Эпилог

Я медленно обернулась, чтобы понять, кто из парней заставил подругу встать в стойку охотницы.

По коридору шел Саша. Я узнала его сразу, пусть и одет он был в джинсы и растянутый свитер. Увидев меня, он улыбнулся и прибавил шаг.

– Не подскажете, где тут у вас в студенты принимают? – спросил он, перекладывая дубленку с одной руки в другу.

Я завороженно смотрела на него, не в силах произнести ни слова. В моих ушах грохотало сердце. Я ущипнула себя, чтобы понять, что вижу княжича наяву.

– Поздно пришли. Минимум на полгода опоздали, – Лена дернула плечом, недовольная тем, что незнакомец смотрит только на меня.

– Учиться никогда не поздно, – ответил Александр, так и не взглянув на Лену.

– А вы на какой факультет поступать хотите? – она не оставляла попыток привлечь к себе внимание.

– На тот, где учат понимать и слушать людей, – он сделал шаг в мою сторону. Я шагнула почти одновременно с ним. Нас разделяли сантиметры, но мы не могли и не хотели разрывать зрительный контакт. Мне пришлось задрать голову, а Александр, наоборот, опустил ее. Мы пожирали друг друга глазами.

– Тогда вам на психологию, – подруга тяжело вздохнула и, сообразив, наконец, что мы давно знакомы, ретировалась.

– Ты пришел, чтобы вернуть мне голос? – спросила я, глядя в глаза цвета льда.

– Я пришел, чтобы вернуть тебя, – его взгляд лучились теплом.

– А как же Снежка? – прошептала я.

– Она замужем. Король нашел ей другого жениха, когда я рассказал ему нашу историю.

– У нас есть история? – не хватало воздуха, и я осторожно вдохнула, словно боялась, что более глубокий и шумный вдох помешает услышать ответ Александра. Очень важный ответ. Все меняющий.

– Да, – кивнул он, скользя взглядом по моему лицу. – Тот поцелуй на балу все изменил. Помнишь, я прикоснулся губами к губам, чтобы сделать твой голос неузнаваемым? Тогда я почувствовал, что мне никто не нужен, кроме тебя. Ты та, с которой я хочу вместе просыпаться, от кого хочу детей, с кем пойду рука об руку по жизни. Я не смог заставить себя поцеловать Белоснежку, потому что знал: мой поцелуй любви не для нее. Он только для тебя.

– Почему ты не сказал?

– Я думал, у нас есть время.

– Я хотела поговорить с тобой еще в карете, когда мы везли Белоснежку домой. Мне так много надо было сказать, но я не решилась. Я не хотела с тобой прощаться.

- И я не хотел…

- Последнее, что я видела, как ты прошел мимо меня, поднимаясь к Снежке, которая согласилась быть твоей невестой. Я потянулась к твоей руке и позвала, но ты не почувствовал и не услышал. Я решила, что память обо мне ушла вместе со мной, – прошептала я, чувствуя, как по щеке ползет слеза.

Мы обнялись порывисто. Вцепились друг в друга так, словно кругом были враги, и единственное место, где безопасно – это наши объятия.

– Как же я скучала по тебе, – выдохнула я, согреваясь в руках Саши. – Я только здесь, дома, поняла, что не хочу никого, кроме тебя.

– А я не люблю никого, кроме тебя.

Наш поцелуй любви был долог и нежен.

Студенты оглядывались на нас, шептались, но нам было все равно. Мы упивались близостью.

Ко мне домой ехали на машине, которая поджидала Александра у ворот университета.

– Ого, ты уже освоился? – спросила я, глядя на водителя. Мы заняли заднее сиденье, и Саша не выпускал мою руку из своей.

– Я готовился к встрече с тобой. Елисей открыл для меня вход в вашу библиотеку. Я читал книги и смотрел фильмы об истории и искусстве.

– Когда успел?

– Ты удивишься, как много можно успеть, применяя магию. Я научу тебя.

