Глава 11. В теории

Амир

После обеда Лиана уснула на моей кровати. Измотал её, но не мог оторваться. Настолько вкусная, отзывчивая, страстная, что одним актом я не насытился. И сейчас мне мало, но сжалился над ней, оставил отдыхать, а сам вышел не террасу, не постыдившись прихватить с собой её телефон.

Я должен освободить девушку от цепей, удерживающих на этом острове. Уверен процентов на семьдесят, что никто её не отпустит, посадят в одну камеру с этим качком Стасом.

Курю одну за другой, вспоминая каждое её слово, боль в голосе, отчаяние и разочарование. Накрывает злостью, нет, даже бешенством, что эти гиены из Управления накинулись на беззащитную девочку. Разве в таких делах не должны участвовать опытные люди, те, кто может постоять за себя. Но им насрать. Не сомневаюсь, случись что с Лианой, оформили бы всё, как несчастный случай. Шрам так и стоит перед глазами, и, нет, меня беспокоит не то, что он есть, а то, что ей сделали больно.

В телефоне ничего важного не нахожу, чаще всего звонки какой-то Асе, матери через мессенджеры, Стасу и дяде. Остальные либо не записаны, либо отмечены как «Йога», но почти уверен, что ничего общего с йогой эти люди не имеют. Скорее всего это постоянные клиенты, а наименование — лишь прикрытие.

— Думай, Амир, думай! — бормочу себе под нос, бросив телефон на столик.

Снова закуриваю, тянусь к стаканчику с остывшим кофе, смотрю на горизонт и думаю. К Михаилу обращаться не вариант, в таком случае он узнает, что Лиана всё мне рассказала, а это может плохо кончиться. Стас тоже не подходит, он меня видел и может догадаться, что со мной что-то нечисто.

Но…

Кроме качка должны быть и другие доверенные лица, мне нужно их найти, сыграть роль богатого купца и заказать большую партию. Такую, чтобы у меня был мотив потребовать разговора только с главным. Живя в этом бунгало четыре на четыре, я вряд ли подойду для этой роли. И мне определённо нужна помощь, в одиночку не справлюсь.

Могу, конечно, обратиться к брату, его люди и без фарса всё выяснят. Но у него ребёнок только родился, и в принципе он наконец-то живёт в тишине. Да и хватит в тени Дамира быть, это моё дело, и я должен сам разобраться, но не без помощи. Знакомых здесь у меня мало, и те из местных, а вот Матвей может быть полезным, он всегда за любой кипишь. А учитывая его вчерашние истории, он и вовсе любит куда-нибудь влезть, а потом с упоением об этом рассказывать.

Решено!

В теории всё выглядит более чем реально, осталось только воплотить свой план в жизнь. Однако мне нужно что-нибудь сделать, чтобы привязать Лиану к себе. Сомневаюсь, что ей дадут просто так уйти с этого острова, и мне нужна гарантия.

Начну, пожалуй, с обеда, или ужина, как пойдёт. Сегодня только мы — я, она и кровать. Как же приятно звучит это «мы», по венам тепло разливается, на лице расползается идиотская улыбка. Всё же любовь прекрасна, особенно, когда взаимная.

Тихо, почти на цыпочках, возвращаюсь в бунгало и застываю у постели, где лежит моя девочка. Простынь сползла с изящного тела, оголяя спину, округлую попу и чуть бедро. Красивая до невозможного, даже дыхание перехватывает.

Взяв из прикроватной тумбы блокнот и ручку, наспех пишу, что ушёл за обедом и чтобы не смела куда-либо уходить. На случай, если проснётся, оставляю бумажку на подушке рядом с ней и ухожу.

По пути к кафе Вайна набираю Матвея, он наверняка отсыпается, но уж прости, друг, дело важное.

— Слушаю, — раздаётся бодрое из динамика.

— Какой-то ты слишком живой, для того, кто столько бухал, — бросаю удивлённо вместо приветствия.

— Это всё молодой организм, старичок, — ржёт в трубку так, что мне приходится убрать телефон от уха.

— У меня к тебе дело, можешь подойти к кафе, где вчера убивали свою печень? — спрашиваю, сворачивая с мостика на пляж.

— Я уже тут, жду, — коротко произносит и отключается.

Ускоряю шаг и вскоре уже вижу его довольную рожу. Пальцами показываю ему подождать пять минут и в первую очередь иду делать заказ навынос.

— Ну, заинтриговал, — проговаривает, едва я сажусь напротив него. — Но знай, я не готов повторять вчерашнее.

— И не надо, здесь нужен трезвый ум, — отмахиваюсь и, опираясь локтями на стол, подаюсь ближе. — Мне кровь из носу нужно выйти на босса твоих вчерашних курьеров, — озвучиваю главную цель.

