Глава 40
Глава 40
Некоторое время спустя
- А теперь хочу, как говорится, от души поздравить всех, кто прошёл с нами этот путь от начала до конца и окончил курсы дизайна, - Марко поднялся с места с бокалом искрящегося пузырьками шампанского.
В элегантном синем костюме мужчина выглядел потрясающе. Дина уже не раз слышала, как вздыхали по нему девушки. Похоже, многие из них пришли на курсы лишь потому, что вёл их именно он.
Шампанское она, разумеется, не пила. Перед ней стоял бокал с минеральной водой, который Дина тоже приподняла, чтобы не отрываться от коллектива. Всё-таки такое событие требовало того, чтобы его отметить.
В заключение Марко сказал несколько слов о каждом из своих учеников и, разумеется, её тоже не обошёл вниманием. Впрочем, в группе и без того уже знали, что она работала в модном доме, а вскоре должна была перейти на другую должность. Стать дизайнером.
- А Демьян Сергеевич ещё не вернулся? – спросила одна из девиц, бойкая пухлощёкая Оксана. – Жаль. Мы так надеялись, что он тоже придёт нас поздравить!
- Ещё нет, - отозвался Марко, быстро взглянув в сторону Дины, которая, как всегда, вздрогнула, услышав имя Ростоцкого. «Безвольно пощады просят Глаза. Что мне делать с ними, Когда при мне произносят Короткое, звонкое имя?» – точно как у Ахматовой. – Зато Иван Платонович обещал заглянуть. А вот, кстати, и он!
Иван действительно пришёл. Как обычно, весёлый, улыбчивый, говорливый. Если бы она не знала, какими проблемами озабочен нынешний полноправный владелец модного дома, ни за что бы не догадалась, что у него вообще есть какие-то неприятности.
Он сел за стол, и ему тут же налили полный бокал. Серов не стал отнекиваться – выпил немного за компанию. Тоже взяв слово, поздравил всех.
- Как идёт продажа вещей из коллекции для беременных? – поинтересовалась всё та же Оксана.
- Продвигается отлично, - улыбнулся ей Иван.
- Ну ещё бы, с такой-то рекламой! – громко сказал кто-то, и Дина смущённо опустила взгляд.
Ей всё ещё не верилось, что по всему городу висят огромные рекламные плакаты с её фотографиями. И на флаерах тоже они напечатаны, и даже на глянцевых страницах женских журналов. На каждом из снимков она одета в вещи из коллекции для будущих мам, которые не столько скрывают, сколько подчёркивают её заметный животик.
Это стало её первым опытом работы с профессиональным фотографом, стилистами, визажистами. Всё так ново, непривычно. Зато вещи, которые надевала для фото, казалось, были созданы специально для неё.
Коллекция, которую нарисовал Демьян...
Вот уже несколько дней от него не было вестей. Ему и так-то приходилось шифроваться – он завёл специальный отдельный номер, с которого тайком звонил только Ивану Серову и Дине. Маргарита с её отцом должны были поверить в то, что Ростоцкому больше нет никакого дела до оставленного им модного дома и женщины, с которой он развёлся.
Главное, чтобы это в действительности не стало правдой...
Она всеми силами старалась не раскисать. Ждать, верить, надеяться. Ради себя и Демьяна. Ради малышки, которая всё чаще напоминала о себе, требовательно шевеля ручками и ножками в её животе. Да, теперь уже стало известно, что у неё будет девочка.
Дочка.
После отмечания все понемногу расходились. Дина вышла в коридор, не дожидаясь, пока Иван или Марко последуют за ней. Хотелось побыть одной. Подумать. Что будет с модным домом Ростоцкого, если сам он так и не вернётся?..
Да, с завтрашнего дня она официально начнёт работать на должности дизайнера. Курсы и индивидуальные занятия с Марко Ринальди многое ей дали. У неё уже есть какие-то идеи, наметки, и всё-таки разве можно взять на себя такую ответственность? Как с этим справиться – самой, без Демьяна, который бы подсказывал, направлял, просто был бы рядом? Да и декретный отпуск уже не за горами...
