Эпилог

ДВА ГОДА СПУСТЯ

Сидя под небольшим навесом, весело болтала ногами, внимательно изучая пожелтевшие страницы. Перелистывая их, вчитывалась в витиеватые записи Хоннука. Я писала гораздо проще.

Рядом что-то зашуршало и возле моих ног что-то с противным чавканьем опустилось на траву.

— Гви-и-ин! — шутливо нахмурила брови.

Дракон сухо фыркал и пытался устроиться в тени, чтобы спрятаться от яркого солнца. Но у него это плохо получалось. То и дело под палящими лучами оказывался хвост или голова.

— Тебе нужно есть, а кролики… Кролики очень вкусные. Ну, ты же знаешь. Конечно, я не умею их потрошить…

Давясь смехом, слушала привычную присказку о сожжённых в уголь кролях. Да, Гвин действительно как ребёнок. Маленький, весёлый и очень добрый.

Смерть Хоннука он даже и не понял. Ему до сих пор казалось, что тот вернётся. Ложился вечером у входа в пещеру и терпеливо ждал. Когда ему это надоедало, он начинал донимать меня вопросами:

— Хоннук вернётся?

— Нет, Гвин, не вернётся.

— Почему?

— Он… он не может.

— Я всё же подожду, вдруг ты ошиблась.

И каждый вечер моё сердце разрывалось от боли. Мне так было его жаль. Втайне от Гвина неподалёку от пещеры сделала две пустые могилки: для Хоннука и женщины, имени которой я даже не знала. Ведь кто-то должен был помнить о них.

— Так, Гвин, на чём мы остановились?

— Не помню… — дракон фыркнул. Ему, наконец, удалось улечься так, чтобы быть целиком в тени.

— Хм, — перелистнула книгу в самый конец, туда, где ещё были чистые листы. — Народ Тохо.

— Тохо?

— Тохо. Что ты о них знаешь?

Поздним вечером, когда Гвин неизвестно где гулял, а я, наевшись досыта, разглядывала ставший родным каменный свод пещеры, к нам пожаловали гости.

Совсем неожиданные.

Услышав знакомые голоса, невольно встрепенулась.

Нет, этого не может быть!

Вскочив в кровати, накинула на плечи шаль и прямо босиком бросилась на улицу. Шипя и оступаясь, бежала по холодному камню. Бежала изо всех сил.

Летний вечер встретил меня тёплым, сухим воздухом, тонким светом юной луны и всевозможными запахами. Щурясь и осматриваясь, боялась, что это всего лишь наваждение, шутка.

Но нет. У большого валуна под рассохшимся мёртвым деревом сидел довольный Гвин. Рядом с ним стояла Эрисса и что-то рассказывала ему. А возле них…

Его я узнала бы среди тысячи людей. Его образ не выходил у меня из головы. Образ того, кого до сих пор люблю всем сердцем.

— Сэвайя!

Мы кинулись друг другу навстречу. Шаль упала с плеч. В одной нательной рубахе, босиком я бежала к нему. Едва дыша, сходя с ума и не веря своим глазам.

— Дайрат!

Остановились в шаге друг от друга. Раскрасневшись от бега, с растрёпанными волосами лениво и вяло моргала, чувствуя, как холодеют руки и ноги.

Дайрат грохнулся на колени и обхватил меня руками. Прижимаясь холодной щекой к моей груди, глубоко и прерывисто дышал.

Нам нужно было столько сказать друг другу.

— Прости меня.

В горле всё пересохло, а на глаза навернулись слёзы. Я высвободилась из его рук и опустилась на колени рядом с ним. Взяв его лицо в руки, качнула головой и зажмурилась.

— Жизнь без тебя это пытка, пытка! Слышишь! — Дайрат обнимал меня, целовал моё лицо. — Позволь мне хотя бы изредка бывать здесь. Хотя бы говорить с тобой. Пусть раз в год, но позволь. Прошу тебя, Сэвайя!

— Дайрат, я… — едва не сделав ему ещё больнее, сомкнула губы, пряча рвущиеся на волю слова.

Как мне ему сказать, что просто не могу покинуть это место? Люди не готовы к такой могучей силе. Пройдут сотни лет, прежде чем мы вернёмся к той жизни, которая была до этого. Когда драконы парили в небе, а люди владели магией.

Я не могу бросить Гвина, не могу бросить дело Хоннука…

— Послушай, Сэвайя…

Мы с Дайратом обернулись на голос Эриссы. Моя сестра стояла рядом с Гвином. Видимо, разговор с драконом изрядно развеселил её.

— Почему ты не можешь научить меня чему-нибудь? Я же твоя сестра. Это несправедливо, что ты тут узнаёшь что-то новое в таком милой и обходительной компании.

Потеряв дар речи, удивлённо смотрела на Эриссу.

— В конце концов, у тебя есть муж. Как-то нехорошо, что он живёт один, без тебя.

— Эрисса, ты понимаешь, о чём просишь меня?

— Конечно. Гвин откликнулся на мою просьбу, — Эрисса с удовольствием гладила тёплую морду дракона. — А это что-нибудь да значит. Не бойся, Сэвайя. Я быстро научусь. Ведь моя семейная жизнь не задалась. Так, может, жизнь Видящей получится?

— Нет, ты не будешь Видящей. Не будет больше Видящих. И Богов больше не будет!

— Как? — Дайрат хрипло спросил меня, всё ещё прижимая меня к себе.

— Будет Создатель. И будет энергия, магия. И всё будет хорошо.

Улыбнувшись, поцеловала Дайрата. А затем ещё и ещё, наслаждаясь его теплом. Любовь! Она жива, она горит в нас. Теперь это точно она.

— Сэвайя, у нас всё было неправильно. Всё не так. Поэтому я спрошу тебя всего лишь раз, — Дайрат скользнул губами по моей щеке, ловя моё разгорячённое дыхание. — Сэвайя, ты станешь моей женой?

Резко выдохнув, замерла.

— Да. Стану. Я люблю тебя, Дайрат!

Конец