44 глава

– Ты сегодня рано, – встречает меня Алёна в прихожей. – Я еще ничего не готовила на ужин.

– Вот и отлично, – скидываю ботинки на ходу и направляюсь вглубь квартиры, чтобы принять душ и переодеться. – Через час у меня важная встреча с партнерами. Собирайся. Вместе пойдем. Я сказал, что буду с супругой.

– Через час? – удивляется Алёна. – Я уже няню отпустила. С кем Андрея отставлять? Почему ты заранее не предупредил, Ян? – возмущается она. – Я бы подготовилась. Терпеть не могу собираться в спешке.

Я замираю в дверях и смотрю на цветочек. Мне и впрямь следовало предупредить помощницу, чтобы позвонила Алене заранее, но я замотался и забыл. Мой косяк, признаю.

– Сейчас попробуем что-то решить. Ты пока собирайся, а с Андреем я все организую, – предлагаю я.

Ещё и этот подвисший переезд, с которым дело не может сдвинуться с мертвой точки. Я уже не вижу в нем необходимости, но подстегивает то, что отец с меня живого не слезет, а мотаться туда-сюда и не видеть семьи – подобные реалии не для меня. Володя хоть и взял себя в руки после смерти Игоря, но этого мало. Нам нужно больше надежных людей, чтобы развивать застоявшиеся дела.

Цветочек выглядит раздосадованной моим предложением, но за дни совместного проживания научилась определять мое настроение и дабы не провоцировать сейчас конфликт и новую ссору, которая всегда заканчивается сексом, тяжело вздохнув, скрывается в спальне. Так-то лучше. До кровати сегодня ещё обязательно успеем добраться, а рабочие вопросы себя сами не решат. Пусть цветок наводит красоту.

Договариваюсь с матерью, что она побудет с хомяком и иду в душ. Пока Алёна собирается, пью кофе и заглядываю в гостиную. Андрей сидит на полу в окружении плюшевых псов и нескольких машинок. Заметив меня, демонстративно отворачивается.

Я заранее сочувствую нам с Аленой, потому что все сложное с Андреем у нас впереди. Мальчик любит внимание, очень активный, постоянно находит проблемы на свою голову и не только. Хоть бы дожил до своего совершеннолетия. Иногда мне кажется, что вместо крови по его венам течет упрямство и голый адреналин.

– Сейчас баба Дина приедет и посидит с тобой, а мы с Алёной съездим на одно мероприятие. Хорошо? – спрашиваю я.

– По работе? – уточняет хомяк с недовольным видом.

– Да, по работе, – киваю я.

– А в парк когда поедем? Я хочу покататься на горках.

– Пока не знаю. Потерпишь до завтра?

Вместо ответа Андрей начинает недовольно пыхтеть. Я всегда думал, что ас в деловых отношениях и любого могу заболтать ради своей выгоды. Как же. Держи карман шире, Янис. Не можешь, оказывается.

– Ты обещал мне купить собаку, – вспоминает Андрей.

Я находился в состоянии аффекта, был на грани трясучки, когда эти слова вырвались из меня. Пацану Алёны всего три года, но душу он вынимает с особым мастерством, как будто все предыдущие жизни готовился к нашей встречи, чтобы довести меня до белого каления. Неужели это и впрямь мое наказание? Я полагал, что дети – счастье.

– А ты обещал себя хорошо вести и не надувать свои пухлые щеки по каждому поводу, когда слышишь “нет”. Мы еще не переехали, а в квартире, мама сказала, что не разрешит завести тебе собаку, – обвожу глазами гостиную.

– Большую купишь? Точно? – выпрашивает хомяк свой трофей, поймав меня однажды на слове.

– Самую огромную, – заверяю его.

На деле же куплю какого-нибудь пекинеса и скажу, что через год он вырастет сенбернаром. Что поделать, повсюду в наше время встречается брак. Вот и Андрюшу эта печальная участь не обойдет стороной.

– А мне нравится баба Дина, она кормит меня мороженым и покупает собак, – вдруг переводит тему хомяк.

Спасибо, мам, что не настоящих. Однако делаю пометку в голове “Не оставлять Андрея с отцом”, а то тот может назло купить хомяку овчарку. К сожалению или счастью, Артуру Ремовичу нет дела до своих детей и внуков, если это не касается инвестиций. Сейчас все темы и разговоры только об акциях Гончарова. Отчасти я даже начинаю понимать мать, которая ушла с головой в благотворительность и чужие проблемы. Энергии и амбиций с обеих сторон много, а возможностей реализовать себя мало: мы с Эриком не особо торопились с семьей все эти годы.

– Собери со мной вот этот конструктор, – Андрей достает из-под дивана сломанный автомобиль и отвертку.

Осмотрев плоды его трудов, в лишний раз убеждаюсь, что с выдержкой и терпением у этого ребенка, примерно, как у меня – тяжело.

Поднимаю запястье и смотрю на часы.

– Ну давай, – соглашаюсь я. – Пока мама собирается.

Срочно нужно смещать акценты хомяка, чтобы он не рос эгоистом и организовать ему братика или сестренку.

Алёна появляется в гостиной спустя полчаса в красивом черном платье с открытой спиной, распущенными волосами и неброским макияжем. У меня дух захватывает от ее вида и я зависаю на несколько мгновений с открытым ртом и отверткой в руке. Громко сглатываю и продолжаю изучать цветочек по второму кругу.

С первой нашей встречи Алена заряжает меня эмоциями, от которых внутри все пульсирует и горит.

– Я готова, – произносит она и, заметив мой взгляд, поворачивается вокруг оси несколько раз. – Не сильно вызывающе?

– В самый раз, – ухмыляюсь я, предвкушая, как избавлю цветочек вечером от этого красивого платья.

