Глава 16. Зиночка и безысходность

Мне снится, что из-под резной дубовой двери в полумрак коридора проникает золотая полоска света. Почти ласково касаюсь теплого дерева и слышу голоса. Я легко их узнаю.

— Ричард, что происходит? — тяжелые шаги Декстера.

— Все в штатном режиме. Аукцион идет. Вельмонта я лично допрошу завтра. Торнтона ловят лучшие маги страны, — ровный голос и звон льда о хрусталь.

— Это ты называешь в штатном режиме? Я про девушку, Рич. Она подходит под определение чрезвычайное происшествие, а не штатный режим. Откуда ты ее вытащил?

— Из другого мира. Ребята, которые ищут свет, прислали запрос. Сказали, очень ярко и сил перенести в наш мир не хватает. Пришлось самому. Потом с ума сошла арка, а следом и магия совмещения.

— Арка? Она никогда не сбоила. Может, сила источника иссякает? — звенят бутылки.

— Нет, уровень магии на прежнем уровне. Вот только арка пропускала Веру двадцать минут вместо двух. Нимирь испугалась и вызвала меня. Мы думали, что Вера так и замрет в переходе. Пока разбирался, она вывалилась на меня слегка изменившейся. Арка еще никому не меняла внешний вид, просто отделяла сталь от света. Сам знаешь эти погрешности.

— Понятно. А что произошло в гостиной? На моей памяти, Ричард, ты впервые вступился за женщину. Уверен, что она не твой Свет? — бьет в мое сердце Декстер.

Вдыхаю и забываю о выдохе. Жду ответа с чувством незнакомого волнения, щекочущего спину вниз по позвоночнику. В груди что-то сжимается и сердце замирает, оставляя мне в ответ лишь полную тишину.

Её спустя вечность нарушает архимаг.

— Нет. Другая женщина мне не нужна. Катрин…

— Узнав, что твой отец хочет вас поженить, сиганула в пропасть. Предпочла умереть, лишь бы не быть с тобой.

Судя по звуку, Декстер с силой бахнул бокалом по столу.

— Она жива. Одна туфля у края обрыва и никаких следов тела. Катин сбежала, и я её найду. Узнаю причину и все исправлю.

— Ты ищешь её уже сотню лет. Рич, может, хватит охотиться на призраков? Эта Вера — яркая. Объедини свою магию и её свет. Вас даже совмещение толкает друг к другу. Я понимаю, старая подруга, выросли вместе, но мы не знаем точно ли Катрин была светом и жива ли она. Вы были слишком юными. Сколько можно страдать?

— Сколько потребуется, — отрезает архимаг. — А про Веру мы до сих пор ничего не знаем. Кто она? Откуда? Мне нужно время, чтобы все выяснить. Магистры уже шерстят архивы. Её выбрал кристальный дракон, ты понимаешь, что это значит, Декс?

— Что она может принадлежать к роду Шайн Флай. Но каким боком?

— Именно это мне и предстоит выяснить. Если она Шайн Флай, это все изменит. Она сможет помочь, — в голосе Ричарда столько надежды и столько боли, что я невольно закусываю губу.

Хочется распахнуть дверь, войти в комнату и обнять его.

Впервые в жизни мне до боли во всем теле хочется кого-то утешить и этот кто-то несносный архимаг. Неужели нежный свет так меняет меня? Не успеваю переварить, как слышу болезненное:

— Женись на ней, Рич. Это многое решит, — не может угомониться Декстер.

— Ты что-то видел?

— Я не могу сказать. Ты сам должен принять решение.

Меня тянет заклеить ему рот скотчем или заткнуть первым, что попадется под руку. Но ответ архимага выбивает из колеи, ломает всю систему нового мира, которую я с таким трудом уложила в своей голове:

— Я не хочу её использовать

Снова тишина. Слышу как устало выдыхает один из собеседников. Не хочешь меня использовать? А остальных, значит, можно. Объяснитесь, архимаг.

— Использовать? Вас выбрала магия.

— Магия слишком объективна и хладнокровна, а на моих руках кровь. Если Вера из рода Шайн Флай, если она узнает… Плюс, быть нелюбимой женой, средством для получения наследников — тяжелая участь. Есть мои чувства, а есть магия совмещения. Я никогда так с ней не поступлю. Она просто должна остаться, потому что это её мир. Её дом.

Я слышу в этих словах что-то совершенно противоположное. Как будто мне только что признались в любви, стянули грудь, взяли в руки сердце и согрели. Коснулись его губами со всей нежностью, а потом вложили обратно и зашили грудную клетку по живому. Тепло и боль.

— Допустим, — выдыхает Декстер, который, кажется, понимает все не хуже меня. — Как ты убедишь Веру принять наш мир? Позволишь ей уйти с аукциона без брака?

