Эпилог

Год спустя, Тайлерис

— Как думаешь, какого цвета они будут? — спросила я, держа Даррела за руку, когда мы вышли из храма богини Эсфер и направились к Драконьей аллее следом за молчаливой жрицей.

Мы направлялись к цветам, которые посадили во время свадьбы в прошлом году. По традиции нужно было вернуться год спустя и увидеть, какого цвета вырастут наши цветы.

Над нами светило яркое весеннее солнце, а воздух казался прозрачным и наполненным влагой после ночного дождя. Прекрасная погода. Хорошее время.

— Красные, — ответил Даррел.

— Почему красные? — весело спросила я.

— Потому что это цвет страсти, — пожал он плечами и подмигнул мне. — В нашем браке ее достаточно, не находишь?

Я закатила глаза.

— А я думаю, что цветы будут белыми.

— Почему белыми? — улыбнулся Даррел.

— Потому что наш союз одухотворенный, — объявила я.

— В прошлый раз, ты говорила, что синие, — вспомнил он.

— Если я не помню — значит, этого не было, — отмахнулась я, надеясь, что цветы не будут черными. Цвет траура ни к чему. Мы только избавились от него — весь год имперские флаги были приспущены, а народ скорбел по ушедшему императору.

С момента, как Даррел пришел в себя, прошел почти год. А сегодня была первая годовщина нашей свадьбы. И, честно сказать, я чувствовала себя куда лучше, чем в день, который традиционно считается самым счастливым для девушки. Я проснулась с ощущением жизни, которую мне предстоит прожить, а не с мыслями о скорой смерти ради моих любимых.

Даррел немного хромал — последствия того, что с ним произошло, не отпускали моего императора. Лекари и целители говорили, что это на всю жизнь, а то, что Даррел вновь стал ходить — это чудо.

На его теле оставались страшные шрамы, к которым могла прикасаться лишь я. На лице появилось суровое выражение, а в черных волосах — белые пряди. Но это даже шло ему, подчеркивало его мужественность и отвагу.

Мне было не важно, как выглядел Даррел. Мне было важно, что он жив. И что он рядом.

Только теряя, мы осознаем ценность того, что имели.

Лишь навсегда прощаясь с близкими, мы понимаем, как сильно мы их любили.

Я была одной их немногих, кто, попрощавшись с родным человеком, обрел его вновь. И я считала, что это величайшая награда.

Вновь обретя силу Ледяного дракона, Даррел стал императором Вечной империи, а я — ее императрицей. Мы оба были молоды и во многом не опытны, но нам пришлось сделать это. Народ чествовал нас как героев. Как спасителей империи от тьмы.

Мы не могли отказаться. Как сказал главный жрец: править — наш горный путь. И мы должны идти по нему. Собьемся — оступимся и упадем.

Я никогда не мечтала быть императрицей. Мне не нужна была власть. Меня не влекли громкие титулы. И то, что все это вдруг стало моим, поначалу обескураживало — ответственностью, которая пришла вместе с этим. Наверное, нужно было, чтобы императрица была с нами и помогала, но она уехала в Ивовую долину. Сказала, что находится в храме ей будет лучше, чем во дворце, который она всегда ненавидела.

Злилась ли я на нее? Сложно сказать. В чем-то я понимала ее — ради своего ребенка мать готова пойти на многое. Но принять и оправдать императрицу я не могла. Она могла рассказать мне правду. Или хотя бы могла не играть роль милой и заботливой свекрови, которая мечтала принять меня в свою семью. Даже кольцо она подарила мне не из-за теплых чувств, а для того, чтобы следить за мной. Но все-таки она сделала то, что обещала. Я действительно стала самой великой императрицей, когда-либо правившей в Вечной империи.

Да, знаю, это звучит странно, наверное, даже дико, но теперь я правлю целой империей и одновременно учусь в академии магии, ведь многого я еще не знаю, а оставаться в памяти народа самой глупой императрицей я не хочу.