– Ты неисправим, – Алёна закатывает глаза, правильно истолковав мои намеки и взгляд. – Все мысли только об одном.

Неисправим, это точно. Даже спорить не стану. Как и то, что рядом с Аленой только и думаю, как бы затащить ее кровать. Разве это плохо?

– Долго будет идти твоя встреча? – уточняет она.

– Сколько бы не длилась, у нас ночью явно будет дольше.

Алёна снова закатывает глаза и, чмокнув Андрея в щеку, направляется на выход.

– Там будет много людей? – продолжает цветочек допрос.

– Не особо. Небольшой фуршет человек на двадцать. Вкусный ужин и хорошая компания тебе обеспечены.

Блокирую слова Гончарова, которые всплывают в памяти, что Алена посещала подобные мероприятия с Нейманом и они выглядели вместе очень эффектно. Я совершенного другого мнения об этом: мы смотримся в разы лучше. И при взгляде на нашу пару сразу видно, что между нами с цветочком сильно искрит.

– О чем ты думаешь? – спрашиваю Алёну, заметив, что она не отлипает от телефона и очень волнуется.

– Настя давно не выходит на связь и сбрасывает мои звонки. Жаль, что все так вышло с Игорем...

Я хмурюсь, не переставая следить за движущимся потоком машин впереди.

– Настя и Володя сами разберутся. Третьяков-старший оказывается, нашел подходящую партию для сына и выкупил у меня часть акций, – делюсь с Аленой последними новостями. – Ты знала?

Цветочек отрицательно качает головой и понуро ее опускает.

Даже интересно становится: неужели Володя на это все согласится? Если да, то будет полным кретином. Мне тоже в свое время сватали дочь министра. Хорошо, что я был за границей и на тот момент встретил Веронику. А то, наверное, это навязывание в невесты выгодной партии и по сей день продолжалось.

– А Настя в курсе этого? – спрашиваю я.

– Она говорит, что не общается с Володей.

И очень глупо поступает, но кто мы такие, чтобы лезть в чужую жизнь? Пусть ребята для начала сами разберутся со своими чувствами.

В ресторан мы опаздываем, попав в небольшую пробку. Я помогаю Алёне выйти из машины и веду ее в высокое здание, где организован фуршет для наших новых партнёров. Пробегаюсь глазами по присутствующим и чувствую, как цветочек напрягается, сделав то же самое.

– Все нормально? – спрашиваю я.

– Да, – отзывается Алёна. – Просто давно не была на подобных мероприятиях. Уже и забыла как себя вести, – смущенно улыбается в ответ.

Не придаю значения ее словам, хотя отчаянно пытаюсь вспомнить, где встречал фамилию и лицо Богомолова раньше, но тщетно. Со столькими людьми сотрудничал в последнее время. Разве всех упомнишь?

Отхожу ненадолго от Алёны, оставив ее в обществе дам, но, вернувшись, через двадцать минут не обнаруживаю цветочка в зале. Охранник говорит, что по описанию видел похожую девушку рядом с каким-то мужчиной, выходящими на террасу. Там я и нахожу ее и того самого Богомолова, лицо которого показалось мне изначально знакомым.

Пазл складывается, когда я подхожу ближе и слышу кусочек разговора, где наш будущий партнер поливает грязью мою жену. После – наступает пробел. Я лишь частями помню, как меня оттащили от гниды, которая бросала в лицо Алёны гадости.

Заверив охрану, что больше не буду ни на кого кидаться, подхожу к жене, которая ведет меня к машине.

– Извини. Я не хотела, чтобы вечер так закончился. Если бы знала, что пересекусь с лучшим другом Слуцкого, то никуда бы не поехала, – произносит заикающимся голосом Алеёна, глядя на мои разбитые костяшки.

Я сажусь за руль и смотрю перед собой невидящим взглядом. Как же меня заебали все эти сплетни и недоразумения, которые то и дело преследуют нас и не дают спокойно жить.

– Богомолов угадал меня и подошёл, начал спрашивать про Слуцкого, как мне живется, пока он проводит время за решеткой…

– За что и получил по лицу. Знаю, ты бы хотела услышать другое, но уехать из страны нам все же придется. Мы с Володей распределили фронт обязанностей. Сейчас ты общалась со многими людьми, с которыми и впоследствии предстоит видеться и сотрудничать уже за границей.

– Надеюсь, кроме Богомолова?

– Кроме него.

Гончаров хоть и запоздало совершил суд над Слуцким, но сделал все по уму. Сволочь нескоро выйдет из тюрьмы, если такие, как он, и вовсе из нее выходят. Однако сегодня я лишь сильнее убедился в том, как на самом деле дико ревную Алёну к прошлому. До одержимого желания порвать всех на лоскуты, кто притронется к моему или напомнит о нашей общей потере.

– Ален, – зову я цветочек.

– Что? – она поворачивает голову и смотрит на меня погрустневшими глазами.

– Ты такая красивая. Похожа на черную кошку в этом одеянии, – улыбаюсь я.

Алёна раздвигает рот в ответной улыбке.

– Черная кошка?

– Которая перебежала мне однажды дорогу.

– Вообще-то наоборот. Я никого не трогала. Но если уж и сравниваешь меня с ней, то тогда готовься. Все свои девять жизней я посвящу тебе.

– Смелое заявление, – хмыкаю я. – Которое ты начнёшь опровергать в спальне уже через пару часов, – кладу ладонь на стройную коленку цветочка, которая виднеется в вырезе платья.

– Нет, – с вызовом усмехается Алена. – О другом начну умолять, – ловлю взгляд черных глаз и мой пульс опять начинает зашкаливать, а нога утопает в пол, выжимая педаль газа.

– В таком случае не хочу терять ни минуты.