Глава 39

Риас слушает императора и не понимает, как можно быть таким глупым. Разве Эмус не видит, чем заплатили его подданные за очередную победу? Потери среди риэков растут. Вскоре в убежище останутся только старики, женщины и дети. Джэна говорила, что они слабы и их нужно защищать… Его Джэна. Когда Риас думает о ней, то ощущает болезненный укол в груди. Будто там, где-то очень глубоко, застряло лезвие меча, и при мысли о хрупкой маленькой женщине оно ворочается, лишая воина состояния равновесия. И он уже не может жить без неё. Как слепому забыть мир, полный ярких красок, видимый только через нейротранслятор? Прошло три дня, с тех пор как он не встречается с девушкой, но кажется, что он находится на грани истощения. Джэна необходима, как воздух, вода и питательные вещества. Нет! Он добровольно откажется от всего этого, лишь бы снова дотронуться до неё. Увидеть. Почувствовать… – Когда состоится свадьба? – перебивает он императора. Тот вздрагивает, из руки выпадает карандаш, которым Эмус только что чертил на плане стрелки к морю. Оглядывается на помощника, которого называет советником. По мнению Риаса, советы тот даёт бестолковые. Если бы не данное Джэне слово, илин давно бы вышвырнул хитреца за стену. – Скоро, – лепечет Эмус, криво улыбаясь. – Моя дочь возносит особые молитвы, и жрицы ей в этом помогают. Да, я понимаю, что Эеридис не услышит её просьб, но это ритуал, о котором каждая девочка мечтает с детства. – Это приносит Джэне радость? – сухо уточняет Риас и коротко кивает. – Хорошо. Подожду ещё день. Император выдыхает с облегчением и снова хватается за карандаш. – Так вот, мой дорогой илин. Если мы обогнём эту скалу и сядем на корабли, то… – Трэны нападут прежде, чем мы доберёмся до моря, – снова обрывает Риас. – Укрыться на этом участке негде. Погибнут все. – Но если враг будет занят другим? – хитро щурится Эмус. – К тому же мы пойдём небольшим отрядом. Так будет незаметнее. Риас поджимает губы. Он уже много раз повторял этому упрямому человеку, но всё равно приходится делать это снова. – Я поклялся, что буду защищать риэков. – Так защищай! – не выдержав, кричит император. – Думаешь, я не понимаю, что планируют твои командиры? Меня хотят заменить! Но я никому не позволю занять моё место. Я должен проехаться по всем городам империи и показать, что в Тэтиэне всё тот же император! Риас на миг опускает голову в кивке, а затем следует к выходу. За ним движутся его карды. – Стой! – переходит на фальцет император. – Ты куда? – Защищать риэков, – говорит илин в сотый раз. – Как обещал Джэне. – Нет, ты пойдёшь со мной, – топает мужчина и, сузив глаза, цедит: – Ты же желаешь жениться на моей дочери? В свадебном платье она будет ждать тебя на берегу. Пойдём сегодня, как только стемнеет. Я, мой советник и ты с кардами. Риас выгибает бровь: – А риэки в это время будут отвлекать трэнов? – Наконец-то ты понял, – громко смеётся Эмус и переглядывается с советником. – Цельс поймал кое-кого. Парнишка проводит гостей, когда это будет нужно. Он и так собирался это сделать, мы лишь подкорректируем время. И ничто не помешает тебе и моей дорогой Джэне насладиться церемонией! Он замолкает и нервно облизывает губы. Риас размышляет, на кого намекает император. Кто и как впустит врага в убежище, чтобы прикрыть его бегство? Кто-то уже планировал это. Варианты, как можно проникнуть в город, выстраиваются один за другим, но Эмус принимает молчание илина по-своему. – Решено! – Взмах руки, и раздаётся снисходительное: – Я не забуду твоих заслуг. Однажды моя империя будет твоей! – Я остаюсь, – холодно произносит Риас. – Но… – начинает Эмус и, поджав губы, обрывает себя. На миг прикрыв глаза, снова мягко улыбается. – Но Джэна будет расстроена. Тут илина будто кто-то изнутри толкает. Что-то тревожное и вязкое обволакивает нутро. Джэна. Илину совершенно необходимо увидеть её прямо сейчас! Помолиться девушка может и потом. Он решительно разворачивается к выходу, но император снова останавливает его. – Тогда прикажи кардам сопровождать меня, – требует он. – А вы с Джэной подождёте в убежище. Мерзавца Иуста мы обезглавим, и ни один трэн не ворвётся в город! Все останутся довольны. – Мои карды останутся со мной, – чеканит илин. А странное ощущение в груди всё растёт. Что-то подобное показывала ему Джэна. Страх за родных. Это её чувство? Она переживает за мать, сестёр и брата? Или же всё сложнее? Эмус утверждает, что Джэна день за днём молится о благополучном браке и жрицы помогают юной невесте. Зачем ей волноваться о тех, кто под защитой Риаса? – Отказываешь императору? – злится Эмус и в ярости выпаливает: – Тогда ты никогда не увидишь свою дерзкую рабыню. Забудь о ней! Тяжесть в груди возрастает в разы и становится почти равной той, что передавала Джэна. Стоп. Так она и передаёт ему сейчас! Риас шевелит пальцами, на кончиках которых возникает странное ощущение, запястье вспыхивает короткой болью. И перед глазами всё будто плывёт. Всего на миг, – а потом исчезает. Шаг – и ладонь сжимается на шее Эмуса. Глаза того округляются, едва не вылезая из орбит, рот распахивается в немом крике, ноги отрываются от пола. – Где она? – выдыхает илин. – Я знаю, что молитва со жрицами – ложь. Говори, если хочешь умереть быстро! Император цепляется за руку Риаса, царапает чешуйчатую кожу, сучит ногами. – Я… – выдавливает с превеликим трудом. – Риэк! Илин отпускает его, и мужчина падает на колени. Откашливаясь, победно смотрит исподлобья и шипит: – Да! Я один из тех, кого ты поклялся защищать. Ты не убьёшь меня, бесчувственная тварь! Хочешь узнать, где она? Тогда иди со мной к морю!