ни наказывать. Впрочем, кого он обманывает? Поначалу, конечно, его план был именно таким. Ведь была задета его мужская гордость, а это вам не шутки. Но… в какой-то момент все изменилось. Может быть, для этого ему нужно было узнать Глашу получше, разглядеть в ней то, что далеко не с первого раза бросалось в глаза?

Дерьмо! Только этой романтичной чуши ему и не хватало для полного счастья!

- Ты лишь не забывай, кто нам её протежировал, - вдруг посерьезнел Арт. Роман вскинул голову. Уставился на друга, не сразу въехав в сказанное. А потом выбрался из кресла, костеря себя за то, что сам не подумал об этом.

- Блядь, - выругался, зарываясь рукой в волосы.

- Ну, на крайняк, вы и впрямь можете остаться друзьями.

- Очень смешно! Ты, кстати, не выяснил, каким она боком к Кошманам?

Макаров виновато покачал головой:

- Прости, брат, совсем замотался. Работы - тьма! Ты пропал, а я, как электровеник, тут за всем поспеть пытался.

Роман кивнул, вернулся в кресло. Постучал карандашом по столу и скомандовал:

- Ну, вот и рассказывай, что тут без меня было. С Кантимировым разговаривал?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Угу… Весь мозг мне съел этот придурок…

В общем, разговор перешел на рабочие моменты, и до поры до времени Поляков только о работе и думал. А вот по дороге домой – вернулись мысли о Глаше. Вот же хрень собачья! Зря он это все затеял. Подумаешь, баба отшила. Как-то переживет… Прав был Макаров. Неизвестно, какой у Царицы Тамары в этом всем интерес. Может быть, Глаша – внучка ее какой-нибудь давней подружки. Ну, или бедная родственница. С такой связываться – себе дороже.

Поляков покосился на часы. Кивнул довольно, давая себе зарок, что все – это в последний раз. Вот сейчас заберет Женьку с Дашкой из сада, вовремя, кстати, заберет! Убедится, что Глаша в порядке, и все… Домой. А там пусть что хочет себе думает. Не было ничего, и не надо…

Роман глазам своим не поверил, когда у ворот садика увидел рыжую голову Глаши. Выскочил из машины.

- Эй! А ты почему не в кровати?

- Здравствуй… те.

Он сразу же уловил эту заминку. И догадывался, чем та была вызвана. Довольно странно выкать человеку, с которым ты спала две ночи к ряду, и чья рука побывала в твоих трусиках. Даже если этот мужчина – твой шеф.

- Так почему ты не в кровати? – стоял на своем Поляков. - Я же сказал, что заберу девочек.

Глаша кивнула:

- Да, я помню. Но у меня уже бока болят от бездействия. А тут такая погода…

Поляков оглянулся. И вправду… погода была что надо. Дорожки, наконец, просохли, пели птицы, и в воздухе пахло весной. А он… он бы неизвестно когда это всё заметил. До этих пор вопрос погоды волновал Романа лишь сугубо в контексте собственной деятельности. Например, из-за раннего потепления работы во дворце Никоновых начались на неделю раньше, чем он рассчитывал. И, если бы не болезнь Глаши, уже вполне можно было приступать к реставрации фресок.

Пока они переговаривались, их заметили девочки. Подбежали к воспитателю, чтобы сообщить, что за ними пришли. И как только им позволили, выбежали за ворота, держась за руки. За прошедшие дни их девчонки вообще стали не разлей вода.

- Раз тебе получше, мы тогда, пожалуй, домой? – спросил Поляков у Глаши.

- Как домой? – удивилась Женька.

- Мы же погулять хотели, - убито вторила подруге Даша.

А Аглая… Аглая лишь сухо кивнула в ответ на его слова. Вот кому, мать его, было все равно! Роман нахмурился.

- Погуляете в другой раз.

- Ну, мам, мы сейчас хотим!

- Мы сегодня хотим, дядь Рома…

Ну, вот! Только Женькиных слез ему и не хватало.

- Я не знаю… если Дашиной маме действительно лучше… Я могу вас отвезти в парк.

- Мам? – Даша вскинула на Глашу полные надежды глаза. - Тебе же лучше, правда?

- Конечно. Если мы не расстроим планы Романа Георгиевича…

Роману хотелось рыкнуть – какие уж тут планы? Но он лишь сильней стиснул зубы. Удостоверившись, что добились своего, девочки завизжали и бросились обниматься. Похлопывая в ответ по их хрупким спинкам, Поляков думал о том, как он вообще дошел до такой жизни?

Идея поехать в парк оказалась не самой удачной. Пока доехали, солнце село, и значительно похолодало. Все же весеннее тепло было таким обманчивым – хоть бы не заболеть. Поляков поежился на ветру и перевел взгляд на Аглаю, которая зябко куталась в тоненькую ветровку.

- Так, народ… План меняется!

