Глава 14
…Тихие шаги. Шелест платья. Очень тёплые и мягкие руки касаются моего лица.
— Свэйн, мальчик мой, что случилось? — насмешливый взгляд пронзительно-голубых глаз. — Что случилось? Расскажи мне…
Улыбка. Яркая, добрая. Лёгкий цветочный аромат успокаивает.
— Ну иди ко мне на руки. Давай споем нашу песенку. Ты же помнишь слова?…
Толчок. Темнота. Я лечу вниз, в зияющую черноту. А прекрасное лицо женщины стремительно отдаляется от меня.
Удар. Сильный. Хлёсткий.
Снежные волны невесомо вздымаются ввысь. Хрипя и кашляя, смотрю на яркое, звёздное небо. Белоснежные хлопья оседают на лице и одежде. Их холод словно напоминает мне, что это не сон, не выдумка.
Я снова на Голубой горе.
Стоило подумать об этом, как знакомый драконий рёв поверг меня в ужас.
Привстав на локтях, тряхнула головой и со страхом наблюдала за разгорающимся сизым пламенем. Он охватывал весь левый склон. Там, белея костями, сидел дракон. Он держался остатками когтей за камень и терпеливо наблюдал за мной.
— Кто ты?
Мой вопрос остался без ответа. Он прошёл незамеченным. Или дракон просто не услышал его?
Подняться оказалось сложно. Шатаясь на дрожащих ногах, как могла, прикрывала свою наготу руками. Холода давно не чувствовалось. Он, как и всегда, бесследно исчез в первые же мгновения, но мне так хотелось защиты и уверенности.
— Кто ты?
Огонь разгорелся ярче, и дракон с рёвом оттолкнулся от горы. Сделал петлю в воздухе и с шумом и треском приземлился передо мной.
— Сэвайя, ты пришла!
— Пришла? — моя дерзость так и осталась безнаказанной. — Разве могу я появляться здесь по своему желанию?
— Ты согласилась, Сэвайя. Это очень хорошо!
— Согласилась? — мало что понимая, недоумённо оглядывалась на горе. Куда-то исчезло святилище. Теперь это просто небольшая площадка у выступа на скале. — Где святилище и тот… тот дракон?
Стоило сказать об этом, как в воздухе разлилась волна жара. Она была сухой и опаляющей. Вскрикнув, прикрыла лицо руками.
Свист и разъярённый рёв. Кошмарные звуки, сводящие с ума.
Грохот камней и очередной рёв дракона. Но другой. Более хриплый и свистящий.
Раздвинув пальцы, в страхе металась взглядом по белоснежным склонам горы: второй дракон. Тот самый! Не скелет, а тот… тот, что показывал мне все те кусочки будущего, привёдшие меня к такому итогу.
— Проклятое создание! Отродье тьмы! Что ты делаешь здесь, на этой священной земле? Как ты можешь говорить с этим ребёнком света? — дракон из плоти и крови гневно сверкал жёлтыми глазами, поглядывая на своего собрата-скелета, изредка изрыгая струи пламени. — Как посмел сюда явиться?
— Она позвала меня. Она возродила меня из пепла… И я не могу не откликнуться на её зов!
— Уйди прочь! — стена огня скрыла меня от скелета-дракона. — Она не могла этого сделать!
— Это не тебе решать, а ей, — свистящий голос вынудил меня убрать руки от лица. Я смотрела в эти оскаленные морды и не знала, кому же верить?
— Если ты пойдёшь с ним, то наш мир будет закрыт для тебя. Никто не откликнется на твой зов. Все твои вопросы останутся без ответа, — жёлтые глаза гневно расширились, их обладатель вновь одарил меня обжигающим объятием огня. — Тебе нельзя сворачивать с пути.
Прислушиваясь к дракону, я наблюдала за полыхающим сизым огнём скелета. Почему-то веры ему было больше. Он показал мне всего лишь малую часть, и это оказалось правдой. В отличие от всего того, что показывал мне другой дракон.
— В ней уже есть сомнение… — дракон-скелет поднял морду и спокойно, без опаски, подошёл ко мне ближе. — Сэвайя, мои слова о возмездии — правда. Ты — единственная надежда. Без тебя он погибнет!
— Он? Ты… ты про Дайрата?
— Да.
— Не смей! Пусть сбудется то, что должно! — второй дракон попытался остановить нашу беседу, но вдруг смертельный, сизый огонь оказался сильнее живого.
