Глава 16

Ноа

Как же сильно он меня испугал!

Думала, умру от сердечного приступа. Проснуться от того, что рядом лежит и смотрит на тебя палач… Мягко говоря, это очень волнительно. Пусть он и ранен. Пусть и всего пару часов назад я сама думала, что возможно он не такой уж и ужасный.

А теперь я не смогла ему отказать, потому что боялась это сделать и потому что мне правда стало очень жаль его. И вот, он лежит вот тут. И смотрит. И может просто капельку подвинуться и…

— Я не трону, — прозвучал его напряжённый тихой голос. Какой-то… уставший. И обречённый.

Я зажмурилась, свернувшись на своём коврике. И задумалась так, а зачем ему тут лежать? С такими жуткими ранами на кровати точно удобнее.

Кроме того, как я поняла, на ней какой-то особенный самоочищающийся матрас. Ткань такая. Что не нужно стирать. И его кровь бы там впиталась без следа. Совершенно не понятно было, зачем он пришёл сюда. И мне в голову приходила только одна мысль, зачем можно было это сделать — просто побыть со мной. Рядом.

Других вариантов просто не было. Особенно глядя на то, как он себя вёл и что говорил. Пусть и не был слишком разговорчивым. Но зачем-то он хотел лежать именно рядом со мной. И даже терпеть ради этого неудобства…

Правда, я совсем не могла придумать, зачем ему это может понадобиться. Поэтому старалась лежать смирно и не привлекать лишнее внимание. А он так громко дышал тем временем…

И иногда его дыхание прерывалось, будто бы он старался задержать его, чтобы перетерпеть боль…

Признаться, мне на самом деле очень жаль было, что ему так больно.

Несмотря на огромный страх перед ним, я не желала ему мук. Наверное, стоило бы. Он же палач. Он убивал. Он заслужил, наверное, эту боль… Но всё во мне противилось этим мыслям. Я не могла с ними соглашаться, хотя вроде бы они звучали довольно рационально.

Более того, видеть, как он мучается, было почти невыносимо.

Я вообще по жизни довольно эмпатичный человек. Но почему-то с ним моя эмпатия выкручивалась на максимум. Я едва ли не сама ощущала боль от этих ран. И поэтому не смогла ни уйти от него подальше, ни ответить отказом на его вопрос.

Да, я не понимала, зачем ему вообще женщина, если он её не трогает (и идея, что просто откладывает «на потом» казалась на данный момент совсем уж бредовой). Не понимала, почему ему хочется быть рядом. Но внутри что-то подсказывало, что не стоит в этом разбираться сейчас. Надо дать ему время прийти в себя… И даже если после этого он превратится в жестокого монстра по отношению ко мне, мне всё равно никак на это не повлиять.

Так что я просто лежала, прислушиваясь к его дыханию, и тоже старалась дышать ровно, чтобы не привлекать его внимания. Но забыть о том, что он так близко не выходило, и это волновало.

Совсем рядом со мной лежал огромный, жуткий рай-ши — инопланетянин, пусть и очень похожий на человека. Да к тому же ещё и с такой жуткой должностью тут. От этих мыслей так просто не откреститься. Однако каким-то чудом я всё же заснула.

Прямо так, рядом с ним. С расстоянием между нами чуть меньше метра, может. И мне самой не верилось, что я смогла расслабиться в таком положении, но это случилось. Больше того — я не просто уснула, мне снова снился красочный сон…

Я опять была у того самого водопада, который уже был мне знаком по прошлому сну. И здесь снова был мой палач… И снова он не пробуждал во мне никакого страха.

Странным было то, что сегодня на нём было куда больше шрамов — то есть с последнего сна добавились дополнительные, словно то, что происходило в реальности, влияло и на сон. Кроме того, хвоста у него тут тоже не было видно под мокрой набедренной повязкой. Из различий — здесь ему явно не было больно. Потому что он стоял, распрямив спину, и смотрел прямо на меня.

И я стояла под струями водопада, в вымокшем насквозь платье, и тоже смотрела ему в глаза. Не пыталась убежать, хотя вокруг была уже не каюта, а лес и скалы — затеряться было где. Не пыталась сжаться или отступить, когда он шагнул ко мне, всё так же не сводя своего взгляда. И лишь запрокинула голову наверх, когда он оказался совсем близко, чтобы смотреть в его глаза.

Здесь они не казались мне жестокими. Они были… другими.

Он так смотрел на меня, что дыхание замирало. И иррационально хотелось ещё и ещё, чтобы он продолжал так смотреть. И не отводил глаз.

