Глава 3

Аглая. До дома добираюсь к позднему вечеру. Здесь тихо и холодно. Сажусь на пуфик, отбрасываю в сторону ботильоны, откидываюсь на стену и прикрываю глаза. Устала. Очень. В темноте прохожу на кухню, сразу включаю чайник. Еще до того как помыть руки. Даже плащ не сняла. Дурная привычка, я знаю. – Ну вот что тебе надо, а? – спрашиваю я сама себя в зеркало. Обращаюсь к своему отражению. Даже злюсь немного на него. – Ты разве не мог спросить меня хоть что-то? Телефон. Адрес. Да что угодно! – брызгаю на зеркало. Капли на доли секунды замирают и спускаются вниз. Наблюдаю за ними. Одна капелька тянется к другой. Из двух выходит одна. Та в свою очередь находит еще одну. – Даже вы не можете быть поодиночке. Быстро переодеваюсь в тонкий шелковый халат, запахиваю его. Устало бреду на кухню, чтобы сделать себе большую кружку какого-то странного чая из пакетика, купленного по скидке в супермаркете. Чай не люблю, а кофе часто пить нельзя. Приходится выкручиваться. Открываю ноутбук, чтобы сесть поработать. Он снова хочет установить какие-то обновления. Психую, жму на кнопки. Экран гаснет. Обновления загружаются. Теперь к компьютеру смогу вернуться спустя час и пятьдесят три минуты. Плюю на это. – Ну, значит, не судьба мне сегодня, Дмитрий Трофимов, начать писать самую удивительную, интересную и уникальную статью. Дмитрий Трофимов – феномен современности, – размышляю я над заголовком, – банальщина. Дмитрий Трофимов – новое слово в ресторанном бизнесе. Нет, где-то уже встречала. Дми… Телефон загорается незнакомым для меня набором цифр. Смотрю на них. Взгляд бегает от одной цифры к другой. Внутри разливается волнение. Объемное. И совсем немного тревоги. – Да? – Никогда не отвечай на незнакомые номера. Тем более не говори сразу “да”, – его голос звучит близко. Волнение сменяется радостью. Мне хорошо, и усталости как и не было. – Марк? Руку кладу на область сердце. Там сейчас разыгралась буря, ураган. Нет, гроза, самая настоящая. Сердце стучит так больно, что вот-вот выпрыгнет. – Добралась без приключений? Он правда интересуется? – Откуда у тебя мой номер? – даже не пытаюсь придать голосу строгости и недовольству. Это лишнее. Только толика удивления и капелька наигранности. Приятно, что не оставил меня. В трубке тишина. Но я знаю, что он еще со мной. Ему нравится мой голос, моя речь. Иначе бы он не звонил мне и не дышал в трубку. Шумно так, что дыхание чувствую у себя на щеке, будто он стоит рядышком со мной. Забираю свою большую кружку чая и сажусь на кровать. Раньше бы включила какой-нибудь фильм или сериал. Ладно, возможно, посидела бы и поработала. А сейчас отбрасываю все планы. Буду просто слушать его дыхание, краткие ответы и представлять точку-родинку и уголок губ. – Ты знаешь, я всегда мечтала, чтобы меня вот так вот нашли. Не спрашивая номера телефона, страничку в сетях, чем еще обычно интересуются? Но никогда такого не было. А я ведь так хотела этого! Моя мечта сбылась. Ты сам меня нашел. Сначала жутко расстроилась, когда ты уехал… – Я рад, что твоя мечта сбылась. Ни вопросов ко мне, ни каких-то рассказов. Если меня когда-нибудь попросят описать Марка, что он за человек, я отвечу, что он самый необщительный, но самый обаятельный мужчина из всех, кого я только знаю. И как он только умудряется в себе это совмещать? – Я на самом деле о многом мечтаю. Дом хочу большой, с садом. Чтобы там росло много-много цветов, стояли клумбы, а в углу сада был розарий. Классно, да? А, и курятник. Хочу своих кур. – Чтобы с ними кудахтать? – Нет, – смеюсь. Ведь мне не обидно, уже нет, – домашние