— То, что должно было быть — не сбылось! И вы не захотели это менять! Раз она смогла вернуть меня к жизни, я покажу ей всю правду. Всю ту грязь и ложь, что вы скрывали годами! Я исправлю ошибку, и вам не помешать этому!
Дракон-скелет взревел и присел, явно приглашая меня к себе на спину.
— Не бойся, Сэвайя. Я — не они. Мёртвые не врут. Им незачем делать это. Раз весь мир ополчился против жалкого скелета, то, может, Видящая поможет ему обрести покой? — вкрадчивый шёпот уже давно убедил меня. Я лишь мотала головой, с ужасом понимая, что правду я хочу узнать гораздо сильнее, чем таинственное будущее. Желание помочь было ещё сильней. — Покой, Сэвайя!
Вдруг Дайрат прав? И меня обманывали? Что, если всё это ложь? Неужели я оставлю это так? В конце концов, я не единственная, кто видит это. Есть и другие. Раз Дайрат нарушил главное правило, и я теперь запятнана, не всё ли равно, как мне пользоваться моим же даром?
Я хочу узнать, что же случилось в поместье. Хочу помочь Сире и Дайрату. Хочу принести пользу хоть кому-то! Нет, не кому-то… А людям, которые действительно нуждаются в этом!
Осторожно залезла на сложенное крыло дракона-скелета. Сесть на его позвоночник оказалось непросто.
— Летим. Я готова слушать тебя!
В воздух мы взмыли очень резко. Сизый огонь оказался тягучим и прохладным на ощупь. Звёздное небо скакнуло перед глазами. Белые точки смазались в одно сплошное пятно.
— Смотри, Сэвайя, смотри!
— Нет! Дайрат! — вскрикнув, вскочила в постели. За окном бушевала настоящая гроза. — Дайрат!
Со стоном встала на ноги, накинув шаль на плечи. Взяла со стола свечу и бегом бросилась прочь из комнаты в одном исподнем. Шлёпая босыми ногами по ступенькам, спускалась к жилым комнатам.
— Сира! Сира, ты где?
Женщина почти сразу же выбежала из своей спальни, также держа перед собой огарок.
— Сира! Где Дайрат? Где он? Он… он вернулся?
— Нет. Эдвинг отправился за ним. Всё хорошо, Сэвайя.
— Нет, Сира! Ничего хорошего…
Обогнув Сиру, бросилась к сеням.
— Куда вы! Там же настоящая буря!
Задув ненужную свечу, кинула её под ноги и со скрипом потянула на себя засов. Дверь с грохотом открылась. Резкий порыв ветра выбил дух, а ледяные струи дождя обожгли лицо. Сбросив шаль, босиком бросилась во двор к воротам.
— Стойте!
Но Сира не успела остановить меня. Это сделал Эдвинг. Мокрый и усталый, он завёл коня под уздцы, с трудом удерживая свободной рукой створку ворот под хлёсткими, сильными порывами ветра.
— Эдвинг! Ты нашёл его? Нашёл Дайрата? — сплёвывая воду и дрожа от холода, пыталась перекричать шум бури. — Нашёл?
— Нет! Госпожа, идите в дом!
Сжав зубы, откинула мокрые волосы с лица и вырвала уздцы из рук Эдвинга.
— Что вы делаете?
Забраться в седло оказалось сложно, но по силам. Конь устало встрепенулся, но послушно вышел за ворота.
— Стойте! — Эдвинг схватился за луку, пытаясь забрать поводья из моих рук.
— Если ты не отпустишь меня, он умрёт!
Нас едва не сносило сильными порывами ветра. Дождь хлестал по лицу и телу. Ощутимо и очень болезненно, будто и не водой, а толстыми, упругими нитями. Холода почти не чувствовалось, губы давно онемели, а руки — окоченели, продолжая крепко держать поводья.
— Дайрат! — перекричать бурю было невозможно. Надсадно напрягая горло, чувствовала, как от очередного крика всё внутри начинает гореть огнём. — Дайрат!
Видение было очень верным и настоящим. Я словно наблюдала за всем своими собственными глазами. Стать свидетельницей его смерти наяву мне вовсе не хотелось.
— Дайрат!
Конь подо мной встрепенулся, и я вновь зашептала ему ласковые слова, направляя его вперёд по узкой тропинке, чудом не размытой ливнем.
