27. Кудряшка

КАТЯ

Сдуваю со лба выбившуюся прядь, покрепче перехватываю здоровенную пиньяту с дорогими конфетами и тянусь за второй, которая оказывается еще тяжелее.

Один картонный корпус выполнен в форме робота, а второй в виде джойстика. Суть в том, что в конце праздника ребята будут разбивать их палками, и на них посыплется дождь из конфет. Надеюсь, не надорвусь!

Сейчас я переживаю только о том, что произошло в детском доме. Мы с Робертом устроили такой скандал, что Златочка расплакалась, а Евгения Евгеньевна была вынуждена попросить его убраться.

Оказывается, последние три месяца он проходил отбор на программу в «Маленькое Созвездие». Волонтером он вызвался, мерзавец!

За все годы брака он НИ РАЗУ не посетил со мной ни одного мероприятия в детском доме, вечно ссылаясь на занятость, хотя знал, как важно это было для меня.

А теперь благородного строит из себя! Заявил, что хочет присмотреться к Звездочке на предмет удочерения, когда заключит «новый счастливый брак».

—Так вот и рожай себе детей в счастливом браке, нечего сюда таскаться! — рычала я на него.

Когда поблизости есть люди, я не боюсь его физической силы.

—Мы братика или сестренку ей родим. Как же отказаться от такой малышки? Да ни за какие деньги в мире, — издевательски играет со мной бывший муж. —Или тебе есть, что предложить?

Ах, он снова деньги вымогает! Так и треснула бы по рыжей морде! Я костьми лягу, если понадобится, но малышка ему не достанется!

Жизнь с зависимым от ставок отцом ничуть не лучше детского дома. Очень плохо, что отбор кто попало проходит, я заведующей так и сказала.

—У тебя вообще ничего святого, ты больной на всю голову! — я подняла с пола детский деревянный кубик и зарядила ему прямо в лоб.

Попала.

Тут уже набежали люди, и нас вывели. Благо, Евгения Евгеньевна разрешила мне объясниться и остаться, чтобы повидать врача.

Последний меня приободрил, сказав, что в ее ситуации операция будет не такой сложной, как если затянуть еще на несколько лет. Он прогнозирует практически полное восстановление, если взяться за состояние сустава прямо сейчас.

С разрешения заведующей мы договорились на вторичный осмотр и запись на плановую операцию для крошки.

Только это придает сил и бодрости! Златка еще будет у меня моноколесе кататься и по канату ходить!

Улыбаюсь собственным мыслям и, пыхтя, тащу пиньяты в пока пустующий банкетный зал, где уже устанавливают VR-оборудование.

—Екатерина, спасибо, что согласились взять наш праздник! — ко мне подходит белокурая мама именинника, помогая освободить руки. —Эрик и друзья будут в восторге, когда увидят все это.

Мы заморочились: установили голографические проекторы, чтобы заполнить пространство витающими в воздухе картинками, а еще наняли компанию, которая подключила нам виртуальные очки и игровые консоли.

Зал осветили неоном в фиолетовых и зеленых тонах, создавая ощущение компьютерной игры.

—Вам спасибо за доверие!

—Я, честно, в бешеном восторге! Таких идей, как у вас, мы нигде не встречали. Мне говорили, что вы не берете частные праздники, но я посылала сигналы во вселенную, и вы согласились! — она разводит руками, имитируя поток энергии.

Конечно, согласились. Просто я в финансовой жопе, но идея со вселенной звучит куда приятнее.

—Сейчас еще подключат интерактивную фото-кабинку, где дети смогут сделать свой аватар в полный рост, — рассказываю и параллельно прячу пиньяты с конфетами за светящуюся ширму.

—Вау! Я в этом ничего не понимаю, но звучит круто. Вам чем-нибудь помочь?

—Вот! — передаю ей картонную коробку, заполненную баночками со светящимися в темноте слаймами. —Можете просто расставить баночки по местам для гостей, у них будет конкурс с «космической слизью». А я пока побегу и встречу торт.

К моменту, когда я возвращаюсь, первые подростки несмело входят в нашу затемненную виртуальную реальность и пытаются потрогать руками висящие в воздухе голограммы.

