11. Ищейка

ЛЕОНИД

Катя замирает, когда я касаюсь ее губ своими. Кокосовая девица резко вдыхает, видимо, чтобы возмутиться.

Я же, пользуюсь моментом, кладу руку ей на затылок, и совсем уж нагло врываюсь в ее горячий ротик. Мягкие губы не сразу, но поддаются, и вот я уже завладеваю ее нежной плотью, неспеша знакомясь с ее острым языком.

Мне кажется, я чувствую ответное движение. Член моментально откликается на наши обоюдные ласки, одобрительно подпрыгивая. Но в этот момент Катя резко тяпает меня за нижнюю губу, справедливо приводя в чувства.

Веду ее за талию подальше из душного ресторана, не забыв бросить обещающий неприятности взгляд в сторону преследующего ее выродка.

—Это было совершенно необязательно! — с претензией выдает Катя, показательно вытирая рот рукой, когда мы покидаем ресторан под пристальным взглядом рыжего шакала и прихвостней Крота.

Знаю, что необязательно. Так вышло. Само. Выделывается, будто ей не понравилось. Никто не жаловался еще!

—В мою машину! — командую ей, потому что прыткая задница уже направилась к своей тачке.

—Хватит мне указывать! — трясущимся голосом отвечает, —Мне завтра нужен транспорт, поэтому я сейчас поеду на ней.

Вижу, что после всего произошедшего реветь хочет, но держится.

—Значит, отвезу тебя на твоей, — сбавляю обороты. Соплей мне только не хватало.

—Меня не нужно сопровождать, дальше сама справлюсь! — отвечает раздраженно и опускается на корточки у машины, начиная шарить по щебенке.

Стою за ее спиной, наблюдая за процессом.

—Что встали? Вас там мафия недоделанная заждалась, — буркает. —Уходите!

—Это ищешь? — опускаю на уровень ее глаз ключ, который я давно приметил и поднял, когда она отвернулась.

Нимфа тянет руку, но я отдергиваю брелок и прячу в карман. При это замечаю, что у нее содраны ладони, ссадины совсем свежие.

—Извините, Катенька, но сегодня я причиню Вам добро. Отвезу домой, а дальше можете хоть к волкам в лес бежать, хоть с обрыва сигануть. Потом в новостях прочту, где же Вы допрыгались.

—Вы меня совсем тупицей считаете? — раздувается от негодования.

—Не задавайте вопросов, на которые не хотите слышать ответов, — отрезаю. —А теперь марш ко мне в машину! — не даю ей рассусоливать. —Тачку Вам сегодня ночью проверенные люди пригонят, за нее можете не переживать.

—Видела я этих проверенных людей! Вы кто такой вообще? Бандит? Элитный убийца? Каратель?

Катя дико бесится, но все же плетется за мной.

—За элитного, спасибо, конечно. Плотник я, просто плотник, — открываю девице дверь.

Подаю руку, чтобы помочь подняться, но та игнорирует мой жест, и забирается сама.

Усмехаюсь. Какие мы важные!

На водительское сиденье сажусь уже с аптечкой:

—Руки дай сюда, феминистка! — усмехаюсь.

—Все нормально, — ершится Клеопатра. —А Вы сначала в понятиях разберитесь, которыми апеллируете!

У нее прямо какая-то проблема помощь принимать.

—Давай это, не рофли! — выдаю подростковый сленг. —Обработать раны надо, а то помрёшь от какой-нибудь заразы, я тебе еще за Тотошку не отомстил.

Смотрит на меня с подозрением, но руки все же протягивает. Работает мой словарик!

Обеззараживающими салфетками протираю ее маленькие трясущиеся ладошки с длинными пальцами, затем прикладываю к поврежденным местам ватный диск с мирамистином.

—Держи мазь, наложишь на ночь, завтра будешь почти как новая, — протягиваю ей измятый тюбик.

—Хорошо, — отвечает немного затравленно.

Всего лишь хорошо? Ни тебе поцелуя в щёку, ни тебе «Ты спас мою жизнь, Леонид!»

Быстро печатаю помощнику Толику задание забрать Катин мини-Купер, завожу машину и сдаю назад.

—Кто этот неадекватный рыжий полуфабрикат?

—Вы сегодня в роли таксиста, а не психолога! Сам вон ничем не лучше со своими дружочками головорезами, — ощетинивается Катя и утыкается в окно.

Может не отвечать, сам узнаю.

Тут же одергиваю себя, что это не мое дело, но внутренний пёс-ищейка уже встал в позу и хрен он отступит. И это спустя столько лет.

Дорога не близкая, едем по темноте под мерный шум шин. То и дело в отсвете фар проносятся зайцы-камикадзе да ослепленные летучие мыши. Моя пассажирка съёжилась и сидит насупившись, потирая ладони.