— Никак. Просто скажу правду. Её Нежный свет пробудился и пустил здесь корни в ту секунду, когда расцвел лабиринт. Если она войдет в портал, то погибнет. Голодный мир впился в неё, проник внутрь, оплел все тело и душу. Он уже не выпустит. Вырвав нити магии из тела портал убьет её. Переход уже невозможен. Слишком поздно. А брак и аукцион? Возможно. магия совмещения притянет еще кого-нибудь…

— Ей подойдет только маг. Сильный маг.

Боль пронзает ступню на правой ноге, и я с криком отрываю глаза. Сажусь на постели, скидываю одеяло на пол и ору во все горло:

— Аааа! Крыса!!

— Сама ты крыса! — орет в ответ уже знакомый скрипучий голос. — Я Зиночка! Ласка! Почетный магический хранитель рода в двадцатом поколении!

Когда взгляд фокусируется, понимаю, что ошиблась. По мне прыгает мелкая зверюшка с тощим тельцем и пушистым хвостом, чем-то похожая на хорька. С трудом продираюсь сквозь память к учебникам по биологии. Точно. Ласка. Один из самых мелких хищников.

— Я что не понравилась замку?

Почему еще ко мне мог явиться хранитель рода Декса? Сейчас меня с треском выгонят, еще и мозоли на мизинцах пообгрызают. Пилинг лаской заказывали? Пять минут и ты без пальцев.

— Понравилась. Он вообще в восторге, старикан голодный. Даже подслушивать тебе разрешил, — фыркает и переползает ко мне на колени. — Я хранитель твоего рода, а не Декстера Шайн Блинд.

— Отлично. Может, хоть ты мне объяснишь, к какому роду я принадлежу и что вообще за ерунда здесь происходит? И что, черт возьми, значит разрешил подслушивать?

— Ты Шайн Флайн. Верриона Шайн Флай, рожденная в замке кристальных драконов за четыре года до Чумы, — ласка привстала на задние лапки и повела розовым носиком, обнюхивая меня. — Да, это точно ты. Чувствую родовой запах и никакого безумия. Ты хорошо сохранилась в другом мире. Отдельный респект за жаргон в твоей голове. Я тащусь от новых словечек. А подслушала ты разговор видящего и архимага. Не думаешь же, что все приснилось?

— А?

Впервые за много лет Вера Иванова потеряла дар речи. Предлагаю отметить этот день в календаре красным крестиком, а потом вырвать листок и никогда никому об этом не рассказывать. Так и быть, обойдусь без национального праздника“ Молчание Веры”.

О своем новом имени я даже думать боюсь…

* * *

— Так. Давай обобщим. Ты — магическое животное. Защитник моего рода, о котором я ни черта не знаю, кроме того что ему принадлежал замок, в котором проходит аукцион, и нам покровительствуют кристальные драконы. Зато ты знаешь все, что знаю я. В том числе словечки из моего мира. Почувствовала мое появление здесь и нашла благодаря инстинкту. Это ты обзывала архимага “гнилым убийцей” и ты его ненавидишь. Считаешь, что мы должны сбежать. Так?

Дожила. Я разговариваю с животным, хуже всего то, что оно мне отвечает. Зиночка сидит на прикроватной тумбочке и недовольно водит носиком. В черных глазках-бусинках ледяное спокойствие. Терпеливый защитник рода уже полчаса наблюдает за тем, как я в одной белой сорочке до пят, которую вечером обнаружила на покрывале, топаю по ворсистому ковру в просторной спальне.

— Все правильно, — кивает мордочкой ласка, приподнимаясь на задние лапки. — Да не парься ты, Вера! Прорвемся!

— Спокойно. То, что я начинаю потихоньку укладывать этот бред в голове, еще не значит, что я тебе верю. Где я могу найти доказательства того, что принадлежу к роду Шайн Флай и вообще местная? Документы? Метрики? Что-нибудь есть?

— Да, в библиотеке магов хранятся все документы. Магия автоматически фиксирует всех, кто рожден в этом мире. Но нам не нужны документы. У нас есть Шур-ран. Кристальный дракон пробудился, когда появилась ты. Она признала тебя своей хозяйкой. Кристальные драконы покровительствуют только одному роду — Шайн Флай.

— Поэтому они исчезли…потому что здесь не было никого из Шайн Флай?

— Не было достойных. Не было наследников света, — поправляет Зиночка.

— Допустим, я тебе верю, — выдыхаю и сажусь на огромную кровать.

Моя подруга Ирка назвала бы её “траходром для оргии”. Навскидку человек пять здесь точно уберется. Пока же ко мне по покрывалу с блеклом свете ночного светильника скачет Зиночка. Она кажется крохотной и совершенно не страшной.

