Глава 50. Отъезд из Бервик-Холла

Прошло почти три недели с момента моего прибытия в Бервик-Холл. Силы постепенно возвращались ко мне, и хотя душевные раны всё ещё болели, я начала привыкать к новой жизни. Каждый день я просыпалась с мыслью, что больше не принадлежу Родерику Бельмонту, и эта мысль приносила странное облегчение.

Мы с Лидией сидели в малой гостиной за послеобеденным чаем. Весеннее солнце заливало комнату теплым светом, и в другой ситуации я могла бы назвать этот момент идиллическим. Дворецкий вошел с серебряным подносом, на котором лежало несколько писем.

— Почта, миледи, — сказал он, протягивая поднос Лидии.

— Благодарю, Гаррисон, — она взяла письма и начала просматривать их.

Я наблюдала, как менялось ее лицо по мере чтения. Сначала лёгкое любопытство, затем сосредоточенность, и наконец, она нахмурилась, сжав губы в тонкую линию.

— Что-то не так? — спросила я, отставляя чашку.

Лидия подняла взгляд, словно только сейчас вспомнив о моём присутствии.

— Это сообщение от моего знакомого из столицы, — сказала она, помедлив. — Я просила его навести справки о твоём… положении.

Моё сердце пропустило удар.

— И что он пишет?

— Он узнавал насчёт брачного контракта между тобой и Родериком, — Лидия говорила осторожно, словно каждое слово могло причинить мне боль. — И действительно, герцог Бельмонт делал запрос на изменение условий контракта.

Я почувствовала, как что-то сжалось внутри. Боль была, но уже не такая острая, как раньше. В конце концов, это лишь подтверждало то, что я уже знала — Родерик хотел избавиться от меня. Виктория не солгала, по крайней мере, в этом.

— Мой знакомый не смог узнать подробностей, — продолжила Лидия, — что именно должно было быть изменено. Но сам факт…

— Всё в порядке, — прервала я её. — Я и не ожидала ничего другого.

Лидия внимательно посмотрела на меня, словно оценивая моё состояние, затем перешла ко второму письму. По мере чтения ее брови сдвинулись еще сильнее.

— Что там? — спросила я, чувствуя, как тревога нарастает.

— Это от моего поверенного, — ответила она, складывая письмо. — Он предупреждает, что герцог Бельмонт, не добившись результата при личном визите, теперь намерен прийти в Бервик-Холл с полицией. По его сведениям, Родерик усиленно ищет тебя и не остановится ни перед чем.

Я похолодела. Одно дело — скрываться от мужа, и совсем другое — подвергать опасности человека, который помог мне в трудную минуту.

— Мне нужно уйти, — сказала я, поднимаясь. — Я не могу подвергать тебя такому риску. Если Родерик придёт с представителями власти…

— Сядь, — мягко, но твёрдо сказала Лидия. — Никуда ты не пойдёшь. По крайней мере, не в лес и не на улицу.

— Но из-за меня у тебя будут проблемы!

— Розали, — Лидия взяла меня за руку, — куда ты пойдёшь? У тебя нет ни денег, ни связей. Твоя семья отвернулась от тебя.

Я опустилась обратно в кресло, чувствуя себя загнанной в угол. Она была права — мне некуда было идти.

— Но я не могу оставаться здесь, — прошептала я. — Не могу подвергать тебя опасности.

— И не будешь, — Лидия улыбнулась, и в её глазах появился хитрый блеск. — У меня есть решение.

Она отпила чай, словно наслаждаясь моментом.

— В столице у меня есть небольшая квартира, — сказала она наконец. — О ней никто не знает, даже мой муж. Я купила её на деньги, заработанные писательством, и оформила на постороннее лицо.

Я смотрела на неё с изумлением. Лидия Бервик, о которой в обществе ходило столько разговоров, имела тайную квартиру в столице?

— Не смотри на меня так, — рассмеялась она, заметив моё выражение лица. — Мой муж давно перебрался в столицу, оставив меня в поместье. Ему не нравилась моя писательская и… скажем так, общественная деятельность. А женщине иногда нужно место, где она может быть сама собой, без оглядки на чужое мнение.

Она на мгновение задумалась, а затем добавила с лёгкой улыбкой:

— К тому же, некоторые встречи лучше проводить вдали от любопытных глаз. Особенно если твой собеседник занимает определённое положение при дворе.

— И ты предлагаешь мне…

— Переехать туда, пока мы решаем вопрос с твоим разводом, — кивнула Лидия. — Там тебя никто не найдёт. Ты будешь в безопасности.

— Но как же ты? — спросила я. — Если Родерик придёт сюда…

— Я скажу ему то же, что и раньше, что понятия не имею, где ты, — она пожала плечами. — К тому же, у него нет никаких доказательств, что я помогала тебе скрыться.

План был рискованным, но лучшего у нас не было. В течение следующих нескольких дней мы готовились к моему отъезду. Лидия дала мне денег, организовала частный экипаж и снабдила всем необходимым для жизни в столице.

— Частный экипаж безопаснее, — объяснила она. — Никаких документов, никаких записей в журналах. Кучер — человек надёжный, он доставит тебя прямо к дому.

— Я останусь здесь ещё на некоторое время, — сказала она, когда мы прощались ранним утром у чёрного хода. — Нужно поддержать видимость, что всё идёт своим чередом. Но скоро я тоже приеду в столицу, и мы продолжим работать над твоим делом.

Я обняла её, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.

— Я не знаю, как отблагодарить тебя за всё, что ты сделала, — прошептала я.

— Просто будь сильной, — ответила она, отстраняясь и глядя мне в глаза. — И помни, что теперь ты сама хозяйка своей судьбы.

Я кивнула, сжимая в руках небольшую дорожную сумку с вещами.

— Ключи у тебя? — спросила Лидия.

— Да, — я похлопала по карману платья.

— Хорошо. Экипаж ждёт за поворотом дороги. Клиф проводит тебя. Удачи, Розали.

Я вышла во двор, где меня уже ждал молодой конюх Клиф. Он провёл меня окольными тропами к месту, где был спрятан экипаж — элегантная, но неприметная коляска с задёрнутыми шторами. Кучер, пожилой мужчина с седыми усами, только кивнул, помогая мне забраться внутрь.

Когда экипаж тронулся, я оглянулась в последний раз. Бервик-Холл исчезал вдали, а вместе с ним и часть моей жизни. Впереди была неизвестность, но также и свобода.