Глава 17. Пять пуль для архимага

Слезы высохли. Они всегда высыхают, оставляя после себя неловкость. Вот и сейчас, дрожа с головы до ног поднимаюсь, отряхиваю пыль и каменную крошку с белой сорочки. Нелепый наряд, как раз для кисейной барышни, которая предпочитает плакать по ночам и бездействовать. Не дождетесь!

Только собираюсь уйти, как взгляд сам цепляется за две фигуры, в которых узнаю Декстера и Ричарда. Эти двое вообще спят? Похоже, нет. Они приближаются к полю для тренировок, именно на него выходят мои окна.

Ричард вскидывает руку и появляются огромные белые светящиеся шары. Они зависают над полем, разгоняя тьму. Едва успеваю рвануть в комнату. Еще не хватало, чтобы меня заметили. Любопытство сгубило больше женщин, чем кошек.

Поэтому, пару минут спустя, я заворачиваюсь в темное покрывало с постели и снова выхожу на балкон. Интересно же, какое представление мне устроят маги? А

посмотреть было на что.

Обнаженный по пояс Ричард с длинным, поблескивающим в холодном свете шаров, мечом в руках. Он напряжен, медленно движется по песку, как хищник на охоте. Дайте мне бинокль, а лучше телескоп, я хочу рассмотреть эту галактику до мельчайших мышц на поджаром торсе. Дайте моим глазам невидимые щупальца, я хочу это потрогать. Вера, сплюнь. Еще мутаций нам не хватало!

Одергиваю себя и перевожу взгляд на видящего. Он тоже избавился от своей черной хламиды и, наконец, по-настоящему расправил плечи. Мощное тело воина. Не сомневалась ни секунды, как бы Декстер не притворялся.

Итак, в центре арены гибкий хищник и сильный, искусный воин, который немного самоуверенно поигрывает мечом.

Бой начинается внезапно. Я едва сдерживаю вскрик, когда мощный удар обрушивается на Ричарда. Тот ловко уворачивается и вскидывает голову, черные волосы треплет ветер. Готова поспорить, у него на лице улыбка. Он бросает Декстеру язвительную фразочку.

Это разминка. Цветочки. Ягодки начались через пару взаимных ударов и легких уходов от атак.

Видели фильмы про рыцарей? Так вот, в моих глазах они только что стали полным фуфлом. Потому что то, что происходит на песке под моими окнами, в разы круче. Блестят и звенят мечи. Сильные удары, пару раз они кажется высекли искры. Генеральная репетиция танца смерти.

Оба танцора великолепны. Слепой Декстер, как он черт его подери, это делает? Он дважды чуть не задел Ричарда! Кусаю губы и сжимаю руками перила своего балкончика. Знаю, что это игра, но не могу унять страх.

А что если Декстер случайно распорет ему живот? Рубанет по шее? Всякое бывает.

На секунду перед глазами встает картина: неудачный удар, лезвие по смуглой коже архимага, кровь на песок. На меня падают звезды, млечный путь накрывает сияющим покрывалом. Снова падаю на колени и шепчу тихое: “Нет…”

Песок на арене взмывает в воздух, разделяя бойцов стеной. Двое безошибочно находят мой силуэт взглядами. Что-то вспыхивает над песком и сильная рука обхватывает за талию.

— Вера, черт побери!

Ричард тяжело дышит после боя, а я пялюсь на его поблескивающие от пота плечи. Хотела посмотреть на полуобнаженного архимага вблизи? Наслаждайся!

Где-то вдалеке Вселенная совершенно точно злорадно посмеивается надо мной.

— Что ты устроила?

— Я испугалась, что тебя ранят, — ничего не соображаю и несу правду, как чушь. — Я запуталась. Я не знаю, что делать. Я не хотела…

На секунду взгляд архимага расфокусируется, но тут же возвращается в норму.

— У тебя истощение. Ты еле светишь.

Меч ненужной железкой падает на каменный пол, а я взлетаю над ним. Торс рассмотреть не дают, зато ощутить, как он напрягся — да. Подаюсь порыву и обхватываю рукой влажную от пота шею, когда меня аккуратно вносят в комнату. Мне нравится этот мужчина даже такой: мокрый, пахнущий пряным потом и весь в песке. Сквозь сладкую вату мозга вспоминаю: “Зиночка…сама догадается спрятаться”.

— Вера, ты меня с ума сведешь. Еще суток не прошло, а мне пора пить успокоительные настойки литрами, — ворчит Ричард, опуская меня на кровать. — Что ты вообще делаешь на балконе в покрывале?