яйца намного полезней покупных! И вкусней! Не люблю вообще покупные яйца. О! Представляешь, я однажды купила тухлые. Господи, это было ужасно! С тех пор я вообще опасаюсь покупать и готовить их. Хотя так люблю заказывать на завтрак, если куда-то выбираюсь, брускетту с яйцом пашот. Это божественно, умопомрачительно, адски и дьявольски вкусно. Ммм, пальчики оближешь! –Ты любишь вкусно поесть. Аглая, – он выделил мое имя. Сказал его мягко, хотя мне всегда казалось, что оно немного грубое. Но у Марка получилось смягчить его. – Да. Чревоугодие мой грех, – осекаюсь, – то есть не совсем. Не то. Блин, – выдыхаю, прикрываю глаза. Как стыдно то! – Да, люблю вкусную еду. Глубокий смех, но тихий. Даже находясь на другом конце несуществующей телефонной линии, он скрашивает мой вечер и делает его уютным. – Есть еще какой-то? Прикусываю нижнюю губу. Мне кажется, или я слышу легкие нотки невинного флирта? Или уже далеко не невинного? По позвоночнику прокатывается теплая волна. Приятно. – Возможно, – вспоминаю его любимое слово. – Повторюшка. Ожидал более развернутый ответ. – Хм… Мистер незнакомец, у меня складывается такое ощущение, что вам нравится моя болтливость, м? Или мой голос? А может, все вместе? Признайтесь уже, что вы без ума от меня? От такого уже открытого флирта ладошки потеют. Внутри скручивается все в жгуты. Мне тревожно. Но вместе с тем, я не хочу останавливаться. Хочется зайти дальше, узнать, что меня там ждет. – Возможно! – Вот ты… – слышу короткие и быстрые гудки. У кого-то вторая линия. Не хочу заканчивать. Мы только-только разговорились. – Аглая, мне нужно идти. – Тон моментально стал другим. Голос уже не вибрирующей. Пропала глубина и флирт улетучился. – Да, конечно. Молчание. Никто не решается сбросить вызов первым. Мне все еще кажется, что одна из наших встреч или разговоров станет последним. – Ты же… ты еще позвонишь? – ругаю за спешность. Шумный вдох и такой же шумный выдох. А сердце уже не бьется. Я понимаю, что с каждым его словом становлюсь зависимой от этого таинственного незнакомца. Или это все его загадочность? Загадка же всегда привлекает? – Спокойной ночи. Аглая. И… – я считаю секунды. Каждая – бесконечность, – я скучал. Марк кладет трубку первым. А мне хочется улыбаться, а потом плакать. Так хорошо, что выть хочется. Он скучал. Точка! И я ему верю. Правда. Верю. Он не может врать. В этом я уверена еще больше. Слезы капают, я начинаю смеяться. Телефон в руке зажат, выпустить боюсь. Вдруг Марк решит набрать еще раз? Теперь вообще не выпущу. Никогда-никогда. Чай выпиваю залпом. Сверху, как говорит мама, он уже покрылся льдом. Но сейчас глотки жадные, желанные. Этот лед должен потушить пожар внутри. А там сейчас так пылает: нетерпение, желание, удовольствие, радость. Все это закрутилось в один клубок – не размотать. Так может, и не надо? Хожу по квартире, напеваю глупую песню. Поведение влюбленной дурочки. Такое возможно? В кровати ворочаюсь. Кортизол зашкаливает, что никакая доза мелатонина не поможет справиться. Ворочаюсь с бока на бок. Куча вопросов в голове. И среди всего этого безумия приходит сообщение. Хватаюсь за телефон как за спасение. Святая наивность. С отправителем я не общалась целых два месяца. Только каждый день получала сообщение. Одно-единственное. Там цифра. Количество дней до конца. Или до начала. Суть не важна. Степан хотел, чтобы спустя два месяца я вернулась к нему. Вел отсчет и присылал его мне. Сначала не реагировала. Потом мне стало некомфортно от таких сообщений. А сейчас безразлично. “Сегодня ты должна была вернуться, Аглая”