Глава 20

Аластер Хейл.

В венах Аластера Хейла закипала алая ненависть. Она замутняла его глаза, поэтому он весьма удивился, когда оказался рядом с гробницей предков. Провёл рукой по волосам, выдохнул и сцепил зубы.

Никто уже давно не вызывал в нём таких сильных эмоций. Может быть, никто вообще…

Эта девчонка точно истово желала свести его с ума.

Он не вздрогнул, когда внезапно часы задребезжали в кармане, только потому что бояться не умел. Вытащил и сдавил так сильно, что треснуло стекло.

— Демон…

Стрелки указывали на час смерти. Кто-то должен был восстать ровно на сутки.

К своему стыду, Аластер совсем забыл, кто именно.

— Нет, дорогуша, всего лишь я, — улыбнулся Бельфегор Хейл, высокий, ухмыльчивый и едкий прадедушка.

Он был одним из мужчин, кто вошёл в семью и вынужден был взять фамилию жены, а также отдать её семье свою настоящую силу и свой цвет волос.

Когда-то они, довольно короткие и топорщащиеся во все стороны, были огненно-рыжие.

Но после стали платиновые, как и у всех Хейлов.

— Только не ты… — устало улыбнулся Аластер.

Призракам выкать было не принято, особенно своим родным.

— Так, значит? — ухмыльнулся Бельфегор. — Я вообще-то восстаю лишь раз в год, чтобы увидеть свою семью, а ты мне не рад. Погоди… — он подошёл ближе и принюхался. — Да от тебя пахнет женщиной! Сочной, свежей и сладкой! Это не Алисия, не так ли? Она пахнет совсем иначе. Пахнет так, будто бы уже чуть-чуть мертва.

— Хватит, — отрезал Аластер, — я не позволю оскорблять свою невесту. И уж тем более сравнивать её с…

— С кем же? — глаза Бельфегора сочились любопытством.

Он наворачивал круги вокруг Аластера, почти натурально имитируя ходьбу, хотя куда быстрее было бы парить.

Последний из рода Хейлов сел на гладкий, нагретый солнцем за длинный день валун и обвёл призрачного дедушку взглядом.

Он, кстати, был мужчиной в расцвете сил.

— Король приказал мне жениться на южанке. Без возможности это оспорить. И более того, отправил её в путь, не дождавшись моего ответа. Это совершенно не к добру…

— Тот новенький мальчик?

— Ага, — Аластер подтвердил с явным отвращением в голосе. — Я не в том положении, чтобы идти против него.

— А девушка красивая?

Аластеру не нужно было представлять в очередной раз Табиту, чтобы ответить:

— Даже слишком. Но с самого своего приезда она только и делала, что лгала и строила из себя невинную овечку.

— А ты хорошо её встретил? — с ухмылкой переспросил Бельфегор.

— Вообще-то, нет. В этом и дело. Она упорно делает вид, что я ей нравлюсь. Что её всё устраивает. Даже королю не стала жаловаться, когда у неё была на то возможность.

— Ну и что тут думать, мой мальчик? Она красива и явно тебе понравилась. Я тебя таким не видел… да никогда. Женись. Всё равно наша магия съест всё инородное и опасное. Зачем королю подсылать к тебе шпионку? Если он хотел смерти нашего рода, мог бы подослать наёмного убийцу. Это вернее и дешевле.

— Нет, что-то не сходится… — Аластер на мгновение спрятал лицо в прохладных ладонях, чтобы охладить собственную лихорадку. Это, конечно же, из-за злости, а вовсе не любви. — Если бы только родители могли вернуться хоть на один день. Кто-то уничтожил их полностью. Это хуже, чем смерть. И после этого я должен жениться при всех обстоятельствах, даже не зная, что на самом деле случилось с ними?

— Эй, среди них были те, кого я нянчил при жизни… Думаешь, мне бы не хотелось, чтобы хотя бы их прах лежал в нашем склепе? Мальчик мой, но что, если девушка — просто девушка?

Аластер мрачно усмехнулся.

— На наш первый ужин… прямо сейчас… она надела подвенечное платье Оливии. Платье моей сестры, которая так и не вышла замуж. Как будто издеваясь.

— У неё не было своей одежды? — удивился Бельфегор.

Аластер Хейл закатил глаза и поднялся.

— Не было. Но была другая в шкафу в башне. Почему именно это платье?

— Потому что то, что висело в шкафу, носила ещё моя жена? — сморщился призрак. — Старая карга… Вот чьему праху я вовсе не рад. И хорошо, что мы не умерли в один день и больше не увидимся.

Он язвил как мог. Но в голосе была горечь. Бельфегор любил свою жену. Но после смерти им не было суждено быть вместе.

— Я не думал, что те вещи лежали там так долго… Она заставляет меня чувствовать себя то садистом, то идиотом. Я сам себя не узнаю. Когда получил письмо короля, попытался отнестись ко всему этому как к шутке. Но уже совершенно несмешно.

— Что мы до сих пор разглагольствуем? — спросил призрак. — У меня, вообще-то, мало времени. Хочу её увидеть. После и обсудим. А то я не слишком-то доверяю твоему вкусу на женщин, учитывая лери Алисию. Да простит меня богиня.

— Ты всё знаешь, — ответил Аластер тускло.

— Тебе пришлось нелегко, — в нахальном голосе Бельфегора вдруг прорезалось сочувствие. — Потерять за раз всю свою семью, включая родителей, сестёр и братьев… Ты даже не смог похоронить их. Но знаешь что? Не стоило предложением Алисии хоронить себя вместо них.

Аластер только отмахнулся.

— Я должен вернуться к ней, — сказал он. — Не попадайся на глаза, не стоит её пугать ещё больше, чем это сделал я.

— Вообще не будешь нас знакомить?

— Скоро первое испытание. Может быть, она его не пройдёт. Тогда не будет никакого смысла.

Бельфегор кивнул.

— Ну что ж… У меня есть список дел. Полетаю над ближайшей деревней. Может быть, в этом году мне повезёт, и сегодня молодые девы пойдут на реку полоскать ножки…

— Без подробностей.