Глава 7
Глава 7
В город Поляков возвращался намного позже, чем рассчитывал. Даже несколько встреч пришлось перенести – кто ж знал, что эта малахольная так увлечется работой, что её от неё будет не оторвать? Роман скосил взгляд на сидящую рядом девушку. В тепле салона её кожа порозовела, и лицо уже не казалось ему таким… никаким.
- Это у вас в животе урчит или у меня?
Аглая, кажется, покраснела еще сильнее.
- У меня. Я ведь даже позавтракать не успела.
Сам Поляков в жизни не завтракал, но то он – здоровый мужик, а не это… худосочное несчастье. Того и гляди, в голодный обморок грохнется. Роман тяжело вздохнул. Он силился припомнить, где в этих местах можно пообедать без риска для здоровья, да так ничего и не надумав, притормозил у первого попавшегося придорожного кафе.
- Ну? Ты идешь?
Опять то «ты», то «вы»! Определился бы уже!
- К-куда? – запнулась Аглая.
- А что, ты видишь богатый выбор?
Бровь Полякова иронично изогнулась, придавая лицу знакомое, уже набившее Глаше оскомину, выражение превосходства. А ведь по факту, откуда ей было знать, что в голове у этого напыщенного павлина? Может, ему в туалет приспичило… Или еще чего.
Аглая проглотила готовые сорваться с языка колкости и повела плечом ничего не выражающим жестом.
- Ну, как хочешь. Можешь сидеть здесь голодная. А я, пожалуй, что-нибудь съем.
- Вы издеваетесь? Как я, по-вашему, пойду в приличное заведение в таком идиотском виде? - в последний момент Аглая все же вспылила. Помахала перед носом начальника спадающими едва ли не до самого пола рукавами и от досады хрустнула пальцами. Несколько секунд Роман внимательно её разглядывал. Не убирая холеной кисти с ручки двери. А потом бесстрастно спросил:
- А кто вам сказал, что оно приличное?
Аглая комично запыхтела. Сложила руки на груди и отвернулась к окну, видимо, приготовившись ждать его столько, сколько придется. Если бы у Полякова спросили, он и сам бы не смог ответить, зачем вновь и вновь провоцировал реставраторшу. Может быть, от того, что так давно не видел на лице женщины живых непритворных эмоций. А все больше маску, плохо скрывающую расчет и скуку.
Недовольный тем, какой оборот приняли его мысли, Роман чертыхнулся и выехал на трассу. В последнее время день в значительной мере прибавился, но все равно дело шло к сумеркам. И хоть было еще светло, солнечные лучи уже не били по глазам, а окутывали землю мягким золотистым свечением, уходящим в лиловый на горизонте. Роман поглядывал по сторонам и постукивал по рулю большими пальцами. Километров через двадцать сбавил скорость. Оглянулся, чтобы удостовериться, что это именно то место, и обратился к притихшей Аглае:
- Вашей машины нет.
- Правда? – Глаша выпрямилась на сиденье. Чуть подалась в его сторону. Поляков шарахнулся от нее, как от прокаженной. Она это заметила. Закусила губу, отвела взгляд и затараторила: - Еще бы они не забрали! Я отдала столько денег за этот чертов эвакуатор.
Аглая врала напропалую. Она понятия не имела, куда могла подеваться ее Нива, если только ее действительно не забрали коммунальные службы на штраф-стоянку или… не вмешался кто-то из братьев.
Не поверив ей ни на секунду, Поляков прибавил скорости. Он вообще не мог понять, какое ему дело до проблем своей подчиненной. Он ей не нянька, если уж на то пошло. Злой и голодный Роман свернул к первому попавшемуся Маку.
- Макдональдс? Вы серьезно?
- Господи, женщина, что не так на этот раз? Это же чертов Мак драйв!
- Вот именно. Я и не думала, что вы бываете в таких заведениях.
- Я и не бываю. Просто жрать хочется – сил нет. А где я еще поем, не выходя из машины? - Поляков кивнул головой в сторону неказистого прикида Глаши. – Нам два биг-мака, две больших картошки фри и две колы со льдом, – это уже кассиру.
