Глава 7

Жиль пробудилась и первое, что поняла, что уже неожиданно поздно, что солнце уже поднялось довольно высоко, а с улицы доносятся такие характерные для разгара утра звуки. Она даже испугалась в первый момент, вскочила и метнулась из комнаты было по привычке, но очень быстро осознала, что торопиться ей сегодня некуда, и снова опустилась на кровать.

Ягод больше нет. Не известно, уродятся ли те в конце лета после вероломства чьих-то чар. Но пока собирать и сносить на базар ей точно нечего.

Птица не голодает, потому как ту тоже уморили. И скорее всего, это дело рук или магии одного и того же существа. Да, именно существа, потому что назвать того человеком язык не повернется.

Раньше все вокруг считали ее сиротой, а сейчас таковой считает себя она сама. Тетя умерла и надеяться Жиль теперь точно не на кого. Даже такие советы, в грубой ворчливой манере, что изредка получала от Зуи, теперь не прилетят.

Но все вышеперечисленное не повод сдаваться или отправляться в мир иной следом за тетей. Ее жизнь продолжается, а это значит, что нужно бороться с нуждой во что бы то ни стало и добиваться чего-то большего.

Первым делом Жиль навела порядок во всем доме. Она скоблила его, мыла; проветривала; выбивала половики и дорожки; натирала мастикой деревянные полы... Вскоре он засверкал как новенький и запах чистотой.

Приготовив себе нехитрый завтрак, Жриль заставила себя сесть впсе до крошки. А потом тщательнее обычного сёобралась. Ведь сегодня ей предстояло найти рыаботу, а для этого выглядеть нужно опрятно. Она могла бы готовить (благо этим приходилось заниматься с раннего детства) или помогать по хозяйству. Может стирать на дому, как вон матушка Монилы. Даже мыльного раствора у нее наварено впрок. Конечно, за малыми детьми ей никто приглядывать не доверит, хоть Жиль и не сомневалась, что справится. Но тут нужен опыт, которого у нее нет. У нее и младших братьев-то с сестрами никогда не было, хоть она всегда и завидовала тем, у кого они есть.

Выходила из дома Жиль в приподнятом настроении. Обнадеживало еще и то, что сегодня выходной, а значит, есть все шансы застать именно хозяев дома, а не беседовать с прислугой.

Ближе к обеду, когда Жиль отказали хоть в какой-нибудь, пусть самой тяжелой и черной работе, в очередном богатом доме, надежды пошатнулись, а энтузиазм значительно спал. Но сдаваться она не собиралась, лишь размышляла, что же делает не так.

Ей нужна была небольшая передышка, и потому Жиль решила навестить господина Адиса. Тот жил рядом со школой, в небольшой пристройке, со всей своей большой семьей: женой и тремя детьми - мальчиками погодками. Дети у них с женой родились довольно поздно, когда уже и надеяться перестали. Ну и злые языки не уставали судачить, что по возрасту те им годятся больше во внуки.

- Как хорошо, что ты навестила нас, - обрадовался господин Адис. - Я и сам к тебе собираюсь, да все никак не соберусь.

Все большое семейство как раз собиралось обедать, ну и конечно же, Жиль усадили вместе со всеми за стол. А когда накормили от пуза, директор вывел ее в небольшой дворик, чтобы спокойно поговорить.

- Я понимаю, как тебе сейчас тяжело, наслышан о всех тех бедах, что свалились на твою голову, - вздохнул господин Адис. - Но постарайся быть сильной, девочка моя, не сдавайся. И во что бы то ни стало окончи школу.

- Я и не планировала бросать учебу, только вот нужно мне найти работу, господин Адис. Может быть вы что посоветуете?

- Ну конечно, дитя! - как-то вдруг воодушевился он. - Слышал я недавно, что в замок на скале требуются работники. Вот туда и отправляйся, попытай счастья.

- В замок колдуна? - задумчиво переспросила Жиль, и отчего-то ей вспомнилось, как беседовала раз с самим хозяином. Замок в качестве места работы она даже в мыслях не рассматривала.

