33

Помещение было узким и тёмным. Испуганный взгляд наткнулся на раковину, и только тогда Соня поняла, что это, наверное, туалет. Нужно было закричать, позвать на помощь, но от шока она не могла выдавить ни звука, лишь испуганно смотрела в глаза этому страшному мужчине, что прижал её спиной к холодной кафельной стене, и навис сверху устрашающей скалой.

— Значит, тебя все-таки что-то связывало с этим ублюдком? — зловеще прорычал он. — Ты где научилась так врать? Я тебя предупреждал, что если соврешь, пожалеешь об этом?

— Я не… не врала вам, — заикаясь, кое-как промямлила в ответ девушка, готовая Богу душу отдать от страха. — Отпустите, пожалуйста…

Но мужчина будто не слышал её. В его глазах плескалась самая настоящая ярость, губы кривил презрительный оскал, пугая Соню все больше, доводя до состояния острой паники.

— Кто он тебе? Родственник? Любовник? Говори! — продолжал рычать на неё мужчина, но девушка едва понимала смысл его слов. Что ему от неё нужно?

— Отпустите, пожалуйста! — взмолилась она.

А он вдруг ударил кулаком в стену прямо возле ее головы, окончательно загнав Соню в лапы липкого удушающего страха.

Но потом вдруг отошел на шаг, отвернулся, и принялся устало растирать ладонью свое лицо.

Секунды стучали пульсом в висках. Соня жалась спиной к стене, ожидая своей участи. Затаив дыхание, боясь даже пошевелиться.

Но вдруг кто-то попытался открыть дверь туалета снаружи, и девушка тут же бросилась к ней, с криком «Помогите!».

Только этот страшный человек мгновенно запечатал ей рот одной рукой, а другой с глухим стуком вернул дверь на место с громким рыком «Занято!».

Соня попыталась снова закричать, но у нее вышло лишь несвязное мычание. Однако того, кто был снаружи туалета, почему-то не устроил такой ответ. Он стал ломиться в дверь снова, и через пару секунд буквально вынес её!

Это был мужчина, крепкого телосложения, высокий, темноволосый. Он едва успел скользнуть по девушке внимательным цепким взглядом, как завязалась драка. Сонин обидчик налетел на него с кулаками, но, к счастью, спаситель ему ничуть не уступал, вот только от этого зрелище не выходило менее страшным. Девушка забилась в угол, не представляя, что ей делать. Все происходило прямо у двери, и она никак не могла сбежать, оказавшись отрезанной от выхода.

Стояла, зажав двумя ладонями рот, и с ужасом наблюдала, как два огромных мужика колотят друг друга. Неизвестно чем бы все закончилось, но тут дверь снова открылась, толкнув обоих и повалив на пол, после чего в помещение протиснулся еще один мужчина. К счастью, он пришел на помощь первому, и они вдвоем быстро скрутили по рукам Сониного обидчика.

— Соня, ты в порядке? — обратился к ней этот человек, и девушка буквально потеряла дар речи.

Получилось только кивнуть в ответ. Он что, знает её?

— Идем, — подтверждая её догадку, мужчина протянул ей ладонь, предлагая идти за ним, пока его помощник уже в одиночку держал Сониного обидчика с вывернутыми руками.

Только девушка все еще не могла пошевелиться от шока. Тогда этот человек сам подошел к ней, аккуратно положил ладонь на спину, и, слегка подтолкнув, повел таким образом к выходу.

— Я тебя найду, сука, — раздался хриплый голос из-за спины, когда они прошли мимо обезвреженного. — Найду и накажу. И охрана твоя не спасет.

Сонин защитник убрал руку с её спины, резко повернулся, и ударил этого человека кулаком прямо по лицу, отчего тот согнулся пополам и глухо застонал.

— Кого ты найдешь, мразь? — угрожающе зарычал он на него, закрывая девушку своей широкой спиной. — Смотри, как бы тебя не нашли где-нибудь в канаве. Не западло на хрупкую девушку наезжать?

— На хрупкую девушку, говоришь? — усмехнулся тот, сплюнув кровь на кафельный пол. — А ты сам на кого работаешь, знаешь хоть, бычара тупоголовая? Твой хозяин такой же хрупкой девушке, как она, недавно глотку перерезал! А она — покрывает его!

— Демид никого не убивал! — воскликнула Соня, выглядывая из-за спины своего спасителя.

Её шок, наконец, отступил, и мгновенно захлестнули совершенно противоположные эмоции. Возмущение, непонимание, гнев. Да и теперь, когда этого человека держали, было совсем не страшно.

