-38-

Рано утром Ростислав встает по будильнику и, целуя меня в щеку, уходит на работу. Меня мутит, поэтому я снова засыпаю и просыпаюсь через пару часов. Я счастлива, что у нас теперь есть работница – милейшая Полина Сергеевна. Она приготовила на завтрак блинчики, накормила моего любимого и оставила тесто для меня. Теперь я сижу и с пылу с жару поедаю блины. Обожаю, когда кто-то кормит меня завтраком. Под возмущенные причитания домработницы, помогаю ей убрать со стола и помыть посуду. Возвращаюсь к себе в спальню и звоню Тиму. Он не ответил, но через пару перезвонил сам. – Алло, – говорю в трубку. – Короткова, чего тебе? – спрашивает не слишком любезно. – У меня для тебя важная информация. – Говори. – Маша в больнице, – делаю паузу, чтобы он мог осмыслить мои слова, – она потеряла ребенка. – И что? – уточняет равнодушно. – Как это, что? Не хочешь ее увидеть? Поддержать? – Я в Питере. Как будто не знаешь, да? – усмехается. – Ты мог бы приехать. – Не мог бы. Все, пока! Больше мне не звони по поводу мелкой. Мне пахан запретил к ней приближаться. А если захочешь потрахаться – всегда рад слышать. – Да пошел ты, придурок! – успеваю крикнуть в трубку, прежде чем он отключается. Спасибо, Маша! Ради тебя мне приходится выслушивать вот ЭТО. Какой негодяй, просто зла на него не хватает. Я сообщила ему о том, что его ребенка больше нет, а он о потрахушках думает! Спустя час, ко мне заходит Полина Сергеевна и сообщает, что Маша вернулась домой. – Как это? – удивляюсь и пугаюсь одновременно. – Ее что, выписали? – Не знаю, Ксения Александровна, – разводит руками женщина. – Сказать ей, чтобы к Вам зашла? – Нет, не надо. Я сама спущусь. Спускаюсь вниз и вижу Машу с Владом. – Маша, ты что, сбежала? – спрашиваю возмущенно. – Привет, Влад. – Не сбежала, а ушла, – закатывает глаза. – Сил моих больше нет там валяться. – А как же курс лечения? – Какое лечение? Они моего ребенка угробили! Меня не надо ни от чего лечить, – садится на белый диван вместе с ногами в уличной обуви. – А это кто? – кивает на нашу домработницу. – Это наша новая помощница – Полина Сергеевна. – Ааа, папа, наконец, прислугу нанял. Меня коробит ее презрительная усмешка и слово, которым она одарила милейшую женщину, и я передергиваю плечами. – Ладно, я поеду, Маш? – спрашивает Влад. – Валяй. Завтра как договорились – идем в «Зигзаг». – Маш, какой «Зигзаг»? Ты только после операции, – напоминаю я. – Вот только не надо меня учить! Я себя прекрасно чувствую. И хочу развлечься. – Дело твое, – скрещиваю руки на груди и отворачиваюсь от нее. Спорить с ней бесполезно. Все равно пойдет, если решила. Так пусть хотя бы Влад за ней присмотрит. Когда парень покидает гостиную, Маша вежливо просит Полину Сергеевну принести ей чай. – Давно прошу папу нанять постоянную прислугу, а он все отнекивался. А как только ты стала здесь жить – мигом привел. Внимание: вопрос! Кого папа любит больше? – Он любит нас обеих, – отвечаю мирно. – Ну да, конечно, – грустно усмехается. – Ты звонила Тимуру? – Звонила. Велел больше не беспокоить его. – Ты сказала по поводу ребенка? И как он отреагировал? – Он не расстроился – это все, что я могу тебе сказать. Разговор вышел коротким. Его фазер запретил к тебе подходить, так что не жди, что он вернется. Налаживай свою личную жизнь. Тем более за парнем далеко ходить не надо, – многозначительно смотрю в ту сторону, куда ушел Влад. – Ты про Влада что ли? – хихикает. – Думаешь, стоит замутить с ним? – Это тебе решать. – Кстати, – говорит Маша, следя за тем, как Полина Сергеевна подает чай, – вы на какое число отложили свадьбу? – На начало марта. – Пойдешь под венец с пузиком, – веселится. Что-то странное с ней происходит. Она как будто пьяна или под запрещенкой. Подхожу к ней ближе, чтобы учуять запах. – Я выберу платье, которое скроет все… гм… детали, – отвечаю. – Детали твоего позора? – невинно интересуется. – Слушай, какая ж ты язва, Маш! Ну точно, спиртным от нее несет! И где только успела наклюкаться? – Я тоже хочу свадьбу, – говорит капризно. – Выходи за Вострикова. Папа будет не против. – Он племянник моего деда. – Не родной, – напоминаю. – Ну все равно, как-то стремно. Да и не люблю я его, – вздыхает и прикрывает глаза. Надо уложить ее спать. – Влад заслуживает твоей любви, больше чем Тимур, – говорю я. – Не говори мне про этого козла! Слышать больше про него не хочу. Заделал мне ребенка и свалил. Скот! – Полностью с тобой солидарна. – Мне папа его понравился, – огорошивает Маша. – Может, с ним замутить? – Что-о?! – Полковник. Скажи, что он секси? Властный такой… Мм, – закусывает губу. – Во-первых, Игорь Сергеевич женат, во-вторых, с каких пор тебя интересуют мужчины постарше? – С тех самых, как я познакомилась с полковником. – Даже не думай, – качаю головой. – Почему? – веселится Маша, – представь, как Тим будет беситься? – Представь, как это понравится Виктории Игнатьевне – его жене? – Вика – стерва. Но перед полковником на цыпочках ходит. – Я это заметила. Маш, но ты же это не всерьез, а? – Почему? Я реально позвоню полковнику и назначу ему встречу. Когда у меня это… кровь перестанет идти. – Папа тебя прибьет. – Папа пусть за собой смотрит, – фыркает. – Я не лезу к вам, вы не лезете ко мне. – Тогда не рассказывай мне о своих делах! Делай это молча. Я больше не хочу иметь от Ростислава секреты и ссориться с ним из-за тебя. – Ладно. Ну а ты, как себя чувствуешь? – наконец соизволит узнать. – У меня угроза отслойки, лежу целыми днями в постели, – отвечаю мрачно. – Понятно. Выздоравливай. Спасибо за чай, Полина Сергеевна, и добро пожаловать, – кричит в сторону кухни и уходит. Качаю головой и закатываю глаза. Одна ее идея хуже предыдущей. Маша собирается соблазнить полковника! Это просто уму непостижимо. Какая же она чокнутая! Чую, что она еще потреплет нам с Тепляковым нервы.