Хотя главной я бы назвал спасение Лианы, но одно без другого невозможно. Или можно? Хм, почему я не подумал, что можно откупиться от Михаила или следователя? Средств мне хватит, чтобы купить её свободу, но всё же что-то подсказывает, что никакие деньги не заставят этих уродов отказаться от дела, на которое потрачено шесть месяцев.

— Фига се заявление, — усмехается друг и поднимает очки с носа на голову. — Зачем? — задаёт логичный вопрос.

— Долгая история, но, если вкратце, пока я их не найду, моя девушка не сможет отсюда уехать, — отвечаю, и Матвей присвистывает.

— У тебя девушка есть? — удивлённо приподнимает одну бровь.

— Есть, — гордо киваю. — Ты вчера её видел, — добавляю, и он сначала хмурится, затем его лицо вытягивается.

— Вот это поворот, — хмыкает, дёрнув головой. — Я хочу подробности.

— Позже, — соглашаюсь, ведь у него есть все основания требовать объяснений, чтобы понять, для чего лезть в пасть к хищнику. — Так ты поможешь? — смотрю на него в упор и чувствую лёгкое волнение.

— Ноль вопросов, — весело фыркает.

— Это определённо опасное дело, я не могу тебе гарантировать благополучный исход и пойму, если ты откажешься, — тараторю, потому что должен его предупредить, а он имеет полное право отказаться.

— Бла-бла-бла, — кривится Матвей, едва я договариваю. — Помнишь ночь перед новым годом на первом курсе? — задаёт вопрос, и я киваю в ответ. — Если бы тогда ты не пришёл ко мне с дурацкой пиццей, я бы сгорел заживо, так что ты мне жизнь спас, я у тебя в долгу.

В этом есть доля правды, но он преувеличивает. Да, когда я к нему пришёл, в доме пахло дымом и чем-то сгоревшим. Как потом выяснилось, Матвей уснул, пока на плите грелся ужин. Ветер из приоткрытого окна всколыхнул штору, та прихватила пламя и медленно начала гореть. Мой звонок в дверь разбудил Матвея, он быстро потушил огонь и только потом открыл мне.

— Это не повод лезть сейчас…

— Ты меня просишь о помощи, но отговариваешь? — ухмыляется, перебивая.

— И да, и нет, — улыбаюсь и отвлекаюсь на Вайна, который подошёл к нашему столику с пакетом.

— Вот у него спроси, он знает больше, чем ты думаешь, — кивает на парня Матвей.

Бросаю на щуплого официанта нахмуренный взгляд, и он одаривает меня таким же. Понятно, он не понимает, о чём мы говорим, но по мом глазам догадывается, что я чем-то озадачен.

— Контакты курьера он мне дал, — добавляет ясности в свои слова друг.

— Ты уверен, что хочешь в это лезть? — Матвей смотрит на меня пристально, без привычных ухмылок, как будто впервые стал серьёзным.

— Да, — отвечаю, не отводя взгляда. — На кону человек, который стал мне очень дорог, и я не собираюсь стоять в стороне, — честно отвечаю.

— Я думал, в нашем дуэте псих я, — возвращает на лицо улыбку.

— Иногда нужно выйти из зоны комфорта, — киваю, но больше своим мыслям.

— Ладно, тогда завтра утром встретимся здесь же, — и снова совершенно серьёзно. — Я пока кое-что проверю, поговорю с парой людей. А ты придумай, как войти в эту игру, ты у нас не смахиваешь на любителя веселья, а тут таких едят на завтрак, — осматривает меня с головы до ног.

— Я знаю, — киваю. — Спасибо, Матвей, — тяну руку, и он пожимает её.

Возвращаюсь к бунгало с пакетом, Вайан упаковал всё, как я просил. Ничего необычного: паста с морепродуктами, салат, два тоста, соус и бутылка охлаждённого белого.

Приближаюсь и издалека вижу, что в маленьком окне горит свет, значит, Лиана проснулась. Оставляю ужин на столе на террасе и толкаю дверь, но никого не нахожу.

— Лиана, — зову её, и сердце пускается вскачь. — Опять сбежала, — вздыхаю, уперев руки в бока и подняв взгляд в потолок.

— Я вообще-то обещала, — раздаётся с боку.

Поворачиваю голову и вижу, как она выходит из ванной комнаты. Дыхание сбивается, когда понимаю, что она в одной футболке. Уточнение — в моей футболке. Босая, волосы распущены, в глазах столько чувств, что меня едва с ног не сбивает.

— Я ужин принёс, — произношу и голос свой не узнаю.