— Тише, тише, мой хороший… — шея коня была мокрой и немного колючей на ощупь. — Нам нужно найти его, слышишь? Я знаю, ты устал, тебе страшно… — очередной раскат грома оглушил. — Осталось чуть-чуть!
Вот мы проскакали поворот к поместью. Тропинка вела вверх, мимо небольшого поля к горному склону.
Я ясно видела шумный и бурный поток грязи. Он будто мощной лапой смел Дайрата и его коня. Но это значит, что он едет не из поместья, а оттуда. С горы. Эдвинг искал Дайрата не в том месте!
— Вперёд!
Под очередным порывом я чуть не вылетела из ставшим скользким седла. Бросив одной рукой поводья, вцепилась скрюченными пальцами в гриву коня. Прижавшись к его шее, сплёвывала воду и вглядывалась в даль.
Чернота. Трава лежала по земле. И без того низкие деревья сильнее гнуло и сгибало к корням. Шум и грохот непогоды перемежался треском дерева, громким хрустом камня и шипением бурных потоков воды.
Они стекали со склона, неся с собой грязь, сухие ветки и камни. Этот поток размывал зыбкую тропку. Ещё чуть-чуть и я не смогу проехать дальше.
— Дайрат! — срывая голос, кричала, что было сил. — Дайрат!
Конь взбрыкнул. Его копыта скользнули по мокрому камню, и я с ужасом поняла, что мы сейчас сорвёмся вниз. Ещё один толчок и затяжной прыжок. Умное животное само справилось с возникшей трудностью, пока я трусливо соображала, что же делать.
В свете молнии увидела крутой обрывистый склон горы с чахлым, почти засохшим деревом, пускающим страшные тени.
Здесь!
Дальше дорогу совсем размыло. Я слезла с коня, бушующий поток делил тропу. Перепрыгнуть его нельзя, как и обойти.
— Дайрат! Дайрат, ты где? — мой крик почти тонул в шуме воды.
— Да?!
— О, Боги! Дайрат!
Я поднесла руки к лицу, заслоняясь от дождя, и вгляделась в черноту, буквально сгущающуюся по ту сторону потока. Там, возле какой-то небольшой расщелины стоял Дайрат. Он пытался вытащить своего коня, попавшего в смертельную ловушку.
— Дайрат!
— Сэвайя? — мужчина неверяще выкрикнул моё имя и плотнее надвинул капюшон на лоб. — Что ты здесь делаешь?
— Дайрат! Бросай коня!
— Что?
— Бросай коня! — набрала побольше воздуха и закричала что есть мочи. — Бросай его! Иначе погибнешь! Тебе нужно уходить!
— Дорогу отрезало!
— Бросай его!
— Нет! Без него мне не выбраться!
Что же делать?
Дайрат махнул мне рукой и собрался возвращаться к своему коню.
— Дайрат, стой! Поток! — я ткнула пальцем в гору. — Он снесёт вас! Тебе нужно уходить!
— Опять твои Боги? — даже отсюда было видно, как широко он улыбнулся. А времени между тем почти не осталось.
— Ты умрёшь!
— Уходи, Сэвайя! Я вернусь другой дорогой! Возвращайся!
— Нет! Я без тебя не уйду!
— Сэвайя!
— Доверься мне! Прошу, Дайрат! Доверься! — я уже сорвала голос и просто хрипела. Оставалось надеяться, что мой муж не отмахнётся от этих слов.
Но нет. Он вернулся к коню.
Беззвучно плача, я бессильно заламывала руки и металась на своей стороне. Почему, почему мне нельзя перебраться туда? Конь протяжно заржал, будто предчувствуя беду. Немного утихшие ветер и дождь разыгрались пуще прежнего. Вода лилась с такой силой, что всё скрылось в мутном, холодном мареве.
— Лови! — резкий окрик моментально успокоил меня.
— Что?
— Лови!
Я замерла у самого края грязного потока, бывшего когда-то горным ручьём. Мгновения тянулись, но ничего не происходило. Что ловить? Неужели не долетело, или я проворонила?
Тяжёлый стук и моих ног с силой коснулось что-то мокрое и жёсткое.
Верёвка!
Вцепившись в неё обеими руками, потянула её к коню, начав приматывать конец к луке седла.
Стон. Протяжный. Предсмертный. Всё вокруг сотряслось с такой силой, что я испуганно прижалась к истерично ржавшему коню, бьющего копытом сырую землю.
