Глава 41

Перед Риасом встаёт выбор. Да, обещание сдерживает его от того, чтобы свернуть шею жалкому трусу, который желает прикрыться подданными, чтобы спасти свою никчёмную жизнь. Но как иначе узнать, где его Джэна? Стекло. Холод. Страх. Как хорошо, что Джэна показывала ему свои чувства и откровенно поясняла, что за ощущения передавались ему. Без этого понять было бы невозможно. Но даже узнав какую-то часть, как увидеть всё? – Где ты? – с губ срывается шёпот. Ночь отзывается тишиной. И приходит решение. Илин идёт к зданию, где оставил императора и его приспешников. Вот они, столпившись у стены и тихо переговариваясь, посматривают на застывших неподалёку кардов. Наверняка собираются прошмыгнуть к подземельям. Эмус, поняв, что Риас не собирается подчиняться, приводит в действие какой-то другой план. Илин уверен, что император попытается выторговать себе жизнь у трэнов в обмен на вход в город. Решил, что если у Иуста получилось, то и у него сработает. Вот только Риас не позволит. Его карды уже отыскали, где был спрятан Иуст, и перевели в другое место. Об этом илин и собирается поведать беглецам. А потом отвести императора в сторону для серьёзного разговора. – Я риэк, – нервно напоминает Эмус. Косится испуганно и настороженно. – Ты обещал защищать нас. Всех без исключения, что бы ни случилось! – Верно, – короткий кивок. – Тогда зачем ты оттащил меня в тень? – немного спокойнее говорит тот и вздёргивает подбородок. – Ты увидишь свою рабыню, только если пойдёшь со мной к морю. И никак иначе! – Или… – Риас делает длинную паузу и продолжает: – Я переправлю тебя в тот город, который укажешь. Одного. На лице императора отражается недоумение, а затем его взгляд устремляется к тайсу врага. Глаза Эмуса загораются надеждой, уголок губ ползёт вверх. Мужчина выпрямляется и, покосившись на своих помощников, понижает голос до шёпота: – Ты отвезёшь меня туда на этом? – Нет, – качает головой Риас. – Я запрограммирую тайс, и он доставит тебя куда нужно. Но только после того, как скажешь, где Джэна. – Сначала мне нужно всех отослать, – заговорщическим тоном отвечает Эмус и добавляет громче: – Так и быть! Подождём до рассвета! И широкими шагами возвращается к зданию. – Мы договорились выступать с первыми лучами. Илин пойдёт с нами! На лицах помощников императора расцветают улыбки, плечи расслабляются, страх во взглядах тает. Перебросившись с ними несколькими фразами, Эмус отсылает всех прочь. Сам же направляется к Риасу. – Идём. – Джэна, – качает головой илин. – Расскажу, пока будешь настраивать эту штуку, – недовольно морщится император. Его настолько вдохновляет мысль бросить умирающий город и отправиться одному туда, где ждёт богатство, слава и прежняя беззаботная жизнь, что не хочется тратить лишнее мгновение. Илин молча идёт мимо строя кардов к тёмной громадине вражеского тайса. Входит внутрь и нажимает несколько кнопок. Пробуждает панель управления и кивает несмело озирающемуся императору на сиденье: – Сюда. Рассказывай. Где она? – Не знаю, – хмыкает тот и тут же добавляет серьёзно: – Это правда. Цельс отвёл девушку… э-э… приготовиться к бракосочетанию. А сам вернулся ко мне. Когда снова спустился в подземелье, то обнаружил трупы своих людей и бесчувственного Иуста. Девушки не было. Риас нажимает ещё несколько кнопок и проверяет траекторию полёта. Затем включает автопилот, и разноцветная подсветка гаснет. – Это всё, что я знаю! – волнуясь, восклицает Эмус. Побледнев, юлит: – Ты же обещал отправить меня в обмен на информацию… – Да, – скупо отвечает Риас. – Так выполняй! – едва не визжит он. Отступив к выходу, илин хлопает ладонью по датчику, и дверь закрывается. Тайс начинает вибрировать, набирая обороты для взлёта. Отбежав на несколько шагов, Риас оборачивается к кардам. – Илин, – выступает из строя один из них. – Почему ты отправляешь императора из убежища? Ты дал слово защищать риэков. – Я обещал ей, – подтверждает Риас, – не трогать их и оберегать от трэнов. Враг пропустит свой тайс и не навредит Эмусу. – Но там, куда он отправляется, его собьют эеридисцы, – хмурится кард. – А я не обещал защищать риэков от них, – сухо отвечает Риас и приказывает: – Веди к Иусту. Тёмное здание встречает тишиной и запахом крови. Сначала здесь жили эеридисцы – учёные, которые наблюдали за Рессуром. После эвакуации поселились риэки. Тогда ещё среди них было много мужчин. Сейчас те, кто остался в живых, живут во втором здании, с женщинами и детьми. Здесь был лазарет. Потом кладбище. А теперь ещё и темница для одного пленника. Он сидит на полу, прикованный цепями, как некогда Джэна. И одно воспоминание о нежной маленькой женщине снова вызывает странное чувство, будто кто-то проворачивает в груди Риаса меч. – Иуст, – зовёт илин. Мужчина медленно поднимает голову и криво усмехается. – Пришли всё-таки. Я думал, присоединюсь к этим. – Он кивает на сложенные друг на друга железные ящики. И тут же просит: – Воды! Илин смотрит на карда, и тот передаёт риэку флягу и протеиновый брусок. Пока мужчина жадно ест, Риас обходит комнату и, присев на один из пустых ящиков, спрашивает: – Где Джэна? – Я думал, не спросишь, – вытирая рот рукавом, хмыкает он и вдруг взрывается хохотом. Успокоившись, посматривает на илина исподлобья и неожиданно горько отвечает: – У руководителей она. Утащили куда-то. Так что это ты мне скажи, чурбан бесчувственный, где Джэна?! В конце он срывается на крик и дёргается к Риасу, натягивая цепи. Но тот его не слушает. Невидимый меч в груди причиняет физическую боль, так и хочется разодрать чешую и вытащить то, что так ноет. Илин кладёт ладонь на грудь в районе сердца. Да, это где-то здесь. А Иуст говорит, и его дёрганая речь выбрасывается толчками, как кровь из сильной раны. Смертельной. Как трэны нашли его, умирающего от удара меча Риаса. Как исцелили в обмен на клятву найти риэков. Как раз за разом проваливались задумки Иуста, каким образом выполнить обещание. И как похитили Джэну. Двое. Имена… Быстро поднявшись, Риас поспешно покидает помещение и под проклятия Иуста выходит из дома. И бегом направляется к тайсам. Трэны не позволят поднять аппарат в небо, нападут. Но илин всё равно активирует первый попавшийся. Его Джэна в опасности. Теперь он знает, что за короткую боль она чувствовала. И почему ей так страшно. Как когда-то ему… Давно. Когда кард ещё был человеком.