Глава 38
Глава 38
Но, как оказалось, Демьян пришёл не один.
Нет, Дина не имела ничего против Ивана Платоновича. Но сейчас, когда она собралась поговорить с Ростоцким, появление его в компании Серова меняло заранее выстроенные планы и грозило ослабить её решимость. Ну, ничего, впереди у них ещё целая ночь, а еды она наготовила столько, что хватит и не одного гостя накормить.
Демьян, не ожидавший смены внешнего облика Дины, замер в коридоре, разглядывая её.
А если ему не понравится её новая причёска?..
- Выглядишь отлично! – первым нарушил молчание Иван. – То, что надо! А чем это так вкусно пахнет?
- Ой, пригорит же! – спохватилась она и, поправляя на ходу волосы, зашагала обратно, оставив мужчин в прихожей.
До неё доносились приглушённые голоса, но слов Дина не слышала. Ей показалось, что Ростоцкий выглядел немного странно, и даже его улыбка, когда он заглянул к ней в кухню, была какой-то натянутой. Грудь сдавила тревога. Что могло случиться? Какие-то неприятности на работе или... он собрался поговорить с ней о разводе?
Ведь маму уже вот-вот выпишут. Восстановление после операции идёт хорошо, а ещё лучше станет дома, в родном климате, в привычной обстановке. Скоро родителей больше ничего не будет держать здесь, и в спектакле уже не останется необходимости.
Да и папе теперь всё известно...
Демьян приблизился, продолжая её рассматривать.
- Как я выгляжу? – смущённо поинтересовалась она.
- Очень... хорошо… ммм… – Ростоцкий склонился к ней, целуя, ничуть не стесняясь присутствия Серова за стенкой. – Нет, просто великолепно.
- Больше не похожа на скучную училку с пучком, а? – прищурилась Дина. – Ладно, иди развлекай гостя! Ужин вот-вот будет готов.
- А где твой папа? Снова в больнице? Он не будет ужинать с нами? – осведомился Демьян.
- Папа решил навестить школьного друга и останется у него на ночь, - сообщила она.
Дина накрыла стол в гостиной, и они сели за него втроём. Но непринуждённые разговоры ни о чём и шутки вскоре сошли на нет. Ростоцкий становился всё более серьёзным, почти ничего не ел, и ей самой кусок не лез в горло, хотя ужин получился действительно вкусным.
- Что-то случилось? – наконец спросила она, переводя взгляд с одного на другого. – Ну же, не молчите! Вы ведь помните, что мне нельзя волноваться? – решила пойти на хитрость, хотя обычно не использовала беременность как аргумент в спорах. – Это как-то связано с работой? Курсы ведь не закрываются?
- Не беспокойся! – улыбнулся Иван Платонович. – Курсы продолжаются, мы не разорены, и за порогом не стоят грозные выбиватели долгов. На работе для тебя ничего... практически ничего не поменяется. Твоё обучение мы оплачиваем, как и договаривались. А после окончания курсов подпишешь новый трудовой договор – уже как дизайнер.
- Но? – уточнила Дина, чувствуя, что сказано ещё не всё.
Мужчины переглянулись.
- Ты ведь знаешь, что мы партнёры по бизнесу, - произнёс Демьян. – Но сейчас обстоятельства требуют того, чтобы я переписал свою часть на Ивана. Временно.
- И какие же это обстоятельства? – нахмурилась она.
- Расскажи ей всё, - вздохнул Серов. – Только попозже – когда я уйду. Третий тут лишний.
- Но ведь название... – совершенно растерялась Дина, уже начиная осознавать, что происходит что-то плохое, хотя её и пытались успокоить, заверяя, что для неё на работе всё останется по-прежнему. – «Модный дом Ростоцкого»... Оно станет другим?
- Нет, - покачал головой Иван. – По правде говоря, мы вообще не заинтересованы в огласке этих перемен. Так что держи рот на замке, - подмигнул он ей. – Ладно, давайте попьём чай, и мне пора. Спасибо за ужин, домашняя еда вне конкуренции!
Демьян
Принять это решение оказалось непросто.
Ростоцкий не сомневался, что у Джузеппе Ринальди достаточно возможностей, чтобы уничтожить его бизнес, несмотря на то что они находились в разных странах. Тот уже много лет занимается дизайном одежды, у него есть имя, деньги, связи, а «Модному дому Демьяна Ростоцкого» ещё расти и расти. Выйти на мировой рынок совсем не так просто, и они лишь в самом начале пути.
Пути, который может оборваться из-за каприза неадекватной избалованной девчонки и чрезмерно позволяющего ей всё родителя.
Никогда, даже в прошлом, Демьян не представлял себя супругом Маргариты Ринальди, хотя быть зятем такого человека означало сплошную выгоду. А сейчас и вовсе. Даже просто мысль о подобном казалась невыносимой. Удушающей. Однако итальянец не шутил, когда говорил о том, какими мерами он может воздействовать на Ростоцкого, и с этим нужно было что-то решать, причём как можно скорее.
Самое главное – нельзя допустить, чтобы пострадала Дина. Если с ней что-то случится, он себе этого не простит.