Грохот. Мелкие брызги камня обдали нас колючей волной. Поток грязи, деревьев, валунов, щедро сдобренный дождевой водой, безудержно стремился вниз.
— Дайрат!
Верёвка резко натянулась, когда поток окончательно разрушил тропку.
— Нет!
Конь мотнул головой, когда неведомая сила начала утягивать его к краю, туда, где клубилась мокрая взвесь земли, пыли и каменной крошки. Туда, куда уносил прочь всё грязевой поток.
Я вцепилась в верёвку изо всех сил, удерживая коня.
— Назад! Давай, мой хороший. Назад!
Беспомощный цокот копыт. Хриплые вздохи. Нас всё так же утягивало вниз.
— Давай же! Назад! — хлопнула ладонью коня по крупу. — Назад!
Грохот стих, поток унёсся вниз, сметая всё на своём пути. Верёвка ослабла, и конь с хрипом отступал назад.
Я подбежала к краю, всматриваясь в темноту. Ничего не видно. Верёвка упорно ползла вверх, со скрипом обтираясь о каменный уступ.
Словно предвидя то, что должно было случиться, я схватилась за верёвку, когда та с глухим треском внезапно лопнула, перетёршись об острые камни.
Пошатнувшись, чуть не улетела вниз. Резко сев на землю, только и успела, что упереться босыми ногами в какой-то валун. Верёвка обдирала ладони в кровь, но я не выпускала её из рук.
Стиснув зубы, удерживалась из последних сил. Я не знала, что было на том конце. Надеялась, что Дайрат.
Я могла его ненавидеть. Могла презирать, бояться. Но желать ему смерти… Нет! Такого он точно не заслужил!
Крича от натуги, понимала, что просто не удержу верёвку.
— Нет!
Она просто выскользнула из моих пальцев юркой змеёй. Бросившись вслед за ней, свесилась с края и с облегчением увидела мужские руки, державшиеся за какую-то корягу.
— Дайрат…
Я помогла мужчине взобраться ко мне и, устало выдохнув, легла на мокрую, скользкую землю. Дождь всё так же лил. Жмурясь и сплёвывая воду, я лишь радостно улыбалась, позабыв о холоде, о боли в израненных руках и ногах.
Грязный и такой же мокрый, как и я, Дайрат сел рядом со мной. Он тяжело и прерывисто дышал.
— Как ты нашла меня?
— Давай вернёмся домой и поговорим там…
На меня лёг тяжёлый плащ.
— Хорошая идея.
Взбалмошная Сира носилась с чанами горячей воды, визгливо покрикивая на вялую и сонную Рохель. Эдвинг ловко помогал своей жене, пряча благодушную и спокойную улыбку в бороде, хоть его взгляд был ещё очень испуганным и взволнованным.
Я уже давно не дрожала от холода. Мне казалось, что я просто-напросто превратилась в ледышку. Даже горячая вода казалась мне ледяной.
Дайрат выглядел гораздо лучше. Он уже успел отогреться и теперь, вместо того, чтобы заботиться о себе, злобно посматривал на меня и слишком заботливо занимался моими израненными руками.
— Боги… Тоже мне…
— Мог бы просто сказать спасибо.
Дайрат сильнее помрачнел и отвёл взгляд. Эдвинг, разбирающий вещи, неловко застыл на месте, явно не зная, что же ему делать дальше.
— Господин?
— Нет! — злобный рык не испугал меня, когда я увидела в руках Эдвинга конверт. Знакомый почерк и родная, семейная сургучная печать. Письмо из дома! — Спрячь его!
— Дайрат?! — я взвилась и протянула руки к Эдвингу.
— Не сейчас, Сэвайя!
— Дайрат!
После непродолжительной и молчаливой борьбы, Эдвинг сдался и отдал письмо мне.
Развернув его дрожащими руками, торопливо пробегала взглядом по расплывшимся строкам. С каждым новым словом мне становилось всё хуже и хуже. Крик терялся в горле, слёзы заливали лицо.
Выронив письмо, беззвучно зарыдала. Дайрат бросил всё и крепко обнял меня.
— Тише…
— Почему, почему ты мне не сказал? — захлёбываясь криком, пыталась вырваться. — Почему молчал? Почему? Почему…
Воя от боли, вцепилась в Дайрата.
Этого не может быть… Я не хочу в это верить!
— Потому что ты бы тогда уехала отсюда, и я не смог бы тебя защитить. Они бы убили тебя.