Если бы Марко мог остаться и заменить ведущего дизайнера… Но у него договор – он уже давно успел пообещать, что проведёт такие же курсы в другом городе. И скоро уедет.
Дина спустилась на первый этаж. Наступила жаркая погода, и от одной мысли о том, что скоро кондиционированный воздух офиса сменит духота пыльных городских улиц, становилось дурно. Наверное, лучше вызвать такси и подождать его здесь, общественный транспорт сейчас уже определённо не для неё, пусть там и нередко уступают место.
- Дина Эмильевна! – донёсся до неё голос охранника. – Можете подойти сюда? К вам тут пришли.
Первая мысль – отчаянно, резко, как вспышка – «Ростоцкий приехал!» Но разве стал бы он стоять у проходной? Его бы, несомненно, впустили, в любом случае впустили бы!
Она обернулась, недоверчиво и удивлённо глядя на человека, который помахал ей рукой.
- Богдан? Это ты? Что... ты здесь делаешь? – спросила, подойдя ближе. Проходящие мимо сотрудники оглядывались, посматривая в их сторону с любопытством. – Я думала, ты в другой стране...
- Приехал по делам и увидел твои фотографии, - отозвался художник. Он почти не изменился внешне, разве что отрастил короткую бородку, которая совершенно ему не шла. Но Дина этого говорить не стала – какое ей дело? Его жене наверняка нравится. Да и мода такая.
- Всё в порядке?
- Да, дела идут замечательно. Мы можем где-нибудь поговорить? В другом месте.
- Рядом есть кафе, - ответила она.
Дина не понимала, зачем и о чём ей с ним разговаривать, но провела мужчину в кафе, расположенное в том же здании. Оно открылось недавно, и многие из работников модного дома обедали там. Но сейчас рабочий день подходил к концу, и в небольшом уютном зальчике было пусто.
- Вот ведь какая ты… совсем другая стала, - произнёс Богдан, всматриваясь в неё и особенно задерживаясь взглядом в районе её живота под свободным летним платьем.
- Да, - кивнула, занимая место за столиком. – Другая. Многое произошло с тех пор, как мы с тобой расстались.
- Кто отец? – осведомился Богдан.
- Если скажу, что ты, это что-нибудь изменит? – вопросом на вопрос ответила она. Руки задрожали, пришлось сцепить пальцы в замок, чтобы казаться спокойной. Почти равнодушной.
- Деньги на аборт, я так понимаю, предлагать уже поздно? – замялся он. – Но, понимаешь, у меня ведь теперь есть законная супруга, она не поймёт. И мне бы не хотелось, чтобы мой тесть узнал…
- Успокойся, - оборвала его невнятные оправдания Дина. И сам этот человек показался ей вдруг жалким, блеклым, как старая фотография. Его образ, все воспоминания о нём будто выцвели. Неужели она когда-то была в него влюблена? – Мой ребёнок не имеет к тебе никакого отношения.
- Правда? – явно почувствовав облегчение, отозвался Богдан. Даже улыбаться начал. – А я-то было подумал… Ну, конечно, ты ведь могла уже встретить другого, правда? Не куковать же одной…
- Правда, - не стала отрицать Дина.
- Ты… счастлива с ним?
- Да. – Она не поинтересовалась, счастлив ли он с той женщиной, на которую её променял. Поднялась с места и направилась к выходу, не оборачиваясь и не ожидая, что Певунов её окликнет.
И он в самом деле не окликнул.
Теперь Дина была окончательно уверена в том, что на этом всё кончено. Её с этим человеком действительно ничего больше не связывало. Чтобы стать отцом, недостаточно провести ночь – или даже много ночей – с матерью ребёнка. Она не сомневалась в этом, потому что её-то как раз воспитывал настоящий отец. И ей очень не хотелось, чтобы её дочь думала, будто появилась на свет по чистой случайности. Необходимо, чтобы эта девочка знала – она любимый ребёнок, желанный. Как Дина всегда твёрдо знала это же о себе.