Заказ обработали быстро. Аглая впилась зубами в бургер с вкусной говяжьей котлетой, хрустящими солеными огурчиками да лучком и, закатив глаза от чистого наслаждения, застонала. А Роман так и замер с открытым ртом, не донеся свой бургер до цели. Посидел несколько секунд в надежде, что ему показалось. А когда неловкое молчание затянулось, пододвинул картонную коробку со снедью, прикрывая пах, и делая вид, что ничего не случилось, отвернулся. Ну, надо же. У него опять на неё встал!
- Вкусно, - пробубнила Глаша, активно работая челюстями. Слизала с губ белый соус и снова впилась в котлету ровными маленькими зубками. Поляков сглотнул и с непонятно откуда взявшейся жаждой набросился на свою колу.
- Куда вас везти? – откашлялся.
- На Юбилейный. Мне, как и вам, в садик. Забыли?
- Такое забудешь, - нахмурился Роман и таки принялся за еду.
К счастью, когда они подъехали к детскому саду, в группу даже подниматься не пришлось. Дети прогуливались на участке. В самый неподходящий момент, когда на него уже обратили внимание, кажется, все присутствующие (Поляков третьим глазом видел их изучающие, полные любопытства и осуждения взгляды), у него зазвонил телефон. Оказалось, что на одном из объектов в срочном порядке требовалось его присутствие. Быстро свернув беседу, Роман нацепил свою самую обаятельную улыбку и обратился к воспитателю:
- Добрый вечер! А я за Женькой и Дашей.
- Дашей? – изменилась в лице с виду интеллигентная женщина, которая, вероятно, как и весь чертов «Колокольчик», начиная от сторожа и заканчивая заведующей детским садом, была наслышана о его конфузе.
- Да, - улыбнувшись еще шире, кивнул болванчиком Поляков, - Дашей Васильевой. Вон ее мама. – Роман обернулся. Аглая приоткрыла дверь его Кадиллака и помахала рукой воспитательнице. С такого расстояния узнать Глашу было можно, а вот разглядеть в деталях ее дурацкий прикид – вряд ли.
- Ох… Ну, тогда забирайте, конечно… Вы же понимаете, что я… - смущенно залепетала женщина.
- Конечно, - иронично улыбнулся Роман и перевел взгляд на спешащую к нему племянницу. - И Дашу бери с собой! – крикнул ей, сложив лодочкой руки у рта.
Пока девочки, подпрыгивая и болтая, семенили к машине, Роман думал о том, как будет выкручиваться. Взять Женьку с собой на стройку – не вариант. Это не самое подходящее место для ребенка. А для такого энерджайзера, как его племянница – и подавно. Навстречу дочке из машины вышла Аглая. Склонилась к ней, обняла, как будто они не виделись год, и принялась о чем-то расспрашивать. И тут Полякова осенило.
- Аглая!
- Да?
- У меня возникли кое-какие проблемы на объекте, нужно ехать туда прямо сейчас...
- Оу, ну, ладно… Нам здесь недалеко. Дойдем как-то, - пробормотала она, окидывая себя полным сомнения взглядом.
- Нет, об этом не может идти и речи! Я вас отвезу…
- Тогда о чем речь?
Поляков тяжело вздохнул. Покосился на племянницу, которая на пару с подружкой внимательно следила за их диалогом.
- Я хотел бы вас попросить приглянуть за Женькой. Понимаете, мне ее совершенно некому перепоручить, а на стройку с собой тащить – сами понимаете.
- Ух, ты! Женька поедет с нами! – захлопала в ладоши Даша.
- Если твоя мама согласится, - заметил Роман.
- Мама, пожалуйста, соглашайся! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!
Аглая зажмурилась. Если честно, она себя довольно неважно чувствовала. Это началось еще в машине. Легкое першение в горле, озноб… Но как она могла отказать дочке? А Полякову? Особенно после того, как он извинился за то, что наорал на нее, и даже пригласил на обед. Не в «Милано», конечно, в такие заведения он только любовниц, наверное, водит… Но на тот момент Глаше и Макдоналдс за счастье был.
- Ну, так что? – нетерпеливо переступил с ноги на ногу Поляков.
- Конечно. Я пригляну за девочками.
- Ну, тогда едем.
Подниматься в квартиру Роман не стал. Выкинул их у подъезда, пообещав сделать все, чтобы вернуться пораньше, и был таков.