— Мне стало душно, — вытягиваюсь и позволяю накрыть себя одеялом. Что-то теплое вытягивается вдоль правой ноги, вот и Зиночка. Слава богу, молчит. — Я вышла и увидела, что вы сражаетесь.

— Это простая тренировка. Никто никого не убивает, — объясняет снисходительно, как неразумному ребенку.

— Я знаю, просто испугалась.

— Нежный свет, — хмыкает Ричард. — Вы всегда плохо реагируете на насилие, но такого радикального подхода я еще не видел.

— То ли еще будет, — улыбаюсь, в тайне сожалея, что снова не могу как следует его рассмотреть. Архимаг сидит на краю кровати в полутемной комнате, только мягкие очертания и половина лица в тусклом лунном свете.

— Не сомневаюсь. Спи. Завтра будет новый день. Мы вернемся в замок и обсудим дальнейшие действия.

— Ты поговоришь со мной? — чуть выгибаю бровь.

— Да. Завтра, когда ты как следует отдохнешь и начнешь нормально соображать.

Горячие пальцы касаются запястья с браслетом. Ричард аккуратно поворачивает мою руку ладонью вверх и медленно проводит по ней кончиком пальца. Щекотно. Я улыбаюсь и слышу, проваливаясь в сон.

— Завтра будет новый день. Чтобы его прожить, нужны свежие силы…

* * *

Новый день встретил меня ворчанием Зиночки о противном архимаге, который усыпил её девочку и завтраком в компании Алисии. Ни Декстер, ни Ричард в столовой так и не появились.

— Очень вкусно, — я улыбаюсь хозяйке дома, приканчивая ароматный кусок хлеба с домашним сыром. Невероятно мягко, а как пахнет. Жмурюсь от удовольствия. Мы, жители мегаполисов, обделены таким простым гастрономическим счастьем.

— Еда почти солдатская, мы не ждали гостей, — Алисия залпом опустошает остатки разбавленного вина в глиняной кружке. — Хочешь спросить, куда понесло наших магов?

— Только не говори, что умеешь читать мысли, — фыркаю в свою кружку.

С хозяйкой этого дома удивительно легко быть собой. Они ничего не требует, не одергивает и ведет себя очень по-свойски. Кажется, вот-вот ноги в высоких кожаных сапогах на стол закинет.

— Это не по моей части. Просто у тебя такое лицо напряженное, и ты постоянно смотришь на дверь. Декс и Ричард у нашего мага. Последние дни поступают неприятные известия, мы сами хотели вызвать архимага, но зверь на ловца прибежал сам. Придется мне тебя развлекать, — усмешка на тонких губах и прямой взгляд. — Что предпочитаешь? Экскурсию по замку, мечи, пистолеты?

— А в вашем мире есть огнестрельное оружие?

Экскурсии по замку мне хватило вчера, а от мыслей про мечи неприятно потягивало в груди. Сама не знаю, что меня в них так пугает, но если вчера готова была взять в руки эту штуку, сегодня — ни за что. Да и Зиночка утром настоятельно просила не прикасаться к холодному оружию, а пистолет — не холодное. Значит, научусь стрелять.

Раньше я часто бывала в тире — снимала напряжение. Глок круче йоги. Это говорю вам я, самый стрессоустойчивый менеджер по продажам.

Интересно, из чего стреляют в этом мире?

— Есть. Тогда, начнем с экскурсии в оружейную, — серые глаза азартно блеснули.

* * *

— Значит, вы с Декстером помогаете архимагу?

Всего за пять минут в оружейной мы перешли с “вы” на “ты” и даже успели пару раз огрызнуться друг на друга.

— Да. Если говорить проще, Декс шпионит, я защищаю Декса и руковожу гвардией, если это необходимо.

— А я думала, мужчины здесь никого к управлению не допускают.

Небольшую квадратную комнату на первом этаже замка освещают бледные сферы, как те, что Ричард выпустил ночью на поле. Вдоль стен полки с разномастными коробочками — в них хранятся патроны и все для ухода за оружием. Сами револьверы и ружья развешаны на специальные крепления, прямо в пространстве между полками.

Несколько минут я бродила и не могла выбрать, с чего же начать знакомство.

— Допускают. Они берегут только Нежный свет, а девушки из стали могут делать карьеру в любой сфере. У меня военный талант, мой отец сокрушался по этому поводу всю мою жизнь. Его мечта — нежная дочка из света. Увы, вместо этого он получил меня.

— Бывает. Я своих родителей не помню. Все воспоминания как будто стерлись. Даже не знаю, обрадовались бы они такой дочери как я или нет, — пожимаю плечами.