- Ну то, что хозяин замка колдун, отношения к делу не имеет, ведь так? Колдуны - тоже люди и ничто человеческое, в том числе и сострадание, им не чуждо. Уверен, что когда ты расскажешь хозяину замка о своих затруднениях, тот не откажется дать тебе какую-нибудь работу. А работники ему требуются, повторюсь.

А вот Жиль сомневалась, что ее туда возьмут. Скорее всего, даже слушать не станут и прогонят с позором. А потому, после разговора с господином Адисом, она продолжила поиски работы в долине. Только все они оказались безрезультатными.

Возвращалась домой она, когда на город уже опускались первые сумерки. А у калитки ее поджидал какой-то мужчина. Представился он служащим ратуши и протянул Жиль конверт, заверенный официальной печатью. На ее вопросы отвечать отказался, сославшись на незнание. Ну и велел прочитать письмо, якобы все она узнает из него.

Дома Жиль вскрыла конверт, и первые же строки письма заставили ее задохнуться от ужаса. Ее участок, в котором была вся ее жизнь, подлежал конфискации в пользу собственности долины из-за расположения на нем редкого и полезного источника. Жиль предлагалось выкупить источник, но за такую баснословную сумму, увидев которую, она не сдержала слез. Что же получалось - что и дома теперь у нее нет? Ведь дом стоял на той самой земле, что вскоре отойдет городу. И времени у нее тоже не было, чтобы хоть попытаться собрать монеты. Да и пытайся не пытайся, такую сумму она никогда не соберет.

Вот тогда созрело решение отправляться в замок. И тянуть Жиль не стала. Все ее личные вещи поместились в небольшой узелок. Если ей откажут в работе в замке, то остается только покинуть долину и искать счастья в другом городе. Но тут ее больше ничего не держит. Если власти города решили сделать землю всеобщим достоянием, то решения своего не отменят никогда. Нет, конечно, ей могут предложить койку в сиротском приюте. Но хочет ли этого Жиль? Нет, не хочет. Там тоска ее съест окончательно. Да и не привыкла она к чьей-либо милости, не зря же с детства упорно трудилась.

Она так волновалась, что пару раз нога соскальзывала со ступеньки, и страх перед пропастью окатывал Жиль с головы до пят. А когда добралась до верха, то какое-то время ушло на то, чтобы перевести дыхание, до такой степени она запыхалась. Ну и потом еще традиционно ждала, когда на ее стук кто-то отреагирует.

- Чего надо? - перегородил ей путь верзила.

 Ведь в прошлый раз тот впустил ее без вопросов. Так что сейчас изменилось? То что вместо торбы с ягодами за плечами она держала в руках узел с вещами?

- Мне нужно переговорить с хозяином замка по поводу работы, - немного сбивчиво ответила Жиль, все отчетливее понимая, что зря она сюда пришла.

Несмотря на уверения господина Адиса, не думала она, что в замке требуются работники. Что-то директор явно попутал. А она только зря потратила время. До ближайшего города пешком идти часа три точно. Уже вовсю смеркается. Так когда же она туда придет, если отсюда ее прогонят? Затемно, получается.

- Какой еще работы? Нет тут никакой работы для тебя!

Верзила уже собирался захлопнуть ворота перед носом Жиль, когда сзади его окрикнули:

- Кто там? - по голосу Жиль узнала Понка. Ну вот, теперь ее точно погонят с позором.

- Да вот... на работу пришла устраиваться, - гоготнул верзила.

- Кто? Да впусти ты уже, кто бы там ни был! Имей сострадание к ближнему!

Вот уж чего не ожидала Жиль от сурового и вечно хмурого карлика, так это подобной отповеди. Да еще и таким тоном, что верзила явно смутился, открывая ворота шире и впуская ее во двор замка.

- Ты? - удивился Понк, но не нахмурился к радости Жиль. - Это ты ищешь тут работу?

- Да, работа мне очень нужна, - постаралась она ответить со всем достоинством, на какое только была способна сейчас. - И мне сказали, что тут требуются работники.

- А кто тебе такое сказал? - прищурился Понк.

- Директор школы для девочек-сирот, - отчего-то смутилась Жиль.

Карлик не торопился с ответом, что-то обдумывая и потирая щетинистый подбородок. Верзила застыл рядом и казался втрое выше Понка.