— Он не убийца! Он самый лучший человек на земле, ясно вам?

Брови её обидчика удивленно поползли вверх, а губы скривились в презрительной ухмылке.

— Ах ты, бедняжка. Это он настолько тебе мозги запудрил? Тогда действительно нет смысла тебя наказывать. Он сам же тебя и накажет. Может, даже прирежет однажды. Так же, как Ви.

— Идем, — устало произнес Сонин спаситель, снова подталкивая девушку к выходу. — Не слушай его. Никто тебя не тронет.

— Нет, подождите, — девушка уперлась каблуками в пол, не позволяя сдвинуть себя с места, и посмотрела в глаза вступившемуся за неё мужчине. — Я хочу сказать ему кое-что. Можно? Пожалуйста.

— Конечно. Говори, все что хочешь, — снисходительно разрешил он.

Тогда Соня отважно повернулась к своему обидчику и посмотрела в глаза уже ему.

— Наверное, эта девушка была очень дорога вам, — неуверенно начала она, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Я искренне соболезную. Клянусь. Мне очень жаль… Но Демид её не убивал. Поверьте мне. Он просто не такой человек. Наоборот, чтобы посадили её настоящего убийцу, он сейчас поставил на кон свою свободу! Как вы не понимаете?!

— Я бы охотно тебе поверил, девочка. Но в ту ночь, кроме него в доме никого чужих не было. Я лично просматривал записи со всех камер. Не отец же родной ее убил, верно? А брат Ви вообще едва до тревожной кнопки дополз после того, как этот ублюдок ему по башке стукнул.

— Не убивал он! — отчаянно закрутила головой Соня, не представляя, как сможет убедить в своей правоте этого человека. Разговаривающего так непривычно спокойно и тихо, приводя вполне логичные доводы. — Понимаете, я чувствую это сердцем! Послушайте. Когда вы приходили тогда ко мне домой, я ведь правда не обманывала вас. Я даже не подозревала, что мы встретимся с Демидом снова. Но вечером он поймал меня недалеко от дома, и силой увез оттуда, опасаясь, что ко мне кто-то придет снова и будет разговаривать жестче! Зачем ему беспокоится о какой-то чужой девушке, которая всего лишь помогла ему с лекарствами?

— Не знаю, может, он просто хотел тебя? — вздернул брови мужчина.

— Нет, — снова покачала головой Соня. — Не складывается. Если было бы так, то он мог получить меня в любой момент, просто и легко. Припугнуть слегка, и все! Я ведь вся тряслась от страха! Но он не трогал меня пальцем, пока я сама этого не захотела. Да и вообще, он прекрасно мог остаться за границей, и жить там, зачем бы он вернулся сюда, рискуя загреметь за убийство, если бы был виновен?!

— Он был заграницей? — переспросил этот человек, слегка вскинув брови.

— Да! И он предлагал мне остаться там с ним навсегда… Только я не захотела. Я ведь даже не знала тогда, что произошло. Он потом мне все рассказал. Поверьте мне, пожалуйста, он не желал зла вашей Ви! Он просто попал с её помощью в дом. А руку она ему поцарапала, когда споткнулась и чуть не упала. Между ними даже не было ничего! Да, поймите вы, если бы Демид был убийцей, зачем ему было возиться со мной тогда, на своей даче? Тем более отпускать! Это ведь был такой риск! А вот Леонов, похоже, уже убивал людей ради денег. Что мешало ему сделать это еще раз? Или он так сильно любил свою дочь?

Мужчина смотрел на нее как-то по-новому, на его суровом лице возникло нечто похожее на озадаченность. Словно его железная уверенность в виновности Демида все же пошатнулась.

Воодушевленная этим открытием, Соня решила дожать.

— Я не верю, что Демид мне солгал. Кто я такая? Чтобы выдумывать все это, оправдываясь передо мной? Он мог получить все, что хотел, просто слегка надавив, но нет! Он ни разу ничем не обидел меня. Наоборот, заботился! Считался с моими переживаниями, страхами, с каждым моим словом считался! Он — настоящий мужчина! И самый благородный человек из всех, кого я встречала в своей жизни! Я не верю, что он способен на такое! Не верю, и все!

На последней фразе её голос дрогнул, а по щеке скатилась слеза. Девушка даже сама не поняла, в какой момент её накрыло настолько, что она разревелась.

Сонин защитник вновь осторожно положил руку ей на поясницу, и мягко, но настойчиво подтолкнул к выходу.

— Все, хватит, Соня, — негромко произнес он. — Идем.