Есть девочки категорически отказались, сославшись на недавний ужин в садике, но попросили чай. Аглая включила чайник и принялась расставлять посуду на небольшом подносе. Блюдца, чашки, сахарница, заварник. Настоящий, фарфоровый… Красный в белый горох. Откуда только взялся в этой квартире? Все, главное, новое, а чайный сервиз как будто родом из семидесятых. Он Аглае страшно понравился. Она вообще тяготела к вещам с историей, что, наверное, объяснял и выбор ее профессии.
В Германии Глаша жила в крохотной квартирке над пивной. В ней было не развернуться. Например, если лечь на древнюю кровать и вытянуть ноги, то пальцами можно было коснуться противоположной стенки. А в кухне и вовсе двум людям было не разойтись. Но Аглая обожала свою квартирку. Несмотря на тесноту и гудящие старые трубы.
Пока чай заваривался, Аглая сходила за теплой кофтой и натянула на ноги толстые вязаные носки. Знобило все сильней, и она не знала, что с этим делать. Лекарств, обычно хранящихся в каждом доме на всякий случай, она купить не успела, а пойти в аптеку сейчас не было возможности. Во-первых, Глаша не могла оставить девочек одних, а во-вторых, не хотела выходить на холод. Может быть, завтра съездит. И вот тогда Аглая вспомнила, что ехать ей как раз и не на чем.
Аглая позвала девочек пить чай, а сама схватилась за телефон.
- Ну, вот! А я все думал, когда же ты позвонишь? Уже сам хотел тебя набрать, да замотался.
Угу. Значит, её звонка ждали. Глаша пожевала губы и пробормотала:
- Привет, Паш…
- Привет-привет! Вот напасть… Каждый раз забываю здороваться. Даже страшно, что обо мне по этому поводу думают приличные люди.
Аглая невольно улыбнулась. Мысль о том, что её брата могло волновать чье-то мнение, была не только абсурдной, но даже какой-то кощунственной.
- Это не плохо. Просто ты спешишь перейти к сути разговора.
- И то так. Так о чем это мы? – перешел к той самой сути Пашка.
- О моей машине, - вздохнула Глаша.
- А-а-а, об этой старой груде металла?
- Паш!
Аглая нахмурилась и посильней сжала на груди кофту. Озноб стал таким сильным, что у нее застучали зубы. Ей не хотелось тратить последние силы на словесную перепалку с братом, который менял свои машины, как и баб, после нескольких лет пробега.
- Ладно-ладно. Забрали её… Чуток подремонтируют и вернут.
- Спасибо. Но я ведь не просила…
- Так, слушай! Ты знаешь, что осталось бы от этой развалюхи, побудь она на обочине чуть дольше? Так я тебе скажу – ни черта бы не осталось. Это тебе не Европа.
Аглая пожевала губу. Спорить не было сил. К тому же с Павлом делать это было себе дороже. Он был из тех, для кого существовало только его мнение и неправильное. Он был Кошманом до мозга костей…
- Ладно. Спасибо, конечно…
- Пожалуйста.
- Так, когда я смогу ее забрать?
- Я тебе сообщу. Слушай, какой-то у тебя голос странный. Ты часом не заболела?
- Нет. Я в полном порядке. Сегодня даже приступила к работе… - отчиталась Аглая, как если бы и впрямь думала, что Павел об этом не знает.
- Ты молодец.
Нет… Нет, вообще-то… Но Аглая опять же не стала спорить.
- Ладно, тогда я буду ждать твоего звонка. И еще раз спасибо за машину.
- Пока не за что. И, Глаша…
- М-м-м?
- Позвони матери. Она не молодеет…
- Обязательно. Как только я…
Аглая не смогла договорить. Как только я… что? Как только смогу смотреть в её глаза и не чувствовать себя при этом ни на что негодным ничтожеством? Ошибкой природы, на которой эта самая природа решила отдохнуть?
- Позвони! – с нажимом повторил Павел и отключился.
Глаша откинулась затылком на стену и подтянула ноги к груди, с головой погружаясь в воспоминания. В кухне над чем-то хохотали девочки, а она уносилась на крыльях памяти все дальше и дальше… В босоногое, такое счастливое детство.