Двадцать шестая глава

Уже почти два месяца мы живём вместе с Андреем. Я узурпировала право готовить в его доме. И теперь мы ужинали в моём вкусе. Может быть, не так изыскано, но точно знаю, что вкуснее.

По-прежнему раз в неделю к нему приходит женщина убирать и заботиться о его одежде. Я не вмешиваюсь. Хотя за своим гардеробом слежу сама. Ещё не хватало, чтобы мои вещички стирала чужая тётя. Я пока, к слову, не инвалид, справляюсь. Да и не ношу я ничего такого, что требовало бы особой чистки.

Забавно было, когда эта женщина пришла в квартиру впервые при мне. В ту среду мы с Андреем проспали. Мне можно было чуть позднее выехать, потому что я ехала с утра в фонды сдавать очередные отчёты. Нужно было поехать лично, и разобраться с несостыковками вручную. А Андрей решил поддержать меня и тоже утром разленился ехать.

Мы только проснулись и ещё не вставали из постели, когда входная дверь хлопнула и в коридоре кто-то зашебуршал.

Андрей был спокоен, а я запаниковала.

Вдруг это его родители? Мама?

– Там кто-то пришёл! Андрей! А я здесь, в таком виде. Задержи их, пожалуйста. Я сейчас оденусь! – заметалась я по комнате.

– Это Нина Александровна. Женщина, что помогает мне по хозяйству. Она убирает, стирает. Что ты так нервничаешь? – поймал меня за талию Андрей.

– А почему я о ней не знаю? Она напугала меня. Я думала это твои родители. Мама, – проговорила я ему в плечо.

– Мама умерла чуть больше года назад. А у Нины был отпуск на месяц. – дрогнул голосом Андрей.

– Извини! Так многого о тебе не знаю! – проговорила я смущённо.

Я стараюсь разговаривать с Андреем. По вечерам, после работы. Но получается у нас коряво.

Андрей с удовольствием рассказывает мне о своей работе, о своих проблемах.

О том, что происходит у меня, он не спрашивает никогда. Если я сама не расскажу, то он и не узнает. Я не уверена, что ему интересно, происходящее в моей жизни.

И в принципе, мои разговоры не очень нужны ему, как мне кажется.

В компенсацию этого, приходя с работы, Андрей сразу набрасывался на меня как оголодавший. Словно жаждущий в пустыне. Будто не виделись полгода.

Я старалась теперь приехать пораньше, чтобы успеть с ужином. И встречала его у порога. И там же, у порога, он начинал целовать меня. Иногда и не только целовать.

Какие уж тут разговоры…

Забрала Хари из сервиса и жить мне стало проще. Андрей не всегда мог подвозить меня на работу. Метро неудобно. До него, к тому же, нужно добраться. А такси разорительно.

Заехала домой. Нужно отключить все приборы из сети. Перекрыть воду. Разморозить и помыть холодильник. А ещё взять с собой продукты. Картошка, вон стала завядать. Скоро глазки покажет. Да и маминых грибов захотелось.

Специально сегодня выделила для этого полдня, отпросившись с работы. Думала, управлюсь быстро, а развезла уборку на три часа. Совершенно не хотелось уезжать из дома.

Зачем я живу с Андреем? Ведь очевидно, что он не рассматривает меня всерьёз.

Как всё запуталось.

Я стояла у окна кухни и смотрела вниз на подтаявший снег в парке у спуска к прудам. Снег ушёл и оставил после себя горы мусора, грязи и собачьих подарков. Тёмно-коричневый, будто грязные стволы деревьев стыдливо прикрывали свою наготу тонкими веточками. Покачиваясь. Обречённо шумя под порывами ветра.

– Андрюш, я не приеду сегодня. Ужинай без меня! – позвонила я предупредить, чтобы не волновался.

– Постой! Не бросай трубку! – Андрей был явно где-то на улице.

Слышны голоса и ветер, что задувает и создаёт помехи. Я слушала, как он неразборчиво с кем-то коротко переговорил. Нервный.

Стало так жаль его и захотелось обнять, согреть, пожалеть.

Дура ты, Вася!

– Асенька! Где ты сейчас и что случилось? – заговорил со мной Андрей.

– Я у себя дома. Не волнуйся. Всё хорошо, – ответила, поднимая взгляд от земли в низкое серое небо начала марта.

– Что же хорошего? – хмыкнул он, помолчал немного и продолжил, – я подъеду к тебе. Жди!

Трубка давно утихла и погасла. А я всё прижимала её к груди и стояла, зажмурившись у окошка.

Может быть, я лишнего надумала? И нет никакой холодности между нами? Может быть, мне лишь чудится вся его отчуждённость? Я чего-то не понимаю?

Ладно!

Вытерла мокрые щёки ладонями и оглянулась вокруг. Сейчас мужчина с работы вернётся, а чем я его буду кормить? Грибами и тушёнкой с картошкой? Я ведь не успею в магазин, и нужно выкручиваться из того, что есть в доме!

Андрей приехал, когда у меня на плите ещё всё пыхтело. Помыл руки и, подойдя ко мне со спины, нежно обнял.

– Я так испугался, – выдохнул он где-то над моей головой.

– Отчего? – спросила, выключая плиту и разворачиваясь в его руках.

– Решил, что ты меня бросаешь. – пробормотал Андрей, целуя мои веки. – Знаю, что косячу, что у нас всё вкривь. Я не понимаю, как надо с тобой. Ведь ты обидишься, если я буду дарить тебе цацки за каждый твой ужин? Так боюсь потерять тебя снова!

Привстала на цыпочки и поцеловала его. Потом отстранилась и вгляделась в глаза.

Он же реально не знает, как со мной быть!

– Скажи, у тебя до твоей Маши не было ни с кем длительных отношений? – спросила, зарываясь пальцами в его волосы.

Андрей отрицательно махнул головой и прижал меня к себе.

– Почему ты никогда не просишь помощи?

– А почему ты ждёшь моих просьб? И как это должно выглядеть? Я ведь тоже не знаю, как нужно жить с тобой. Разве нужно всё время просить? – я пожала плечами, и Андрей прижал меня к себе ещё ближе.

– Попроси меня о чём-нибудь! – прошептал он.

– Мы совсем перестали ходить на свидания! Пойдём?

– А куда?

– Куда бы ты хотел? Нет, не смотри в сторону спальни! – засмеялась я.

Может быть, ещё не всё потеряно? Мелькнула у меня мысль, когда ехала следом за его машиной. Дома Маничка, как её бросить надолго?