- Мы не хотим домой… - в один голос заныли девочки, вытирая вмиг потекшие на холоде носы.

- А кто говорил - домой? Вон там… торговый центр, видите?

- Угу!

- По-моему, я там видел батутный центр.

- Поздно уже, - забеспокоилась Аглая.

- Ну, уж час пусть попрыгают, - возразил Роман.

Девочки буквально загорелись этой идеей. К торговому центру они бежали бегом. Народу по случаю буднего дня на батутах было немного. Роман оплатил входной билет, проигнорировав Глашин лепет о том, что она выскочила за Дашкой без кошелька, и кивнул на примыкающий к залу ресторан.

- О, нет… Я в таком виде…

Глаша обвела рукой собственный неказистый прикид. Как будто именно этот мог бы его смутить. Ага! Как же... Вот все другие не смогли, а этот прям особенный. Если на то пошло, Роман уже даже привык, что с одеждой, как и с выбором парикмахера, у Глаши были проблемы. Ее гардероб сплошь состоял из каких-то унылых тряпок. Даже странно, учитывая тот факт, что обычно люди ее профессии отличались отменным вкусом. Поляков фыркнул, взял Аглаю за руку и потащил вслед за собой. Усадил, как ребенка, за столик в углу. Сел рядом. Минутой спустя к ним подошла официантка.

- Ни в чем себе не отказывай, детка, - обаятельно улыбнулся Роман и, как пса, почесал Глашу за ухом. Та нахмурилась, сделала заказ, выбрав, конечно же, все самое дешевое. А когда девица ушла, опустила взгляд вниз и, проведя по скатерти пальцами, пробормотала:

- У меня не было возможности тебя поблагодарить за все, что ты для меня сделал, и сейчас я бы хотела это исправить.

- Исправляй, раз хочешь! – покладисто кивнул Поляков.

- Спасибо за то, что помог. Не ожидала, правда…

- Это еще почему? Мы же друзья, или ты забыла?

- Ничего я не забыла. Просто глупо это…

- Что именно? Дружить?

- Нет. Предлагать дружбу такому мужчине, как ты.

- Какому такому? – искренне заинтересовался Поляков.

- Напрашиваешься на комплименты?

- С чего бы мне это делать? Ты, когда меня отшила, ясно дала понять, что…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Дерьмо! – неожиданно выругалась Аглая и склонилась над столом низко-низко. Роман удивленно выпучил глаза.

- Что-то случилось?

Не поднимая взгляда, Аглая кивнула.

- Не подскажешь, что?

Глаша покрутила в руках салатную вилку не торопясь с ответом.

- Там мой бывший…

- Серьезно? – вытянул шею Поляков.

- Да не смотри ты так! Это же… неприлично! – вспыхнула Глаша. Она выглядела такой убитой – вот просто обнять и плакать.

- А что, лучше, как ты? Забившись под стол сидеть? – не пошел на поводу у своих желаний Поляков.

- Ничего подобного я не делала!

- Ну да, как же. И эта та, которой хватило смелости меня… Романа Полякова, отшить. А тут какой-то бывший. Пфф… - закатил глаза Роман, подхлестывая злость Аглаи. И Глаша, кажется, прониклась. Выпрямилась, приосанилась. – Вот! Так намного лучше. Запомни, нельзя показывать мужику, что ты все еще по нему сохнешь. Лучший способ задеть любого из нас - продемонстрировать отсутствие интереса.

- Да не сохну я по нему! Больно надо… Просто… А! – Аглая взмахнула рукой.

- Ну, раз начала, так рассказывай. Мы друзья, помнишь?

- Да я даже при желании не забуду – ты напоминаешь мне об этом каждые пять минут!

Роман улыбнулся. Перехватил лежащую на столе ладонь Глаши и осторожно погладил пальцами.

- Что ты делаешь? – сглотнула она.

- Подыграй мне! Этот твой… на нас смотрит.

- И что?

- А то. Пусть видит, как тебе без него хорошо живется.

Поляков не знал, зачем это делает. Хотелось бы верить, что из жалости… А не из-за всех тех неясных чувств, которые он испытывал, глядя в её глаза.

- А мне и живется! Вот как он оставил нас с Дашкой в покое, так и живется.

Ух, ты! Уж не тот ли это Ганапольский, которого Глаша проклинала ночью? И вот с этим… она его, Романа Полякова, сравнивала? Ну, и дерьмо!

- Это что, Дашкин отец?

- Нет! – отчаянно затрясла головой Аглая. - Разве он похож на отца? Так, донор спермы.

- Поверить не могу, что ты меня с ним сравнивала, - брезгливо скривился задетый в лучших чувствах Роман. – Знаешь, что? – спросил он, склоняясь над Глашей.

- Не-е-ет, - залепетала она.

- Думаю, чтобы понять, как ты ошибалась, тебе нас нужно просто сравнить…

А потом Поляков ее поцеловал.