- А ты чего встал как истукан?! Иди работай уже! - погнал того Понк. - И ворота замкни, - строго велел.

- А она? - кивнул верзила на Жиль.

- А она пойдет со мной, - развернулся и поковылял по дорожке к замку. Из его слов Жиль поняла, что должна следовать за ним. - Узелок оставь тут, - указал карлик на место возле двери, стоило им только переступить порог замка.

Спорить Жиль не стала, аккуратно пристроила свой скромный скарб возле двери. Ничего ценного у нее там не было, монеты покоились в потайном кармашке, в юбке. Ну а на носильные вещи ее вряд ли кто-то тут позарится.

- Что делать умеешь? - не поворачиваясь спросил Понк, в то время как они уже привычно петляли по мрачным коридорам замка.

- Готовить, убирать, писать, считать...

- Шить, вышивать? - уточнил карлик.

- В этом не сильна, - честно призналась Жиль. Рукоделие никогда не было ее сильной стороной, хоть их и обучали тому в школе. Тетя Зуи всегда ворчала, что руки у нее не оттуда растут. - С землей умею обращаться, - спохватилась Жиль.

- Ну это тебе тут точно не пригодится, - полуобернулся к ней Понк, и в голосе его прозвучало недовольство.

Ах, ну да! Как она могла забыть, что на земле тут ничего не произрастает полезного?

Вскоре они вышли в еще один холл, но гораздо меньший, нежели чет тот - у центрального входа.

- Жди тут. Доложу о тебе, - велел Понк и проворно скрылся за дверью. Жиль только и успела, что выхватить взглядом кусочек богатой отделки комнаты.

Она поняла, что предстоит ей собеседование, и разволновалась не на шутку. Что если тот, кто будет беседовать с ней, сочтет, что она слишком молода и неумела? Как она докажет, что к труду приучена с раннего детства?

Вскоре Понк снова появился. По его непроницаемому лицу ничего прочитать не получилось.

- Хозяин готов выслушать тебя, - кивнул он на дверь.

- Хозяин? - она что, будет говорить с самим колдуном?! Тут ей стало совсем дурно.

- Да, хозяин. И не заставляй ждать его понапрасну! - прикрикнул карлик, и от его окрика Жиль метнулась к двери.

Колдун выглядел сегодня несколько иначе, нежели запомнился Жиль с последней встречи. Она невольно потупила взор, заметив, что рубаха на нем расстегнута сильнее, чем позволяют нормы морали. Да и не была та заправлена в свободные домашние брюки, словно он только что и впопыхах надел ее на себя.

Мужчина сидел в расслабленной позе на обитом бордовым бархатом диване, закинув ногу на ногу. И сегодня он не выглядел грустным или излишне бледным, как в прошлый раз. Напротив, смотрел колдун на нее с легкой насмешкой во взгляде.

- Что забыла маленькая птаха в гнезде ворона? - прозвучал его немного хрипловатый низкий голос, от которого у Жиль, неизвестно почему, по телу разбежались мурашки.

И что ответить на столь странный вопрос, она тоже не знала. Только и могла, что растерянно смотреть на него, лихорадочно подбирая слова.

И тут он рассмеялся. Ну конечно! Чужие растерянность и страх могут вызывать только такую реакцию! Жиль стало так обидно и неприятно, что, видно, не получилось скрыть этого.

- Да мы умеем быть сердитыми! - подался он вперед, с интересом разглядывая ее. И снова Жиль стало стыдно за свой скромный наряд, хоть сегодня он был совсем другой, новый, и от пятен она его отчистила. - Что же ты хочешь? Зачем пришла ко мне?

- Понк ведь сказал вам, что мне нужна работа, - набралась храбрости и выпалила Жиль, смотря ему в глаза.

- Сказал. Но с чего ты взяла, что она у меня есть? Да еще и для тебя?

- Я на это скромно надеюсь.

- А по голосу твоему я этого не слышу, - усмехнулся он.

Что верно, то верно. Жиль ничего не могла с собой поделать. Отчего-то его манера говорить и то, как он рассматривал ее, выводили из себя. Она злилась все сильнее. А разве просителям позволительно так вести себя? Прогонит он ее, яснее ясного. И будет прав, как ни прискорбно это осознавать.