Первыми появляются три девочки-блондинки в розовых прикидах, похожие друг на друга, как сестры от разных отцов. В этом возрасте подростки мимикрируют под толпу, стараясь не выделяться.

Затем комнату входит сильно отличающаяся русоволосая девчуля с пышной шевелюрой в широких драных джинсах и черной футболке.

Она присоединяется к розовым подружкам, и те оценивающе оглядывают ее с ног до головы. Такие юные, а уже конкурируют.

Их отвлекают четверо мальчишек с модными прическами, которые достают свои телефоны, принимаясь снимать «самый крутой дэрэ нашего бро Эрика».

Толпа растет, а вместе с ней и градус восторга. Довольно улыбаюсь тому, что снова попала в яблочко.

И кто тут лучшее агентство города? Мы!

И кто так сильно хочет в туалет по-маленькому? Я!

Но сейчас никак нельзя уходить, скоро прибудет сам виновник торжества, и мы начнем программу.

—Кать, именинник поднимается! — шепчет мне на ухо приглашенный диджей Кирилл и врубает самый популярный фонк. Не спрашивайте, что это такое.

Зал заливается миганием и под восторженные вздохи-охи гостей в нее входит юный брюнет.

Надо же, еще молоко на губах не обсохло, а уже такой дерзкий. Но, видимо, розовым подружкам очень сильно нравится.

Пацаненок же проходит в круг друзей и занимает место рядом с кудрявой девчонкой в оверсайзе.

—У, какие страсти, — диджей провожает глазами метнувшихся поближе к парню подружек.

—Прямо на наших глазах бьются сердца, — хихикаю.

—И зарождаются первые искры симпатии, — он поднимает палец вверх.

Именинник подтверждает его слова, приглашая Кудряшку опробовать игровую приставку. Та краснеет так, что неоновые стены отдыхают, и следует за одноклассником.

Так интересно: в мире столько разных людей, каких хочешь! Больших и маленьких, кудрявых и прямоволосых, тихих и громких, старше и младше. А сердце выбирает кого-то одного.

Мы ведь и объяснить не можем себе эту тягу. Симпатию невозможно оцифровать. Невозможно перенастроить в пару кликов. Она просто есть, и это так красиво!

За старческую жизнь такого ни разу не случалось. Меня никто не выбирал просто так, потому что не мог иначе. И я даже не знаю, что такое притяжение, которому не можешь сопротивляться.

Здоровяк из соседнего офиса не в счет! Это плохой пример!

—Осторожнее руками маши, ты меня ударила! — пищит розовая девочка.

Она смачно получила в нос от Кудряшки, которая играла в очках и не видела ничего вокруг.

—Ой, прости, пожалуйста, — та снимает шлем и хватается за щеки. —Ничего же не видно.

—Ты это специально! — не успокаивается первая.

—Упс, — выхожу из-за пульта и подхожу к подросткам. —Ребята, внимание! Вам в начале говорили, что главное правило безопасности: держать дистанцию! Пожалуйста, осторожнее! Вам нужна помощь? — адресую вопрос розовой.

—Не знаю, пойду к зеркалу! — мелочь недовольно разворачивается и вылетает из комнаты, а за ней и подружки.

Пожалуй, пойду следом, чтобы никуда не сгинули, а заодно наконец-то пописаю, а то уже в ушах булькает.

Пересекаю торговый пассаж и оказываюсь в просторном туалете, занимая первую же кабинку.

—О да, блаженство! — шепчу себе под нос, добравшись до фаянсового друга.

—Арин, ты как? — через дверь кабинки доносится юный голосок.

—Как же эта нубиха меня бесит! — отвечают ей, и я узнаю предводительницу розовой банды. —Видела, как она к Эрику прилипла?

Подслушивать нехорошо, но в свое время я так и выживала. Натягиваю штанцы и остаюсь в кабинке, ища в интернете слово «нубиха». Напридумывают же!

—Видела! А он на тебя смотрел, хотел, наверное позвать играть, — подхватывает третья подхалимка.

—А как вырядилась, видели? — дверь кабинки хлопает, и троица перемещается к зеркалу у входа. —Как чучело!.

—Ну Юлианна как всегда выделиться решила, позёрка.