– Вряд ли. На Земле нет магии. Я простая девчонка.

– С тех пор, как я нашел тебя в лесу, ты совсем не простая.

Я повернулась к нему всем телом. Я волшебница?

– Что ты этим хочешь сказать?

– Дай вторую руку. – Я протянула. Саша сложил мои пальцы в сложную фигуру. – А теперь дунь на безымянный палец.

– Какой из двух? – я улыбалась, понимая, что меня развлекают фокусами.

– Любой. На счет три. Готова? – Я кивнула. – Три!

Я рассмеялась, но когда расцепила руки, на левой руке обнаружила кольцо. Тонкое, нежное, изящное. С прозрачным сияющим камешком.

– Красивое, – я зарделась от удовольствия.

– Это оберег. Никогда не снимай его. Если тебе будет плохо или страшно, просто беги к любому зеркалу. – На мой удивленный взгляд, Александр пояснил: – К любому зеркалу. Елисей перекинет тебя ко мне.

– А куда мы едем? – я вспомнила, что не называла своего адреса.

– Познакомиться с твоими родителями. Сегодня суббота и они дома.

– Откуда ты знаешь? – я насторожилась. Все еще не верила, что происходящее со мной – реальность. Допускала, что по мне опять плачет Кащенко.

– Елисей просветил. Он знает наперечет все зеркала, в которых ты отражаешься. Даже то маленькое, что лежит в твоей сумке.

– Он следил за мной?

– Оберегал. Больше не будет. У тебя теперь есть свой оберег, – Саша поцеловал палец, на котором сидело подаренное кольцо.

Родителям я сказала, что Александр Морозов живет в Норвегии, поэтому будет у нас наездами. Да, солгала. Назови я им Велеросию, и они кинулись бы к интернету, чтобы найти страну, о существовании которой не подозревали.

– Сколько вы уже знакомы? – спросил папа, уворачиваясь от удара локтем натянуто улыбающейся мамы. Они сидели за столом напротив нас.

– Месяц? – я посмотрела на Александра.

– Год и месяц, – поправил меня он. Да, в наших мирах время течет по–разному.

– Не слишком ли короткий срок, чтобы хорошо узнать друг друга? – папа переживал за мое будущее. Маме Александр сразу понравился, и она была на моей стороне.

– У нас вся жизнь впереди, еще успеем притереться, – я улыбнулась Саше.

– А свадьба? – взвилась мама, решив, что мы будем притираться без брака.

– Только после окончания Анной университета, – поставил свои условия папа.

– Мы согласны, – ответил за нас обоих Алекс, понимая, что моим родителям это важно.

Мы сейчас были на все согласны, лишь бы нас не пытались разлучить.

Я чудом не завалила сессию, пропадая день и ночь в снятом Александром доме. Я обратила внимание, что он, привыкнув к комфорту и не желая осваивать технику, просто нанял людей, которые готовили, убирали и стирали.

– Сколько дней у тебя будут каникулы? – спросил Саша однажды за завтраком.

Ночи мы проводили в одной постели, не страдая предрассудками. Я была счастлива и не скрывала этого от родителей. Папа скрипел зубами, считая, что я должна жить до свадьбы дома, мама была более современной. «Он просто ревнует. Не ожидал, что его девочка уже выросла».

– Хочешь посмотреть город? Давай сходим в музей… – оживилась я.

– Нет. Хочу познакомить тебя со своей мамой. Она ждет, – его вилка зависла над тарелкой. Александр ждал моей реакции.

Я перестала есть.

– Это обязательно? – спросила я шепотом.

– Мои родители должны дать благословение на наш союз. Без него мы не можем считаться женихом и невестой, – его глаза улыбались.

– А они дадут согласие? – у меня заболел живот, когда я представила встречу с будущей свекровью. Бабка Нюра излишне красочно нарисовала портрет княгини. Не пожалела красного и черного цвета.

– Мы просто соблюдем формальность, – Саша пожал плечами. – Все уже оговорено.