- Ладно, - кивнул он, так и не дождавшись от нее ответа. - Спросим-ка мы у господина Модира, есть ли в моем замке работа для маленькой птахи.

К облегчению Жиль, колдун не рассердился. На несколько секунд тот прикрыл глаза, вновь откидываясь на спинку дивана. Жиль даже показалось, что он вдруг решил немного вздремнуть. Но очень скоро он снова распахнул глаза, и на смену пугающей пустоте, которую она уже однажды видела в глазах управляющего, пришла привычная насмешка.

- Присядь, птаха, - указал он на кресло неподалеку от себя.

Спорить Жиль не стала, хоть и испытывала неловкость, двигаясь под его пристальным взглядом. Он так смотрел, словно изучал ее. Она же даже рада была опуститься на краешек кресла с идеально выпрямленной спиной.

- Расслабься, - вновь усмехнулся он. - Я не питаюсь птахами.

Ответить Жиль не успела, в комнату вошел господин Модир. Вот на нем был надет все тот же черный костюм, поверх которого был накинут такой же черный халат. Оживляли всю эту мрачность разве что позолоченные канты по вороту и манжетам рукавов.

- Модир, скажи-ка мне, есть у нас какая-нибудь работа для этой крохи? - весело кивнул колдун на нее.

А потом встал и подошел к управляющему, и теперь они оба принялись ее рассматривать.

Жиль чувствовала себя все более неуверенно, а постепенно и совсем несчастной. Для этих двоих ситуация представлялась потехой. Она же сейчас на кон поставила собственную жизнь. И минуты стремительно утекали, в то время как и на улице становилось все темнее.

- Работы в замке много, - заговорил, наконец-то, управляющий. И то уже успокаивало, что в отличие от хозяина замка, настроен он был не игриво, разве что слишком долго размышлял. - Но что ты умеешь делать, дитя? - голос его зазвучал почти ласково, и Жиль испытала прилив горячей благодарности.

Сейчас даже одно доброе слово могло ее поддержать, внушить надежду, что все еще будет хорошо. И господин Модир подарил ей это слово.

- Почти все, - уверенно ответила. - Разве что, за детьми приглядывать не приучена.

- Детей и нет в замке, - довольно резко отреагировал колдун, и Жиль поняла, что сказала что-то не то.

- Простите, - потупила она взор, ругая себя за неосмотрительность.

- Ландер, мы могли бы принять ее в помощь, - обернулся Модир к колдуну. Жиль же тайком наблюдала за ними, ведь сейчас решалась именно ее участь. - На каком участке нужна будет помощь, туда она и отправится. Это на первое время... А потом она покажет, для чего годится лучше всего, и мы решим, что с ней делать дальше.

- Ладно, Модир, как скажешь, - махнул рукой колдун и вернулся на диван, приняв почти такую же позу, как в тот момент, когда Жиль вошла. По лицу его пробежала скука. - Устрой тогда ее... где-нибудь, - велел он не глядя больше на девушку.

Подобное пренебрежение показалось ей немного обидным, но требовать к себе какого-то особого отношения она не имела права. И все же, она не сделала ничего, что могло вызвать скуку. Не думала Жиль, что в замок часто приходят с прошением о работе. Хотя, тут утверждать она не бралась. Да и устала она за сегодняшний день. Хотелось уже отдохнуть, прилечь. А еще подумать, что же такого уготовила ей судьба в дальнейшем.

- Следуй за мной, - обратился к ней управляющий, и Жиль с великим удовольствием покинула комнату со скучающим хозяином замка.

Модир вывел ее в холл и спросил, кивая на узелок:

- Это все твои вещи?

- Да.

- Не богато, - задумчиво произнес.

Еще он поинтересовался, что побудило ее искать работу в замке. И Жиль вкратце рассказала ему обо всем, что приключилось с ней за последние дни. Немного удивило, что сочувствия он не проявил, можно сказать, даже не удивился. Но тут уж воля каждого. Хотя, что может быть проще простого сострадания. Иногда даже оно способно утешить.