—Девчонки, она меня по-любому нарочно ударила! Я это так не оставлю, вы же за меня, да?

—Ты что задумала, Арин?

—Видели, там стоят…— говорит, выходя, и из-за захлопывающейся двери я не слышу продолжения.

Ах вы, козы мелкие! Трое на одну? Только не на моем мероприятии.

Я вам устрою праздник!

Несусь назад в зал, чтобы проследить за пакостными ведьмочками.

—Торопитесь, Катенька? — громкий отклик заставляет замереть не только меня, но и весь этаж.

Все звуки стихли, картинка слилась в единый фон. Резкой осталась лишь широкоплечая фигура Амбала, который в два шага оказался рядом.

—Торопитесь, Катенька? — громкий отклик заставляет замереть не только меня, но и весь этаж.

Все звуки стихли, картинка слилась в единый фон. Резкой осталась лишь широкоплечая фигура Амбала, который в два шага оказался рядом.

—Работаю, пока Вы прохлаждаетесь.

—Черное платье мне нравилось больше, — он смотрит на меня сверху вниз, хитро прикрыв глаза.

—А Вы прямо озорной мутант сегодня! И я, кажется, Вашего мнения по поводу своего одеяния не спрашивала.

—Не отошла еще, кусачая? — спокойно спрашивает.

Нет, вы посмотрите, а! Будто бы это не его жена меня с утра голышом выставила, а на меня пустая блажь обидеться нашла.

—Не отошла, но уже отхожу, — разворачиваюсь прочь. —Чао-какао, ляськи-масяськи!

—Кать, стой… — верзила перехватывает меня за запястье и мягко удерживает рядом. Дурацкая большая теплая ладонь, такая приятная и так не вовремя.

Пока шаловливый бугай со мной отношения выяснять будет, розовая банда банкетный зал раскурочит.

—Давай поговорим спокойно, — просит примирительно.

—Я все сказала. Если Вам есть, что добавить, я слушаю, — складываю руки на груди. —Ну, же!

—Во сколько можно забрать тебя вечером? — осторожничает шкаф.

—Вечером я занята, у меня свидание, — вру, мне хочется побольнее задеть его.

—Отменяй! — подходит еще ближе. —Или его отменю я.

Это так по-тупому, но так будоражит.

—У-у-у, как страшно! Бегу, спотыкаюсь! — убираю его руку и действительно бегу в банкетный зал.

А потом действительно спотыкаюсь, чуть не встретившись лицом с дверью.

—Не убейтесь, Катенька, Вам еще на свидание сегодня, — шкаф изображает в воздухе кавычки, откровенно угорая с моего падения.

—А у Вас… губы жирные! Идите-ка Вы подальше, за салфеткой! — фыркаю и шагаю в неоновый праздник.

Голодные подростки как раз набросились на праздничный стол и чокаются своими смузи.

—Где три одинаковые мелочи? — спрашиваю у Кирилла, потому что их не оказывается за столом.

—Да где-то тут были, посмотри в фото-кабинке.

Обхожу зал, заглядывая за каждый автомат, разок наклоняюсь под стол и рыскаю за всеми декоративными панелями. За одной замечаю поблескивающую гору конфетти.

Протискиваюсь вглубь и понимаю, что это не конфетки, а те самые бельгийские конфеты из пиньяты, — кто-то вытряхнул их в уголок под шумок. И я даже догадываюсь, кто.

Пиньят тоже не оказывается там, где я их оставляла. Вот так, отошла в туалет Катя. Рычу от злости.

—Кир, где пиньяты? — снова достаю диджея, потому что не круто будет спрашивать у родителей именинника, тем более те расположились в кофейне этажом ниже, чтобы не мешать подросткам праздновать.

—Так вот же они! — он кивает наверх, и я вижу подвешенные под потолок картонки.

—Снимаем! Срочно, пока дети едят на другом конце зала! Давай! — выталкиваю Кирилла из-за пульта.

—Ладно-ладно, — он ставит два стула и принимается откручивать хитрую конструкцию.

Заталкиваем коробки за ширму, и я вскрываю краюшек: в роботе все так же полно конфет, а вот коробка в виде джойстика внезапно светится изнутри. Запускаю туда палец и вляпываюсь в холодную липкую слизь.

