36. Свободный мужчина

—Значит, будем трахаться молча! — кладу руку на подрагивающий от прикосновений живот и мучительно медленно двигаюсь вниз.

Больше она не сопротивляется, только льнет плотнее, заставляя меня испытывать животное нетерпение.

И тем не менее, Кате сегодня досталось, поэтому стараюсь угомонить свой пыл и быть нежным.

Обнимаю ее со спины и приподнимаю ножку полусонной нимфы, открывая себе пространство для маневра и, ласково поводив головкой по сочной плоти, бережно вхожу в нее сзади.

Охуенная поза ложек: нет суеты и лишних движений, концентрация лишь на нашем глубоком контакте, а еще я могу в удовольствие играть с ее отзывчивыми сиськами.

Мягко разогреваемая, настраиваясь на ритм друг друга.

—Поцелуй меня, — требую.

В постели Катя не такая строптивая, поэтому она разворачивает голову ко мне, принимая напористые ласки.

Втягиваю пухлые губы и ловлю ртом ее тихие стоны.

—Мне хочется тебя раздавить, — шепчу ей на ухо, а затем переворачиваю Клеопатру на живот и коленом развожу ее ноги.

Такая беззащитная, лежит практически звездочкой. Возвращаю член в ее лоно и полностью накрываю собой Катю, удерживая свой вес на локтях.

Выглядит так, будто тигр поймал свою самку за загривок и теперь она покорно обслуживает его потребности. На этот раз вхожу жестче и ритмичнее.

—Тебе хорошо? — покрываю поцелуями ее затылок и плечи, отлетая от ведьминых феромонов.

—М-да, о-очень, — сотрясаясь от моих толчков, произносит Фея, которая со мной не разговаривает.

В эйфории ощущений она закатывает глаза и кусает свои губищи. Выглядит пошленько, мне нравится.

В диком порыве зажимаю ее рот ладонью, продолжая трахать, а она только рада. Ей нравится мое доминирование.

А мне нравится владеть ею. И я считаю преступлением то, что такая податливая и охотливая до ласк женщина была с каким-то рукожопым недотёпой.

—Хочу наверх, — мычит Катя.

Видимо, я так увлекся и танком по ней езжу, что малышка почти дыхания лишилась.

Подхватываю ее, сам сажусь, упираясь спиной в мягкую перекладину кровати и располагаю поехавшую Клеопатру на себе.

Мы нетерпеливо лижемся, вцепившись в лица друг друга. Фиксирую ее голову и проникаю языком непозволительно глубоко, не давая Фее отдышаться.

Умелой ручкой она подхватывает мой член и направляет его в себя, с готовностью насаживаясь.

Улыбаюсь, не прекращая целовать ее. Хитрая фокусница хотела потереться клитором вдогонку к основному проникновению и теперь крутит немыслимые виражи, испытывая мою выдержку на прочность.

Припадаю к торчащим соскам, всасывая их в рот, и она выгибает грудную клетку мне навстречу.

Катя разгоняется и стонет, на ее лице отпечатывается приятная пытка, через которую сейчас проходят наши тела.

Ее финиш все ближе и ближе, и я мечтаю о том, чтобы не вынимать член, а наполнить ее спермой, пометить свою самку.

Молнией в моем отключившимся сознании проносится мысль о том, что я был бы даже не против, чтобы она забеременела от меня, но нарастающие звуки Катиного удовольствия быстро возвращаются меня в напряженную точку между ног.

—Да, да, да, я уже, — хрипло шепчет Катя, и, подрагивая, падает мне на грудь.

Ее промежностью овладевает пульсация, она прерывисто дышит и сглатывая вязкую слюну.

—Так хорошо! — целует меня в шею, а из меня-таки прорывается похоть.

—Хочу кончить в тебя, — беру ее лицо в руки и заглядываю в хмельные глаза.

Не знаю, на что я надеюсь. Еще утром она открестилась от простых свиданий…

—Я тоже хочу, — вопреки моим ожиданиям соглашается, —сделай это.

Больше ничего не слышу и не вижу.

Красная пелена застилает мои глаза, и я ставлю Катю на четвереньки, лицом в простынь.

После оргазма ее гарантировано заливает с избытком, поэтому без промедления влетаю в нее, долбя с нечеловеческой скоростью.

Если бы на фоне звучала музыка, то это были бы ритуальные барабаны, а по кругу горел костер, в центре которого я в тотальном трансе брал свою женщину первобытным образом.

Яйца приятно ноют, ствол максимально напряжен, головка вот-вот взорвется.

Чувствую выстрел спермы внутри горячего лона и меня сбивает оргазмом.

—Ох, бля, — рукой удерживаюсь за Катину поясницу, извергаясь второй и третий раз, сотрясаясь всем телом. —Ты охуенная девочка.

Она позволила мне кончить в себя. И мне с этим спокойно.

—Ты не волнуйся, я…— начинает было оправдываться Катя, но я плюхаюсь рядом и чмокаю в ее пухлые губы.

—Я не волнуюсь, — поглаживаю ее подбородок пальцами. —может, забеременев, ты согласишься на свидание?

В секунду мерцающие Катины глаза мрачнеют, и она отводит взгляд в строну.

—Я в душ, — она поднимается и перешагивает через меня, оставляя в недоумении.

—Да что я снова не так сказал-то? — поднимаю руки к небу.

В ответ лишь журчание воды. Поди разбери этих женщин.

—Все нормально? — спрашиваю осторожно, когда она возвращается.

—Да, а что? — говорит как ни в чем не бывало, располагаясь в кровати.

—Тебе что-то не понравилось? Кать, я чурбан, ты говори прямо, если что…

—Ты — чурбан, — с усмешкой резюмирует она. —Давай спать, ладно?

—Ты пока кончала, не созрела на обязательства?

—Нет, — подползает ко мне, кладет голову на грудь и обвивает мою ногу своей.

—Пу-пу-пу… ясно. Ну, тогда спокойной ночи?

—И тебе, — зевает Катя и практически сразу вырубается.

Ну ладно, засранка, посмотрим, как тебе понравится, когда я начну вести себя как действительно свободный мужчина.