—Не стоит брать заказы в таких местах, это небезопасно, — нарушаю тишину.

—Небезопасными места делают именно люди, — снова намекает на меня.

Беседа явно не клеится, и я принимаю единственное верное в такой ситуации решение — пожрать. Ну, а че, на голодный желудок какие разговоры?

Мне кусок в горло не лез, как и выпивка. Эта вегетарианка подавно на одном утреннем кофе скачет.

Без предупреждения сворачиваю у знакомого мне светящегося в ночи круглосуточного кафе быстрого питания. Не ресторан, конечно, но сейчас сойдёт.

—Приехали! — констатирую, выдергивая ее из тревожных мыслей. —Пойдём поедим, а то у меня в горле до сих пор твой кокосовый крем стоит.

Катя фыркает:

—А не надо было лезть лобзаться! И вообще, я после шести не ем. Идите сами, я подожду.

Ага, такси вызовет и свалит.

—Всё, не выделывайся, Клеопатра, голодная же! Закажем тебе травы. Что ты там щиплешь: рукколу какую-нибудь или шпинат.

Обхожу машину и открываю дверь.

—Меня можешь не бояться, я не игроман, который у тебя бабло на долги вымогает, — кидаю свое предположение насчет того кретина.

Как всегда верное. Понимаю это по тому, как Катя встрепенулась.

—Давай, вперёд, фея!

Ее лимит дерзости на сегодня исчерпан, поэтому она повинуется.

Молча идем к забегаловке. Снимаю с себя кофту, накидывая на плечи замерзающей в ночной прохладе нимфе, но та решительно сбрасывает вещь.

—Холодно! — объясняю упрямой заразе свой порыв.

—Вы считаете, я не в состоянии одеться по погоде? Мне тепло! — хорохорится.

Отвергает всякую помощь. Так обычно делают те люди, с которых однажды за эту самую помощь очень дорого спросили.

Понятно, я тоже хорош: за пару дней знакомства то и делал, что угрожал ей. Несерьезно, конечно, но….

Устраиваемся за угловым столиком ночной кафешки, залитой светом круглых свисающих плафонов. Кроме нашего здесь заняты еще пара столиков, а в воздухе витает запах сочной и жирной еды.

К нам подбегает худощавый паренёк:

—Отсканируйте код на столе телефоном, и можете сделать заказ онлайн, он будет готов в течение семи минут! — улыбается бодро, несмотря на полночь. —Могу пока принести что-нибудь выпить.

—Я ничего не буду, спасибо! — упрямится Катя.

Закатываю глаза и сканирую код, быстро выбирая неколько позиций. Себе и заразе.

Засекаю время, и действительно через семь минут нам приносят парящие тарелки: Клеопатре я взял овощной крем-суп и веганскую, мать ее, пиццу. Себе — гигантсий бургер и картошку по-деревенски. А так же несколько напитков нам на выбор.

—Ешь!

—Я же сказала, что….

—Ешь, сказал! Иначе мне придется тебя накормить, — пытаюсь пошутить, но это снова звучит, как угроза. —Тебе не понравится.

Катя хмыкает и демонстративно утыкается в телефон.

—Самолёт летит-летит! — сую ей под нос ложку мерзопакстной на вид овощной жижи. —Открой ротик, Катя, а то суп из семи кхм... ингредиентов зря пропадает. Ам!

—Прекратите! На нас уже люди смотрят! Не хочу я!

—По глазам вижу, что ты готова вгрызться в огромную брюкву! Или что Вы там едите? Ну же! — снова протягиваю ей ложку.

—Окей-окей, дядь Дёма, только не душни, умоляю! — кидает мне старое прозвище, известное только в определенных кругах.

Надо же! Бестолковая, но внимательная. Запомнила.

Сначала Катя жеманничает и вяло лакает суп, будто одолжение мне делает, но голод и усталось побеждают, и вот в ход идет пицца из листьев.

Украдкой наблюдаю за девицей, которая с явным аппетитом уплетает выбранные мной блюда. Чего ломалась?

В полной тишине заканчиваем трапезу, и по телу разливается приятное тепло. У меня точно.

Доев, Катя тоже расслабленно откидывается на дермантиновый диванчик и спокойно осматривается по сторонам. Отмерла. Вот это другое дело.

Расплачиваюсь в приложении, и мы возвращаемся к машине. Клеопатра пристегивается, а затем выуживает из своей мини-сумки деньги и демонстративно кладет их мне на панель под магнитолой.

Кто бы сомневался. Смотрю на нее снисходительно, а затем качаю головой и вываливаю поверх купюр свои ключи и телефон, освобождая карманы. Сделаю вид, что принял.

—Вбивай свой адрес, — открываю навигатор на панели.

Она сомневается пару секунд, а потом все таки печатает название улицы. Поесть — работает безотказно. Пользуйтесь!