—Бр-р-р! — отдергиваю палец. —Ты прикинь, эти красотки все слаймы из банок в пиньяту вылили. —Изобретательные, однако, — признаю.

—Ого, и че теперь делать? — диджей вообще не при чем, но активно включается.

—Так-с, отвлеки их каким-нибудь треком, пока я меняю содержимое местами.

—Голыми руками? Ты с ума сошла?

—Есть немного… — загадочно улыбаюсь ему, и принимаюсь за дело.

Что бы ни придумали эти девчонки, этому не суждено состояться. А вот и они, кстати. Вернулись, хихикая, и выпрыгнули на танцпол, не стесняясь вытеснив оттуда свою кудрявую жертву.

Работаю быстро, выгребая жижу в первый попавшийся пакет, а затем меняю слизь и конфеты местами. Все грязное, липкое, но зато прикольно светится.

—Ребята, настал черед конкурса! — делаю музыку тише и собираю народ вокруг себя. —У нас тут две пиньяты с угощениями, разбивать будем по традиции в завязанными глазами. Кто первый? Именинник?

—Я уступаю девочкам. Пойдешь? — спрашивает юный джентльмен, глядя на свою кудрявую подругу.

—Может, мы тоже хотим? — раздается голос розовой тройки.

—Да, дайте Арине! Пусть Арина первая разобьет робота, а Юлианна — потом, — подталкивает кто-то.

Кудрявая хочет возразить и побороться за свое право быть первой, но я ловлю ее взгляд и руками показываю:

—Не вздумай!

—Почему? — спрашивает одними глазами.

—Там внутри гадость, они подложили для тебя, — объясняю жестами и киваю на подруг.

Мелкая округляет глаза, а затем в негодовании морщится свой маленький нос.

Тем временем уверенной в себе Арине завязывают глаза и вручают палку, которой она с пятого раза попадает в пиньяту.

Нащупав цель, девчонка с остервенением лупит по картонному корпусу, очень быстро проделывая в нем дыру.

—Бей-бей-бей! — скандирует толпа.

Все идет как по волшебству, а я потираю липкие ручонки.

Жестоко, скажете вы, но буллинг трое на одну — еще жестче. Можете считать меня феей-крестной, которая спасла кудрявые волосы подростку.

А вот блондиночке не повезло — первая капля флуоресцентного слайма с мощным бульком только что упала ей прямо на макушку, вторая — на плечо.

—Ииууу, что это? — она вляпывается пальцами в холодец и резко сдергивает с глаз маску.

Пока она соображает, желейный монстр уже тянется с потолка, в секунду обволакивая ее с головы до ног.

—Арин, тебе бы в корпорации монстров сниматься, — гыгыкать кто-то из пацанов.

—Точно, ходи так до Хэллоуина! — смех подхватывают остальные.

—Заткнитесь! — рявкает на них Арина, взмахивая рукой, от чего ошметки слизи разлетаются по комнате.

—Упс! — ловлю взгляд спасенной кудряшки и подмигиваю ей лукаво.

—Что это такое? — она подбегает ко мне. —Я…я расскажу своему отцу!

—Хм, даже не знаю… Лично я заполняла обе пиньяты конфетами, не знаешь, почему они валяются за ширмой? М? — лучезарно улыбаюсь ей.

—Не… не знаю… — бегает глазами.

—Ариша, пойдем очистим тебя, пока он не присох, — к ней подходят приспешницы.

—Вы дуры? — не стесняется их подруга. —Вы же сказали, что в слизь в джойстике! — выпаливает на эмоциях, и только потом соображает, что мы всё еще слушаем.

—Идем приводить тебя в порядок, затейница, — приобнимаю ее за плечи и вывожу из комнаты. Урок усвоен, теперь можно и помочь.

Кое-как в шесть рук разбираемся со слаймом, и притихшая компашка присоединяется к окончанию дня рождения.

Праздник поутих, родители щедро отблагодарили меня и диджея за довольных подростков, и теперь мне осталось только отвезти панели и декор в офис. Интересно, я увижу там Амбала? Он еще даст о себе знать или же отступил?