Императрица-спасительница. Так меня называют в народе. Надеюсь, это будет сохранено для потомков. Хотя… Если честно, многие меня так и не любят — из-за «невысокого воспитания» и темной магии, которая до сих пор во мне. За спиной некоторые называют меня «темной императрицей», а среди высокородных в соседних странах обо мне ходят разные слухи. Некоторые до сих пор уверены, что я приворожила Даррела. А в отдаленных государствах не верят даже в то, что на севере восстала тьма. Считают это то ли бредом, то ли успешным политическим ходом. В тайне я надеюсь, что, если тьма снова решит прорваться, это произойдет именно там, где в это не верят. Подальше от Вечной империи.

У остальных тоже все хорошо.

Этель и Том помолвлены. Я не знаю, какой будет их свадьба, но знаю, что этой наглой девице повезло — мой брат один из лучших мужчин в мире. И он делает для Этель все, что она захочет. Том очень сильно любит ее. Буквально боготворит и называет «Моя принцесса». Меня от этого тошнит.

Эштан и Ева уехали из Вечной империи, решив путешествовать. Эштану я благодарна до сих пор, и буду благодарна до конца своих дней. Он всегда был в тени Даррела, хотя на самом деле был его старшим братом. И когда сила и власть оказались в его руках, решил пожертвовать ими ради него. Я считаю это сильным поступком.

А Ева Шевер… Она навсегда останется той, которая хотела забрать моего мужчину, и я не уверена, что захочу видеть ее вновь. Она совершила много преступлений, однако была нашим шпионом, и это спасло ее от наказания. Хотя… Есть еще кое-что. Она убила Альву — ту, которая наслала демона хаоса на мою семью. Странно быть благодарным за то, что кто-то убил твоего врага, но я была спокойна, зная, что эта мерзавка не ушла от наказания.

Не знаю, любит ли Эштан Еву, но вдвоем им обоим не так одиноко.

Арт и Дэйрил несколько месяцев назад сыграли свадьбу. Она была скромной — лишь для своих. Моя подруга ждет ребенка, это мальчик, и я знаю, что они назовут его в честь Кэлла. А если однажды у меня появится дочь, я назову ее Элли. Я пообещала это сама себе, и Даррел сказал, что поддерживает меня.

Кайл и Шиа до сих пор вместе. Они не из тех, кто захочет иметь официальный брак, к тому же оба работают на Элиота. Шиа закончила академию и вступила в тайный отдел. А Кайл собирает для Элиота кучу всякой информации. Теперь он — глава Клуба избранных, но попасть туда могут далеко не все — лишь самые талантливые и умные, а не богатые или высокородные. Кайлу нравится власть, и иногда у меня возникает ощущение, что Элиот готовит себе преемника.

После нападения демонов, которое получила название Ночь крови, столица постепенно восстанавливается, и те районы, которые активно пострадали, строятся заново. Сейчас мы живем в Белом дворце, но это временная мера — лучшими строителями и магами возводится новый Небесный дворец. Это подарок от правителей соседних стран, которые не пострадали от Кровавого дракона и его войска — знак признательности за наш героизм. Новый Небесный дворец строится быстрыми темпами, и я уверена, что он будет лучше прежнего и займет его место символа столицы уже через пару лет.

Жизнь не остановилась. Она продолжается. Время течет вперед, меняются судьбы и мы — мы тоже меняемся. Тьма и свет переплетаются между собой, как единое нерушимое целое. А богам остается лишь наблюдать за нами.

Жрица остановилась у одной из клумб, и я припомнила, что именно здесь мы с Даррелом садили семена в прошлом году.

Никто из нас не оказался прав — цветов в клумбе было много. И все — разные. Красные, белые, синие, желтые, фиолетовые Даже розовые, бирюзовые и оранжевые.

— И что это значит? — вздохнув, спросила я у Даррела.

— Думаю, это значит, что наш брак идеален, — ответил он и поцеловал меня, в который раз заставляя сердце превратиться в облако, сотканное из огня и тьмы.

Тьма все еще во мне — она часть меня, которую я приняла.

Я окончательно поняла одну важную вещь — стоит нам научиться управлять своей тьмой, как мы сможем изменить себя. А изменив себя, сможем изменить мир в лучшую сторону.

В наших сердцах живут искры света. И когда мы уходим, они становятся звездами.

Посмотрите в небо — оно полно сердец. Оно полно нас.

Небо — это мы.

Конец