– За пять дней управимся? – осторожно спросила я.

– Пять ваших дней – это чуть ли не полгода у нас. Управимся, – уверенно ответил Александр и вернулся к яичнице. – Дыши, Аня, все будет хорошо. Даю слово. У нашей сказки счастливый конец.

Конечно же, я чуть ли не в первый день поинтересовалась, поймали Урсулу или нет.

– Ее не нашли, – Саша оторвал взгляд от телефона, который активно осваивал. – Урсула или сгинула, или поменяла имя. Судя по тому, что она не явилась в Велеросию через девять месяцев, забеременеть ей так и не удалось.

– А если бы она все–таки заявилась с ребеночком? – я помнила, что мачеха Белоснежки готова была пойти на подлог, лишь бы присосаться к кошельку богатого княжича.

– Мы тоже не лыком шиты, – Александр употребил русскую поговорку, что лишний раз доказывало, как основательно он готовился к нашему миру. – В нашей сокровищнице есть разные амулеты. Родовой сразу бы указал, Морозовских кровей дитя или нет.

– Значит, за смерть матери Белоснежки никто так и не ответил? – это удручало меня больше всего. Хотелось возмездия для преступников.

– Пока не ответил. Король не успокоится. В нем горит огонь отмщения.

– А как генерал? Оправился после предательства Урсулы? Я видела, в каком он был состоянии. Едва не потерял дочь, сбежала жена, еще такое серьезное ранение.

– Король развел его с Урсулой. Оба вдовца теперь живут во дворце. Их называют Великими хромыми. Оба старика славны своим прошлым и умением танцевать на протезах.

– У короля тоже протез?

– Да. А ты не знала?

– А слуги? Тетушка Ида, Ланца с сыном? – я переживала за них тоже.

– Ты еще с ними встретишься. Я забрал их в Беллор. Они поддерживают замок в мое отсутствие. Я там нечасто появляюсь, но продавать пока не собираюсь. Вдруг тебе захочется туда наезжать?

– А что с Шарлем? Он тоже сгинул?

– С ним все печально. Его замерзшее тело нашли в реке золотоискатели. Теперь ходят в рукотворный храм посидеть и пожаловаться на жизнь спящему красавцу.

– Надеюсь, его никто не разбудит поцелуем любви, – меня передернуло, когда я представила Шарля, лежащего в толще льда.

– Даже если разбудят, мы хотя бы выясним, куда делась Урсула. Наверняка он знает.

– Я тоже думаю, его гибель – ее рук дело, – здесь как раз я не сомневалась. – Она заметала следы.

– Вполне возможно. Урсула не из тех, кто захочет делиться награбленным. Она затаилась, но однажды всплывут драгоценности леди Ингрид – мамы Белоснежки. Урсула не утерпит, чтобы не продать их.

– А вы не пытались найти ее через зеркала? У нее было почти такое же, как у тебя, – эта идея показалась мне здравой. Правда, я плохо разбиралась в принципе работы зеркал.

– В ее зеркале нет духа. А такое отыскать непросто. Оно молчит. Достаточно завесить его тряпкой, чтобы зеркало стало незримо. Но однажды…

– Однажды Урсула откроет его, – продолжила за Сашей я.

– И тогда Елисей ее найдет. Он в полной боевой готовности. Если он отыскал тебя в чужом мире, то в нашем в два счета справится. Урсуле не уйти.

Я с волнением ехала на последний экзамен. Не потому, что сомневалась в своих знаниях. Конец сессии означал начало каникул. На завтра был назначен «визит» в Велеросию. Зеркала для перемещения уже были настроены. Елисей подкручивал ус, готовясь принять хозяина и его невесту. Новый мир, новая страна, чужие уклады и… свекровь. Я откровенно трусила перед встречей с ней.

– Не бойся. Я с тобой, – утешил меня Саша, целуя перед экзаменом.

Сейчас все экзамены казались мне плевым делом. Впереди ждал самый трудный, но и самый счастливый. Жизнь.

Конец