Мой взгляд падает на странного вида оружие. Старинный револьвер. Такие обычно выставляют в музеях под стеклом и запрещают фотографировать со вспышкой. Оружие и произведение искусства одновременно.

Вытянутое дуло, украшенное выщербленным искусным мастером металлическим рисунком. Приглядываюсь, барабан тоже украшен, из лепестков стали, больше похожих на огонь, формируется морда выдыхающего пламя дракона. На ручке из темного дерева сражаются еще два дракона: белый и черный.

— Если хочешь, бери его. Ричард не будет против. Он притащил сюда все фамильные реликвии, — пожимает плечами Алисия.

— Хочу.

Деревянная рукоять приятно греет ладонь. Я всегда думала, что такое красивое оружие обычно не стреляет, его носят в качестве украшения. Этот мир продолжает рушить мои стереотипы.

— Пойдем, я велела слугам установить мишени на поле.

* * *

Недавно прошел дождь и приятная прохлада утреннего влажного воздуха взъерошила мои волосы, стоило выйти из оружейной. Зажим для хвоста я посеяла еще вчера, пришлось наскоро заколоть передние пряди изящной серебряной заколкой с черной жемчужиной, найденной на туалетном столике в спальне. Потом верну Алисии.

Каблуки сапог утопают в мокром песке, а я пытаюсь уложить в голове инструкции. Этот револьвер похож на те из музея, но работает немного иначе. Проще, легче. Закинуть шесть пуль в барабан, отогнуть небольшой предохранитель и только знай себе — жми на курок. Разумеется, тщательно прицелься.

— Мне вот что интересно, — улыбаюсь, прищуривая правый глаз.

Привычно беру центр мишени на мушку. Револьвер плотно держу двумя руками. Страшновато. Не представляю, какая здесь отдача.

— Что? — Алисия вытягивает на одной руке.

— Декс не против, что ты работаешь? И все эти увлечения оружием?

— Это моя природа. Он знал, на ком женится. Жена — ледяная сталь не каждому по зубам.

Женщина нажимает на курок первой. Как же не хватает наушников, выстрел довольно громкий и чуть-чуть закладывает уши с непривычки. Замечаю краем глаза, в яблочко.

Как-то даже не удивляюсь, что мужчины не стоят в очередь за такими девушками. Им подавай покорный нежный свет, а не снайпера.

— Если Свет приручают, то Сталь нужно победить, укротить. Декс победил меня. Ты стрелять будешь?

— Да, конечно, — нажимаю курок.

Снова выстрел. Отдача не такая сильная, как я предполагала. Думаю, следующий выстрел будет с одной руки. Вот только поразила я самый край мишени.

— Погрешность прицела. Оружие достаточно старое, бери чуть левее, — отзывается Алисия. — В целом, неплохо. Ты явно стреляла раньше.

— Из другого оружия. Раньше я часто бывала в тире.

— Тогда пробуем еще раз. Пристреляешься.

— Ага, — шепчу одними губами.

Не свожу глаз с небольшого одноэтажного строения рядом с оградой замка. Из деревянной двери выходят трое: Ричард, Декстер и маг, имя которого вылетело у меня из головы сразу после знакомства.

В ушах шумит, когда я поднимаю руку с револьвером и прицеливаюсь. Медленно отслеживаю мишень. Слышу в голове тихий шепот:

— Убей его. Убей раньше, чем он убьет тебя…. Убей раньше, чем он убьет всех, кто мешает ему на пути к власти.

— Нет.

— Он заслуживает смерти, Вера. Мы отомстим за себя. Мы уничтожим род ШайнДрим так же, как они уничтожили наш. Ричард последний. Убей! Отомсти!

— Нет!

Выкрикиваю и пытаюсь опустить руку, но мое тело принадлежит кому-то другому. Оно послушно не мне. Трое замирают и оборачиваются. Декстер хмурится, маг подается вперед, чтобы загородить Ричарда, но тот делает шаг и замирает рядом с мишенью. Не знаю, какая дальность у этого револьвера, но теперь я точно попаду.

Нет, не я, а кто-то другой. Кто-то, кто нашептывает мне: “Убей, убей, убей…”.

С ужасом смотрю, как мои-чужие пальцы нажимают на курок.

— Нет, пожалуйста, — тянусь к свету, но все внутри погасло.

Закрываю глаза. Не могу смотреть, я не хочу видеть, как пули вгрызаются в его тело, не хочу видеть кровь. Но все, что я могу сделать — это закрыть глаза. Беспомощная, порабощенная невидимым врагом.

Я себя ненавижу, но выпускаю пулю за пулей в архимага.

Пять выстрелов. Пять ударов сердца. Пять раз сердце сжимает до боли и отпускает. Пять пуль для архимага.