Тридцать третья глава

Андрей уехал.

А я помаялась от окна к окну, залезла в кровать, которая оказалась ужасно неудобной, когда в ней нет Андрея. Слишком большая. Слишком жёсткий матрац. И вообще, всё слишком.

Андрюша позвонил, когда выехал на трассу и строгим голосом велел спать. Мы ещё немного поговорили несколько минут и я, пригревшись, уснула.

Утром первым делом после душа с ещё мокрой головой, сделала тест на беременность и, отложив его на стиральную машину, не стала ждать результата, а пошла одеваться.

Сегодня суббота и меня ждёт куча домашних дел, чтобы не психовать в ожидании Андрея.

Ночью пришла смс-ка о том, что он доехал, и я ждала, пока он сам позвонит, не отвлекая своим беспокойством. Мало ли, где и с кем он там с утра.

Нужно вывести Манюньку на улицу, и я успела надеть тёплые спортивные штанишки, когда в замке зашебуршал ключ.

Мы с Машкой на перегонки кинулись в коридор и практически одинаково затормозили. В распахнутую дверь вошёл тот самый тип, что был вместе с Борисом Георгиевичем. Которому я передавала ключи от своей машины.

Следом за ним в квартиру ввалились два мордоворота.

Я сделала шаг назад, попадая в неширокий коридор, ведущий на кухню. Отступила к кухонному окну, как бы отгораживаясь от мужчин мебелью. И автоматически схватила со стола перечницу, зажав её в кулаке от страха.

– Что происходит и зачем вы без ведома Андрея влезли в его квартиру? – спросила я дрогнувшим голосом.

– Собирай манатки и вали отсюда. У тебя пятнадцать минут. – спокойно произнёс страшный мужик треснутым голосом и усмехнулся.

Честно сказать, испугалась сильно. Я понимаю, что для этого типа с глазами акулы моя жизнь и моё здоровье не то что не важны. Их просто не существует в его вселенной.

– Хорошо. Дайте пройти, – как можно спокойнее ответила я.

Тип криво ухмыльнулся и чуть отступил в сторону в тесном коридоре. Вроде и уступая мне дорогу, но и заставляя протискиваться мимо него.

Не поддаваясь на провокацию, я молча смотрела чуть мимо него. Где-то в район чёрта, что сидит у него на левом плече.

Так мы стояли пару минут, затем тип хмыкнул и отошёл вглубь квартиры, а я на трясущихся ногах шагнула за ним.

В квартире два бугая сбрасывали мои вещи в мусорные чёрные пакеты, расхаживая по комнатам Андрея в уличных ботинках и оставляя за собой грязные следы.

Я постояла в дверях гостиной немного, наблюдая, и шагнула в спальню за телефоном.

Хрен с ним, с барахлом.

Манюнька заходилась в отчаянном лае, пытаясь выгнать из нашего дома захватчиков.

Не знаю, что заставило меня оглянуться. Интуиция? Или смена тональности Манюничкиного крика?

Я заметила, как собака исхитрилась цапнуть одного из бугаёв за ногу и он отшвырнул её. А затем начал движение, замахиваясь ногой.

– Не смей! – завизжала я на ультразвуке и кинула в мужика, пытаясь остановить, то, что сжимала в руке.

Он же убьёт хрупкую собачку!

Мужик, надо отдать ему должное, среагировал верно. Начал приседать, уклоняться, заметив летящий предмет. На одной ноге.

Но поздно.

Я попала ему ровно в переносицу, разбивая хрупкий фарфор.

Грохот, мат, чих и визг собаки.

Во-первых, мужик не ожидал. Во-вторых, он стоял на одной ноге, второй замахнувшись на Маньку, ну и, в-третьих, облако перца довершило картину. И как результат – слёзы, кровища из поцарапанного носа, мат и угрозы.

Мамочки! Вот теперь меня точно закопают!

Манька, видя, что враг повержен, на секунду прервалась и затем залаяла ещё громче.

– Так! Забирай свою шавку и выметайся, в чём стоишь, пока я тебя не пришиб. – проговорил мне почти в ухо, подойдя со спины тип с акульими глазами.

Вздрогнула, и чуть не описалась, как Манюнька, от страха.

Какой жуткий мужик!

Сердце остановилось. Или, наоборот, перешло в какой-то сверхрежим.

Я дёрнулась к входной двери и, кое-как попадая в кроссовки, схватила куртку, ключи от машины, мой рюкзачок, что висел на крючке и попыталась позвать Маничку, хрипя вместо слов.

Второй бугай, брезгливо держа мокрую девочку, сунул мне собаку в руки.

Так, с Манькой за пазухой я и шагнула за порог.

– Телефон не забудь, Вася! – глумливый голос звучал мне вслед.

Оглянулась, наткнувшись на акулью ухмылку.

Жуткий мужик стоял в дверях, расставив ноги, и подавал мне аппарат, чуть поигрывая им в руке.

Я бы, может, что и сказала бы ему и не переломилась бы подойти, чтобы забрать телефон. Но у меня просто не слушались ноги. Поэтому я стояла, прислонясь к стене, и смотрела на этого типа, не в состоянии сдвинуться с места.

– Держи! – криво дёрнул он щекой и шагнул ко мне.

Сунул трубку в мой карман, вызвал лифт и дождался, пока тот приедет, всё также ухмыляясь.

Когда лифт закрылся, отсекая меня от этого кошмара, я чуть не упала от облегчения. Начиная дышать.

Выпустили!

Титаническим усилием, не скатываясь в истерику, я всё-таки попала трясущимися руками в замок зажигания и завела машину. Нужно отъехать хоть на сотню метров. К людям. Нельзя оставаться в подземном гараже одной.

Счастье, что Хари не капризничала и завелась сразу. И счастье, что сил моих хватило доехать до перекрёстка, где давным-давно я ждала такси, убежав от Андрея.

На этом всё. Истерика накрывала меня, и я не противилась ей.

Сидела в машине, и Маничка, поскуливая и трясясь, слизывала мои слёзы, поставив свои лапочки мне на плечи.