- Понк, - даже не позвал, а довольно тихо произнес управляющий в пустоту холла, где уже вовсю клубились сумерки, собираясь призрачными тенями в углах. И это тоже показалось Жиль странным, что такая большая комната ничем не освещена. Сразу же вспомнились все те слухи о мрачности этого места, о проклятии, лежащем на его обитателях. Ну или хозяине. Но Жиль сразу же прогнала эти мысли. Ведь отныне ей предстоит тут жить какое-то время. А если она сама себя станет накручивать, то ни к чему хорошему это не приведет.

Как ни странно, но почти сразу же из коридора вынырнул карлик и замер возле управляющего.

- Понк, устрой девушку на ночлег. И обеспечь работой, - велел Модир.

- И какую работу мне ей поручить? - немного ворчливо отозвался карлик.

- Пока она будет направляться в помощь, а потом посмотрим.

Он уже собрался уйти, как Жиль вспомнила, что не поговорила с ним о самом главном.

- Господин Модир! - окликнула она, и голос ее прозвучал слишком звонко под высокими сводами.

- Что-то еще? - повернулся тот с недовольным выражением на лице.

- Да... У меня к вам просьба... - голос ее срывался, разволновалась что-то не на шутку.

- Ну говори же! - еще нетерпеливее подначил он.

- Я заканчиваю последний класс в школе для девочек-сирот. Осталось учиться меньше трех месяцев. Не могли бы вы освобождать меня от работы в первой половине дня? - она не просто покраснела, а стала пунцовой, должно быть. Щекам было ужасно жарко. А ей стыдно, что приходилось просить, когда она даже еще не начала отрабатывать доброту хозяина замка. Но и выбора у нее не было.

- Школа, значит? - довольно спокойно отреагировал управляющий. - Но ты же понимаешь, что ту работу, которую не сделаешь с утра, тебе придется делать по вечерам?

- Понимаю, господин, - покорно склонила голову Жиль, боясь радоваться раньше времени. Ведь если он сейчас скажет «нет», то ей придется смириться.

- Понк, проследи за этим, - кивнул он карлику.

- Благодарю, - пролепетала Жиль, понимая, что он разрешил ей посещать школу, и боясь проявить радость.

- Ну пошли уже, - потянул ее карлик за руку, тогда как Жиль продолжала смотреть в черный провал коридора, в котором скрылся управляющий. - Свалилась тут на мою голову...

- Ох и ворчливый же ты! - не выдержала Жиль, и глаза Понка едва не вылезли из орбит. - Самому-то не противно? - вздернула она подбородок и гордо прошла мимо него.

Конечно, такое поведение можно отнести к глупому. Но что-то столько всего накопилось внутри Жиль, что не выдержало и вылилось на вредную голову Понка. Зато тот тоже перестал ворчать, а молча обогнал ее и покатился на своих кривеньких ножках быстрее кабриолета.

И снова они куда-то шли, петляли по коридорам замка. Потом спустились по лестнице в полуподвальный этаж, как Жиль поняла по характерному запаху. Откуда-то еще и потянуло сыростью. И потолки здесь были особенно низкими. Мрачно и страшно - вот что она испытывала. А когда Понк замер перед низкой дверью, то поняла, что именно здесь ей отныне предстоит жить.

- Твоя комната, - толкнул карлик дверь.

Скорее клетушка, с окном, наполовину уходящим в землю. Узкая койка, тумбочка, шкаф. Больше ничего в комнате не было.

- Белье принесу. Столоваться будешь вместе со всеми слугами. Сюда еду не таскай! - прикрикнул для пущей острастки. - Крыс кормить нечего. И не думай... что тебе тут всякие поблажки будут делать! - зыркнул на нее так, что глаза его аж сверкнули в лунном свете.

- А почему я должна так думать? - удивилась Жиль, и в свете одинокого факела, что карлик держал в руке, ей показалось, что тот смутился. Да быть такого не может!

- Вот и не думай, - буркнул он и даже не поковылял, а побежал от двери прочь.

Жиль же прикрыла дверь, разожгла маленький газовый рожок, достала из узелка дневник и опустилась на кровать. Только этому молчаливому другу она и могла доверить все то, что испытывала в настоящий момент.