У Демьяна не было близких. Его мать умерла четыре года назад, отец и того раньше, да он с ними практически и не общался, ограничиваясь тем, что время от времени высылал деньги. Близких родственников тоже не имелось. Но сейчас Ринальди нашёл новый рычаг давления – женщина, с которой Ростоцкий жил в одной квартире. И если Рита тоже успела о ней узнать…
От мысли о том, что она может навредить Дине, его бросало в холодный пот.
Решение подстраховаться, передав свою часть бизнеса совладельцу, было рискованным, но другого пока не было. Демьян доверял Серову, они знали друг друга много лет. Тот имел высшее экономическое образование, зарекомендовал себя отличным специалистом и неплохо изучил мир моды, но творческая часть лежала на Ростоцком. Именно он создавал коллекции, которые они представляли публике.
Но, если всё перейдёт к Ивану, Джузеппе Ринальди больше не сможет давить на Демьяна, угрожая разрушить всё, что он создавал, во что день за днём вкладывал силы и время. Модный дом был его детищем. Здесь работали люди, которые верили в него, так что на нём лежала ответственность и за них тоже.
Беседа с партнёром вышла недолгой. Серов знал обо всём. Поначалу, когда Ростоцкий озвучил ему свою идею, попытался возражать, однако затем согласился, признав, что другого выхода тоже не видит. К Ивану Платоновичу Серову у итальянца счетов нет. А название значения не имеет, главное, чтобы фактически, по документам, Демьян Ростоцкий больше не будет иметь отношения к модному дому.
Но Демьян был вовсе не намерен смиряться с требованиями Маргариты и её отца. Главное сейчас – усыпить их бдительность. Сделать вид, будто Ринальди в действительности сумел напугать его своими угрозами.
Домой, где ждала Дина, Ростоцкий отправился вместе с Иваном. Тому с его смешливостью и лёгким характером всегда удавалось разрядить обстановку. Но, увы, не в этот раз.
Когда Серов вышел из квартиры, Демьян с Диной остались наедине. Она выглядела непривычно, и дело было не только в новой причёске. У него пальцы сводило от желания прикоснуться к ней, но разговор не терпел отлагательств.
Сначала Ростоцкий хотел умолчать о причине своего решения. В конце концов, все обязательства по договору он выполнил. Родители Дины получили уверенность в том, что в личной жизни дочери всё в порядке, а сама она вдобавок нашла работу с весомой перспективой карьерного роста.
Если бы не их так внезапно случившаяся близость, которая всё только ещё больше осложнила… Но и отказаться от неё Демьян не сумел – даже сейчас его охватывало желание, стоило лишь вспомнить кружащий голову аромат сирени и поцелуи в парке.
И Дина заслуживала того, чтобы быть с ней откровенным.
Она пытливо смотрела на него и, нарушив воцарившуюся тишину, заговорила первой:
- Иван сказал, что на работе для меня ничего не изменится. Курсы и прочее… А не на работе? Между нами… Что поменяется в наших с тобой отношениях? Ведь не просто же ты принял такое решение! Что-то произошло, о чём я не знаю?
Ростоцкий устало кивнул. Настал самый неприятный момент беседы. Многое бы он отдал, чтобы этого избежать…
- Нам придётся расстаться.
- Развестись? – голос собеседницы дрогнул. – Да? Ты всё-таки… мне до сих пор не поверил?
- Да не в этом дело! – Ростоцкий пружиной поднялся с места. – Совершенно не в этом!
- Тогда в чём? Или, вернее, в ком? В Маргарите Ринальди, правильно?
- Всё совсем не так, как ты думаешь!
- А как?! Расскажи мне! Я не умею читать мысли!
- Подожди, не надо кричать… – Ростоцкий сел рядом, близко, привлёк её к себе, обнимая. Что они творят? Дина беременна, ей нельзя нервничать, а он… – Я всё расскажу, только не волнуйся…
И он рассказал. Обо всём, начиная с их детской дружбы с Ритой. И заканчивая решением заключить фиктивный брак в надежде, что эта мера поможет справиться с одержимостью им девушки. С браком помог Жоржик, ещё один из бывших соседей, выступил посредником, а затем куда-то слинял – то ли из страха перед законом, то ли из нежелания попадаться Демьяну на глаза. На какое-то время это подействовало, но теперь Джузеппе Ринальди стало известно обо всём, а его дочь снова полна решимости оставить Ростоцкого себе.
- Пойми, это может быть опасно для тебя, - проговорил в завершение своего рассказа Демьян. Всё это время Дина напряжённо молчала. – Неизвестно, что взбредёт ей в голову. Я не боюсь их, но не могу рисковать тобой. И ребёнком…
Она испуганно прижала ладонь к животу и затрясла головой, точно не желая ни слушать больше, ни представлять того, о чём ей говорили.
- Наш развод её успокоит. Пусть временно, но я что-нибудь придумаю. Обязательно!
- А что потом? – спросила Дина.
- А потом я вернусь к тебе! – решительно заявил ей он, снова заключая в объятия. Она подрагивала всем телом, будто от озноба, и ему хотелось согреть её, спрятать от всех невзгод и тревог. – Примешь?
Дина, всхлипнув, кивнула.
- Потому что без тебя я себя уже не представляю, - добавил Ростоцкий, ничуть не покривив душой.