Словно понимая это моё беззвучное желание, палач огляделся вокруг и сел на ближайший крупный валун так, что мы оказались примерно на одном уровне по росту.

Теперь мне не нужно было запрокидывать голову, чтобы видеть его глаза. Это было гораздо удобнее. Но что было всё ещё странно — что мы оба молчали.

Я не знала, что нужно говорить. Он — вероятно, тоже не считал нужным начинать первым. Но пожирал моё тело взглядом. Я — тоже рассматривала его. Его бугрящиеся мышцы, так хорошо видные, ведь он не был одет сверху. Мускулистые сильные ноги, чуть расставленные, поэтому я не решалась взглянуть хоть немного выше колен или ниже рёбер. И даже ненадолго опустила голову, прикрыв глаза. Чтобы в следующий момент услышать его разочарованный вздох.

Не знаю, почему это на меня так подействовало, но тут мне совсем не хотелось его разочаровывать. Поэтому я снова подняла голову и сделала пару шагов поближе к нему, оказываясь на расстоянии вытянутой руки. Моей. То есть довольно близко.

Его шрамы сейчас были расслаблены, и поэтому его лицо казалось куда спокойнее чем обычно. Оно не выглядело жутким и злым, как в реальности. А его глаза… Они просто сияли. Я наверное и не видела прежде таких красивых, светящихся изнутри теплом глаз…

Тут я заметила, что один из его свежих шрамов кровит. И как-то машинально потянула руку и стёрла эту капельку.

В тот же миг его большая ладонь накрыла мою маленькую, прижимая к его торсу.

Моё дыхание сбилось. Это было… странно и волнующе. Но приятно. Почему-то.

Касаться его…

Вопреки доводам разума и адекватности вместо того, чтобы руку вырвать из его лапищи и отбежать, я нежно провела пальчиками по его мышцам, покрытым рытвинами шрамов и ожогов. Палач вздрогнул, и его глаза вспыхнули новой порцией света.

А я продолжила ласково гладить его грудь, нежно касаясь каждого зажившего шрама, словно жалея. И он стал дышать быстрее и тяжелее.

Это было… невероятно. Будто бы в каком-то фильме просто. Потому что никогда в реальности я не ощущала столько трепета, сколько сейчас. И я не боялась его ни капли. Мне нравилось то, что я делаю. Мне было по-хорошему жаль его. И хотелось сделать хоть что-то, чтобы ему было… приятно…

Необъяснимое желание к своему хозяину. К тому, кто, по сути, держит в плену. Но почему-то я не ощущала себя сейчас пленницей. Всё выглядело так, будто бы это он зависит от каждого моего жеста…

Особенно горячо мне стало, когда он поймал снова мою ручку своей и… Нет, не сжал, не дёрнул, не потянул на себя. А наклонился к моей мокрой от воды ладошке и… нежно коснулся её губами. Самых пальчиков. Так осторожно, будто бы этот поцелуй мог бы нанести мне вред, поэтому он сделал всё максимально аккуратно.

И дрожь прошлась по моему телу, когда он после этого вскинул на меня свои невозможные синие глаза. Будто бы отслеживал реакцию. Будто боялся, что я рассержусь или испугаюсь.

Но я не боялась. Мне было… хорошо.

Настолько, что это тепло от места его прикосновения, пробежало по телу волной, вызывая вполне однозначное, но такое нетипичное для меня желание…

Широко распахнув глаза от неожиданности, я сжала его пальцы и… Проснулась.

Первые пару секунд просто смотрела перед собой в потолок, прежде чем осознала, что ощущение прикосновения вполне реально. И медленно, словно от этого зависела моя жизнь, я перевела взгляд чуть вбок, натыкаясь на наши руки.

Палач лежал на том же расстоянии, что и вчера. Но одна его рука была протянута в мою сторону, и в ней — в его огромной, с грубой кожей ладони лежала моя — такая крошечная по сравнению, и его пальцы осторожно обнимали мои. В то время, пока моя рука, кажется, была до этого момента совсем не против…

Я застыла, глядя на это зрелище как на нечто невозможное.

Мы держались за руки всю ночь? Мы спали вот так? А кто из нас стал инициатором? И можно ли незаметно забрать у него свою руку?

Но тут глаза палача тоже распахнулись. И он тоже воззрился первым делом на наши руки. И тоже смотрел на них, будто бы на что-то совершенно невероятное. После чего медленно перевёл взгляд на меня. И в его глазах я увидела что-то, похожее на… Страх?