Тащиться еще прилично, включаю помощнее обогрев сиденья голожопой попутчице, и Катя начинает откровенно зевать.

Какое-то время она борется с внезапно накинувшимся на нее Морфеем, но сама не замечает, как сдается. Вымоталась бедолага.

Когда мы достигаем ее двора, пассажирка крепко спит, повернув загорелое лицо в мою сторону.

Глушу мотор, но не спешу ее будить. По-хорошему, нужно выпроводить проблемную мадам, выжать гашетку в пол и свалить подальше отсюда.

Однако, вопреки увещиваниям разума, я сижу смирно и рассматриваю ее смазливую мордашку.

Веки плотно сомкнуты, ресницы не подрагивают. Иссиня-черные пряди волос небрежно разбросаны по щекам. Если не знать ее лично, можно подумать, что милашка.

Ну просто невинное существо, когда рот закрыт.

Ох уж этот рот! Орудие пыток и наслаждений.

В поцелуе, кстати, ее силиконовые губы были невероятно мягкими и податливыми….

Наклоняюсь ближе, чтобы их рассмотреть. Все-таки свои, что ли?

Это исследовательский интерес, ничего личного. Я так близко, что чувствую тепло ее дыхания.

—Что Вы делаете? — шепчет Катя, приоткрывая глаза.

—Сам не знаю, — хриплю в ответ, вглядываясь в медовую бездну.

—Зрение все-таки подводит или укус понравился? — говорит тихо и выжидательно смотрит.

—Похоже на то…

Отстегнутый ремень лязгает о салон, и я притягиваю нимфу к себе.

Ее зрачки мгновенно расширяются, грудная клетка вздымается от прокатившийся волны адренлина.

—От Вас пахнет бургером! — сарказмом защищается от нахлынувших эмоций.

—Потерпишь! —усмехаюсь и жадно припадаю к ней.

Может хоть закусать меня — не отпущу.

Поочередно втягиваю ее чувственные губы, проходясь по ним языком и как следует пробуя Катю на вкус. Терпкая и многогранная, как австралийский шираз.

В ответ Клеопатра кладет руку мне на плечо, углубляя поцелуй и позволяет мне проникнуть в себя.

Да, девочка! Знаю, что тебя тоже кроет.

Мы сплетаемся языками, разгоняя кровь. Ее ласковый рот будит во мне первобытную похоть, которая кипящей волной разливаются по телу, активируя каждую клетку.

Быстро понимаю, что мне недостаточно этого. Слишком мало контакта. Вырываю Катю из сиденья и перекидываю себе на колени.

Ловкая макака разводит ноги, усаживаясь своей джинсовой промежностью прямиком на мою раздутую от возбуждения дубину. Ее задница туго упирается в руль. Одной рукой плотно прижимаю ее за бедра к члену, а другой жадно прохожусь вверх по спине, ухватывая ее за затылок.

Очевидно, у нее давно не было хорошего секса, и сейчас я благородно это исправлю.

Отодвигаю ее от себя, чтобы дать возможность осознать происходящее. Поплывший взгляд с трудом фиксируется на мне, Катя тяжело дышит и едва заметно подрагивает.

—Смотри мне в глаза, феечка. Вот, кто сейчас будет тебя трахать.

—Какой ты самонадея….

Закрываю ей рот, притягивая шальную к себе, и снова беспрепятственно проникаю в ротик.

Не разрывая поцелуя хочу залезть ей под майку, но это же Катя! Конечно, она замоталась в какую-то непростую тряпку, которая застегивается под джинсами.

В ушах звенит от напряжения, мне не терпится содрать с нее дурацкий лифчик, который она нацепила на свою нежную грудь. Торчащие соски радовали меня куда больше.

—Звонит! — мычит мне в губы наездница.

—Чего? — бросаю ей между поцелуями.

—Телефон звонит! — ее голос вырывает меня из параллельной реальности.

С трудом отлипаю от Кати и глазами нашариваю светящийся экран, где огромными буквами высвечивается ДОЧА.

Ночь, они с матерью должны прилететь только завтра, что случилось?

Молниеносно тянусь за телефоном, в тот же момент ощущая прохладную пустоту там, где еще секунду назад восседала наездница.

Растрепанная Катя шустро открыла мою деверь и уже спрыгнула на асфальт.

—Подожди! — только и успеваю поймать ее за запястье.

—Не стоит! И передавай привет семье! — бросает мне раздраженно и ебашит дверью джипа так, что район сотрясается.

Чуть не получив по носу, отвечаю на звонок, взглядом провожая злющую Катю за дверь подъезда.

—Алло, милая?! — обеспокоенно говорю в трубку.

—Ну, здравствуй, милый, — соблазнительным по ее мнению голосом говорит Рита. —На мои звонки ты не отвечаешь, поэтому звоню с телефона дочери. Дело есть....