— И что нам делать? Зачем сбегать? Думаю, если обратиться к Ричарду, он поможет восстановить мои права на род. Начнем активную работу и попробуем переубедить его отказаться от этих драконовских методов с ворованным светом или сделать это более цивилизованно. А что нам даст побег? Будем скитаться с тобой и Шур-ран по деревням? Спасаться от фэмов, которых точно заинтересует мой яркий свет? Извини, Зиночка, но я существо практичное. То, что архимаг и видящий меня знатно бесят своим высокомерием, не значит, что надо убегать. Ай!

Меня цапнули за мизинец на правой руке. Две капельки крови упали на идеально белые, хрустящие простыни.

— Обалдела? — пытаюсь схватить Зиночку, но та юркая, как черт знает что. — Надеюсь, у тебя нет бешенства, — ворчу, облизывая укус.

— Это ты обалдела! Он из Шайн Дрим, этот род жаден до власти. После чумы, Ричард заполучил неограниченную власть. Думаешь, он поделится ей с тобой? Сделает верховной ведьмой? В лучшем случае, отловит и превратит в батарейку для подзарядки нежным светом, — ласка недовольно топчется по моей подушке. — Так что завтра делаем ноги, Верочка! Я о тебе позабочусь.

Обо мне обещает позаботиться пушистый зверек? Да, я однозначно в полной безопасности. Кажется, на моем лице слишком ярко отразились недоверие и сарказм.

— И не надо так смотреть. Завтра, когда полетите в замок, договорить с Шур-ран. Она сможет сбежать от своего надзирателя и унесет тебя. Я догоню позже, — наконец-то улеглась и свернулась клубком. — Ох, сколько я не спала на мягких подушках. Кажется, две сотни лет!

Стальные нервы. Разбудила, выдала идиотский план и теперь дрыхнет. У меня же ни в одном глазу, да и в комнате внезапно стало как-то душно. Мысли в голове не давали успокоиться. Жаден до власти? Превратит в батарейку для подзарядки? Никак не укладывалось с тем, что дал подслушать замок.

“Я не хочу её использовать”

“Я никогда так с ней не поступлю“

Голосом Ричарда в моей голове. Зиночка сама сказала, что это не сон. Это показал мне замок Шайн Блинд. Слишком душно, если сейчас не открою окно, то просто сойду с ума.

Здесь не окно, а выход на небольшой балкончик. Я легко открыла замок, латунная ручка повернулась мягко и дверь со разноцветным стеклом поддалась выпуская меня в ночную прохладу.

Так тихо. Удивительно. Поднимаю взгляд к небу. Замок слабо освещен, мне хорошо видно звезды, почти полную Луну и плотный млечный путь, который будто рана от невидимого гигантского меча рассекает небо на две половины. Знакомых созвездий нет, да я и не сильна в астрономии. Может, на этот небосвод и забежал какой-нибудь Большой пес, но я понятия не имею, как он выглядит.

Ночной ветерок приносит откуда-то запах цветущих яблонь и обдувает щеки. Могу дышать. Дышать и думать раз за разом обо всем, что узнала сегодня. Фэмы, которые опустошают свет и хотят убить архимага. Жутковатый видящий и его жена. Зиночка, которая явно не может решить сожрать меня или спасти. Ричард…

Вот кто главная загадка. Днем он отталкивает меня, вечером поддерживает и защищает от Декстера. А ночью? Этот подслушанный разговор не идет из головы.

В том, что говорил Ричард было столько чувства, столько любви…

Впервые кто-то говорил обо мне так. Да, пусть он отказывается, но я же чувствую. Не могу ошибаться. Я не безразлична.

Глупая улыбка на губах. Вера, он тебя обманул, похитил, а ты радуешься призрачной, почти придуманной эмоции. Едва не забыв о другом, о том, что по-настоящему важно.

Вернуться в тот мир невозможно! Архимаг ясно сказал, что проход через портал — это смерть.

Впервые в жизни я не знаю, что делать. Колени подкашиваются, я падаю на каменный пол, сжимая руками кованые перила балкона.

Раньше, до этого дня, у меня всегда был план. Я знала, как выкрутиться, если нет денег — пойти подработать кем угодно, хоть листовки раздавать. Не гнушалась ничем, вплоть до уборки подъезда. Я знала, как выкрутиться, если бросил парень. Забыть и найти лучше. Я знала, что делать, если внезапно выгнали со съемной квартиры. Позвонить подруге или найти койку в дешевом хостеле. Я знала, как выкрутиться из рабочей задницы — немного хитрости, новый денежный клиент и тебе все простят.

Но сейчас я не знаю. Я не знаю, что делать, когда отбирают целый мир…

Наверное, именно так почва уходит из под ног. Впервые я плачу, потому что мне больно, плохо и я одна. Впервые настолько одна, что не знаю кому верить и кто протянет мне руку помощи, если вдруг упаду.

Впервые чувствую себя такой слабой…