—Как Вас зовут? — тонкий голосок вырывает меня из мыслей, когда я складываю почти заканчиваю сборы.

—Меня Катя, а тебя? — протягиваю девчонке руку.

—Юлианна, для своих можно Юся.

—Давай на ты, Юся, не такая уж я и старая, — улыбаюсь ей.

Сейчас при ярком свете потолочных ламп я могу рассмотреть ее: голубые глаза с темно-синей радужкой, как у волчонка, легкие веснушки на небольшом носике и та самая копна золотисто-русых волос.

—Спасибо, что спасла меня сегодня. Ты просто топчик! — неуклюже улыбается она, теребя в руках край огромной футболки.

—Не вопрос! — выставляю вперед открытую ладонь, отбивая ей пятюню.

—Может, надо помочь? — спрашивает.

—А тебе домой не нужно разве?

—Ну, папа тут недалеко, сказал, заберет меня, как только я позвоню. Думаю, он подождет, — она пожимает плечами.

—Если хочешь, можешь сладости из-за ширмы выгрести, мама Эрика сказала, что мы можем их забрать. А кто эти трое? Достают они тебя?

—Ну так… Мы раньше наоборот дружили, это одноклассницы мои, — кряхтит Юлианна из-за стенки. — А теперь я им, кажется, не очень нравлюсь… На днях тетрадку мою спрятали, но не признаются. И на спорте кроссовки водой залили, пока я в туалете была.

—Вот же су… суровые! — запинаюсь. —Ты учителю рассказала? Или родителям?

—Ну, я говорила маме, она сказала, что я должна уметь сама за себя постоять. А вот папа у меня взрывной, он сильно злиться, если меня кто-то обижает. Будет полный треш, если он узнает, — она выползает из-за ширмы, складывая сладости в оставшуюся подарочную коробку.

—Знаешь, это нельзя так оставлять! Меня тоже доставали в детстве, и очень важно вовремя обратиться к кому-то.

—Родители заступились за тебя?

—Эм, я росла без родителей, мне не к кому было обратиться, увы, — стараюсь звучать не слишком депрессивно. —Пару раз даже подраться пришлось, но тебе крайне не советую! Тебе есть, к кому пойти! — подсаживаюсь к ней на пол, скрещивая ноги.

—Типа того… У меня мама с папой живут раздельно и ненавидят друг друга… А ты вообще-вообще одна росла?

—Вместе с другими детьми, у которых тоже нет семьи… И поверь мне: то, что у тебя есть двое здоровых и любящих ТЕБЯ родителей, пусть и по отдельности, — это огромное счастье! Они — твоя опора и защита.

Она слушает, приоткрыв рот.

—Папа тоже так говорит…

—Мудрый у тебя папа. Слушай его! А если ситуация с пакостями в школе не прекращается, говори классному руководителю. Если это не помогает, то дай папе устроить треш, — ободряюще толкаю ее в плечо. —Ну, или звони мне, я всех какой-нибудь гадостью оболью!

—Хы-ы-ы, сегодня было просто огонь, Арине этого еще долго не забудут. А мне правда можно твой номер? — она распахивает полные надежды глаза.

Ну как можно отказать ребенку? Мама у нее, конечно, та еще советчица! Я бы порвала за своего ребенка, если бы он у меня был!

—Сканируй мой кью-ар код, я же современная тетенька, — протягиваю ей телефон.

—Вот класс, спасибо! А с этим что делать? — она пододвигает полную коробку.

—А что еще со сладостями делают? Едят! Мы заслужили! Чай будешь? Кофе не предлагаю, — поднимаюсь с пола.

—Вообще-то, мне уже можно, я летом в Италии пила, — Кудряшка следует за мной.

—О-хо-хо, деловая. Извини, подруга, но твой максимум — это какао! — мы выходим из банкетного зала и направляемся к эскалатору.

—А ты что будешь? — хвостик пристраивается за мной.

—Я люблю матчу, зеленый такой чай. Тут внизу отличный кофе-островок, бариста Максимиллиан готовит лучшие напитки в городе! Присядем там, заодно и папе позвонишь, чтобы подъезжал за тобой.

—А ему не надо звонить, вон он идет!