Тридцать седьмая глава

Первый день на работе я ещё могла отвлечь себя от тянущего воспалённой занозой в груди волнения за Андрея. Навела окончательный порядок в кабинете. Даже папки расставила чуть ли не по номерам счетов. Занималась весь рабочий день всем подряд, лишь бы не думать.

Начитавшись в интернете о возможных побочках от успокоительных для беременных, купила в аптеке «бабушкин» пустырник и строго-строго отмеряла количество капель на стакан воды.

И даже обедать ходила горячим в кафе, что находится в здании офиса. Правда, попробовав запечённую красную рыбу, с недоумением дожевала её. Только оттого, что надо. А так по вкусу бумага бумагой!

Девчонки офисные шептались за спиной. Но это меня уже совсем не касалось.

Я жила тайной зарождения в себе новой жизни и зажатым волнением об Андрее.

– Милая, я требую отчёт о походе! – вошла ко мне после обеда Наталья Николаевна.

Не сразу сообразила, о чём это она. Какой поход? Куда?

Выставка же! Кажется, что она была сто лет назад. В другой моей жизни.

Странно, что сейчас, оглядываясь на тот день, я помню так много деталей.

Платье феи, что подошла первой к нам с Андреем. Её удивление. Страх при упоминании их общего знакомого. Интересно, этот тот же, что преследовал меня до гардероба?

Получается, Андрей припугнул девочек, шуганул их. А я только сейчас заметила.

Обострившаяся ревность?

А пьяная, повисшая на нём внизу Аллочка ведь просила у Андрея защиты! От кого? У Андрея? Он ведь мухи не обидит.

Или я что-то не понимаю о нём?

При том, что он очень мягкий, назвать его слабым или нерешительным я не могу. Он давно и успешно противостоит давлению своего отца. И поползновения моего директора отмёл как несущественные.

– Василиса! Ты где там зависла? – я моргнула и с удивлением уставилась на Наталью Николаевну.

– Выставка! Василиса! Приём! Приём! Вас вызывают! – засмеялась секретарша.

– Сама выставка мне понравилась. Вернее, её фоточасть. Несколько работ меня откровенно зацепили. Я бы с удовольствием посмотрела ещё работы этих авторов. – ответила я.

– А запомнилась тебе какая? – заинтересованно подалась вперёд Наталья Николаевна.

– Пожилой мужчина в шляпе на фоне мегаполиса, – моментально призналась и объяснила, – у него такой взгляд отчаянный, невозможно пройти мимо!

– Странно. Я думала, раз ты влюблена и счастлива, то тебе глянутся работы с другим настроением. – задумчиво протянула Наталья Николаевна. – или у вас не всё радужно с сыном Бориса?

– Я не знаю! Вроде бы всё нормально. Но… он очень многое от меня замалчивает. В общем, мне немного сложно его понимать, – я постаралась не выдать своего отчаяния.

– Ты уже знакома с Борисом? Представляешь его характер? Так вот, его сын живёт отдельно от родителей с девятнадцати лет. И всячески дистанцируется от отца. Он не бывает ни на каких мероприятиях там, где будет его отец. Показательно. А в последние годы жизни жена Бориса жила со своим сыном. Борис бесится, Андрей отмалчивается. – рассказала Наталья Николаевна.

– А вы откуда так подробно знаете о личной жизни Бориса Георгиевича? – удивилась я.

– Его жена и моя сестра учились у одного педагога и немного дружили даже после свадьбы с Борисом, – ответила она.

– Странно для меня такие отношения в семье между родными людьми, – я пожала плечами и отвернулась.

– Вы из разных миров, Василиса. Но Андрей – хороший человек. Постарайся не обижать его, – Наталья Николаевна встала, собираясь меня покинуть.

– Обижать? Да, нет же. Но иногда мне очень сложно его понимать, – проговорила я задумчиво и уже когда моя собеседница взялась за ручку двери, выпалила, решившись, – он пропал.

– В смысле? – обернулась резко Наталья Николаевна.

– На одном из филиалов в Казани случился пожар. Андрей выехал туда вечером после нашего посещения выставки, и с тех пор не объявлялся, – выдохнула, зажмурившись.

– Так! Значит, прошло почти двое суток?

– Да. И я места себе не нахожу, – закрыла лицо руками и выдохнула.

– Андрей не тот человек, что будет прятаться от важного разговора! Жди! И верь в своего мужчину! – даже как-то торжественно высказалась Наталья Николаевна.

– Моего?

– П-ф! Жди, сейчас принесу! – сказала она и вышла из кабинета, чтобы вернуться через минуту с журналом в руках.

– Смотри! – положила передо мной разворот чего-то глянцевого с фотографиями, и добавила – внимательно смотри!

Мы с Андреем стоим около фотографии ночного города, и он, склонившись, говорит мне на ухо, а я, чуть улыбаясь, немного повернула к нему голову.

Он говорил мне в тот момент, что город этот словно чудовище, жрущее своих детей. Что с некоторых пор он любит только ночную Москву.

А вот Андрей подаёт мне бокал. Я уже взяла его, но мужчина ещё не отпустил, и его влюблённый взгляд направлен на мои губы.

Вроде ничего такого нет в этом фото. Но столько страсти, что пробирает сквозь журнал.

А вот мы спускаемся вместе по лестнице, и я держу Андрея под руку, глядя чуть поверх объектива камеры. Мой взгляд немного скучающий. А он, чуть улыбаясь, смотрит на меня, явно любуясь.

– И после таких взглядов ты ещё сомневаешься? – ткнула в фото пальчиком с идеальным маникюром Наталья Николаевна так, что мне стало немножечко стыдно.