— Спасибо, — бросает тихо и губу прикусывает, словно волнуется.

Подхожу к ней, обнимаю за талию, прижимаю к себе, буквально вдавливая её в свою грудь, и обрушиваюсь на опухшие губы. Лиана, сомкнув свои руки на моей шее, отвечает на поцелуй, и меня прошибает насквозь от её отзывчивости. Тело моментально натягивается как струна, а в некоторых местах становлюсь твёрже стали, и ужин становится совсем неважным. Но она проторчала под моей дверью всю ночь, а сегодня мы оба отделались одним только кофе.

— Пошли, — с большой неохотой отрываюсь от неё и, взяв за руку, иду на выход.

Достаю из пакета нашу еду, раскладываю на столе и наливаю вино по обычным стаканам. Падаю в кресло и тяну девушку на свои колени. Терраса тёплая, ветер с моря тянет солёный воздух. Мы оба молчим, наслаждаясь блюдами, и сейчас нам не нужны слова.

Она ест аккуратно, больше ковыряется, видно, что встревожена, но старается. Не хочется быть резким, поэтому молчаливо смотрю на неё, не отрываясь.

— Очень вкусно, — выдавливает из себя, наверняка почувствовав мой взгляд.

— Тогда ешь нормально, — мягко проговариваю, и она кивает, но на автомате. — Лиана, — зову её.

Она поднимает на меня глаза, и этого хватает понять, что она боится.

— Я всё решу, — говорю спокойно, хотя не хотел озвучивать свои планы.

— Что? Нет! Амир не лезь, я не для этого призналась тебе во всём, — восклицает и начинает мелко дрожать. — Если Михаил узнает, что я болтаю направо и налево…

— Ничего не сделает, да и не узнает, — перебиваю её. — Пока что, — тут же добавляю.

— Амир… — выдыхает, и голос дрожит. Ещё немного, и она заплачет.

— Тише, всё будет хорошо, — торможу её и заставляю прилечь на мою грудь.

Так и замираем, в тишине наблюдая за невероятным закатом. Такое умиротворение и спокойствие, когда она прижата ко мне, что я понимаю — ничем не побрезгую. Если надо будет, перейду границы, но никому не дам её в обиду.

На улице темнеет, я поднимаюсь с ней на руках и захожу в бунгало. Ставлю девушку на ноги рядом с кроватью, провожу руками по её лицу, пальцами очерчивая идеальные черты.

— Ты такая красивая, что дышать на тебя боюсь, — шёпотом произношу, и она смущённо улыбается в ответ.

Стягиваю с неё футболку, Лиана не отводит взгляда, только дыхание сбивается. Наклоняюсь, касаюсь губами её плеча, и она вздрагивает, тянется ко мне, цепляется за мои плечи. Целую шею, ключицы, слышу, как учащается дыхание. Отхожу на шаг, лишь чтобы снять с себя мешающую одежду, и снова заключаю её в свои объятия. Провожу ладонью по голой спине девушки и плавно укладываю на кровать. Она не говорит ни слова, только смотрит, и в этом взгляде всё: страх, желание, доверие, голод.

Медленно снимаю с неё трусики, наслаждаясь и мучаясь одновременно. Она выгибается навстречу, впивается пальцами в постель. Провожу ладонью по бедру, целую низ живота. Лиана всхлипывает, ноги дрожат. Нависаю, прижимаюсь к губам, и она тянется сама.

— Амир, — шепчет, и я чувствую, как исчезают остатки разума от звучания моего имени её томным голосом.

Мягкая, горячая, цепляется за меня, будто боится потерять. Тело к телу, всё живое, настоящее. Я двигаюсь медленно, вглядываясь в лицо, без слов обещая быть рядом всегда. Она закрывает глаза, всхлипывает, задыхается, когда ускоряюсь. Шепчет что-то бессвязное, судорожно цепляется за плечи, ногами обвивает талию.

Я сдерживаю себя как могу, чтобы прочувствовать каждый миг, запомнить любую деталь. И когда она вскрикивает, ломаясь подо мной, я срываюсь. Тело судорожно дёргает, выдыхаю ей в шею, прижимаю к себе, целую, пока воздух не заканчивается. Она отвечает, дрожит подо мной, но я не двигаюсь. Только дышу. Мыслей сейчас нет, только этот миг. Для меня только она.

Проходит минут десять, может, больше, я уже лежу на спине, она на моей груди. Рука лежит на моём животе, ладонь тёплая, я глажу её по спине, не торопясь. Глаза у Лианы закрыты, дыхание ровное, спит или просто молчит, не важно.

Сегодня она здесь, и важно вот так дышать вместе, а завтра всё может измениться.