Глава 8.

Но внезапно из угла донеслось яростное рычание. А в моей голове прозвучал отчаянный голос:

“Я не хочу на Север!”

– Я тоже, – пробормотала я. И, заметив, что все взгляды обратились ко мне, громко пояснила: – Эйрвен протестует против возвращения в Северное герцогство.

Лайя не удержалась от колкости:

– С вами, господин Ольсон, даже собаки не хотят иметь дело.

В зале раздались сдержанные смешки. Отец резко повернулся к моей подруге. Дан спокойно разжал руку супруги и шагнул вперед. Вокруг его тела вспыхнул ореол темной магии, которая вгоняла в ужас не только врагов, но и соратников.

Я вспомнила про треснувшую плиту и возмутилась:

– Не вздумайте! Мой курс отмывал зал не для того, чтобы вы его испортили!

Дан с выразительной усмешкой посмотрел в сторону пустого оконного проема. Черный ореол вокруг его тела погас, а Дан сдержанно поклонился и произнес:

– Простите, Ваше Императорское Величество.

Властитель невозмутимо кивнул, но я вдруг ощутила, что внутри него бурлит магия. Над залом повисло угрожающее молчание. Я видела, как под этим незримым давлением опускались плечи мужчин, а женщины замирали, как кролики перед змеей.

Наконец, император заговорил:

– Должен признать, что я удивлен вашей просьбой, господин Ольсон. У вашей дочери здесь блестящие… кхм, карьерные перспективы. Никаких исключений не будет. Астрид останется в Пурпурном городе и дальше будет работать моей помощницей.

При этом он выделил слово “моей” так, что внутри меня все затрепетало. Отец попытался возразить:

– Ваше Императорское Величество известно тем, что заботится о древних и вымирающих родах… Неужели ваши принципы, те принципы, на которых стоит империя, изменились?

Властитель посмотрел на него так, что больше отец не смог произнести ни слова. Никто не посмел бы шевельнуться под этим взглядом. Потом император продолжил:

– Древние роды – опора империи Четырех Сторон Света. Ситуация с родом Хвальман требует тщательного расследования, которое мой посланник проведет в кратчайшие сроки.

С этими словами он выразительно посмотрел на Тулуна. Тот снова молча поклонился. Судя по взгляду посланника, он и сам был не против разобраться. Но леди Мейли мне стало немного жаль. Кстати, сегодня драконица на балу не присутствовала…

Отец помрачнел. Он явно не желал никакого интереса к делам своего рода. Но возражать не посмел. Только обернулся к герцогу Юга, но поддержки не нашел. К поражению гостя на переговорном поприще правитель остался равнодушен. А прежде чем отец придумал еще аргументы, император встал.

В гробовой тишине он спустился с возвышения и бросил:

– Музыка!

Тот самый старик со скрипкой вывел первую ноту, после лиричную мелодию подхватил весь оркестр. А император сделал то, чего я боялась и ждала одновременно. Подошел ко мне и протянул руку, приглашая на танец.

Теперь все взгляды снова были устремлены на меня. На нас обоих. Властитель не торопил меня и смотрел с жадным ожиданием. Несмотря на столь нежеланное всеобщее внимание, внутри не появилось даже мысли об отказе. После короткой заминки я молча вложила подрагивающие от волнения пальцы в широкую ладонь.

Перерожденный повел меня в центр зала, и я успела заметить изумленный взгляд Лайи. Отец помрачнел, Элен яростно сверкала глазами. Но после того как император повернул меня к себе и сделал первый шаг, мысли на какое-то время выветрились из головы.

Ощущения, конечно же, были не те, что в первый раз, но близость властителя успокаивала. Спустя минуту я стала замечать, что происходит вокруг. Дан кружил в танце Лайю, и они выглядели безумно прекрасно. Как и пара в алом – Сурхо и Дэйю. До этого на испуге я умудрялась правильно шагать и не путаться, но тут споткнулась. Потому что на шее драконицы было то, чего раньше там точно не было.

Коричневый узор с отрыми углами, который до боли напоминал вышивку на платье Мейли Тулун. На очередном круге я заметила, что тыльную сторону ладони Сурхо украшает такой же.

В памяти всплыл вечер у пещеры старейшей драконицы и след магии супруга на спине Паолы. Появление отца настолько шокировало меня, что я совсем забыла о чем хотела поговорить с подругой.

Внезапно император притянул меня к себе чуть ближе и шепнул:

– Все хорошо?

– Да, – по инерции ответила я, ища взглядом подругу. – Можно мне потом с Лайей поговорить? Мы дружим, и я соскучилась…

Он не стал спорить и кивнул. А затем требовательно произнес:

– Сначала еще два танца.

Я кивнула и немного расслабилась. Теперь этому разговору точно никто не помешает. Даже отец или Элен.

“И я прослежу, “ – пообещал Эйрвен.

Музыка стихла и начался другой танец. Во время короткой остановки я заметила отца. Он не спешил найти себе пару, а стоял в тени одной из колонн. И стоял не один. С ним беседовал тот самый человек с короткими светлыми волосами. Я снова могла видеть только его затылок. Не его ли колючий взгляд меня преследовал? Мне хотелось увидеть лицо незнакомца, но снова заиграла музыка. Император снова кружил меня по залу, заставляя забыть обо всем. Лавандовая магия вокруг метки больше не давала о себе знать. И все же что-то мешало мне наслаждаться моментом…

Несколько мгновений я прислушивалась к ощущениям. А затем вдруг поняла, что движения императора… какие-то неуловимо другие. Тогда до меня дошло, в чем может быть причина этой неправильности.