Глава шестая

Все это великолепие омрачало то, что промеж драгоценностей встречались и поношенные мужские трусы. Временами еще и нестираные. Трусы я засовывала обратно в чемодан, а украшения — в какую-то походную сумку, которую обнаружила тут же.

— Как они были обозначены в списках? — спросила я неслышно, подойдя к Лайеллу, пока Зак вскрывал последний чемодан. Надо ли говорить, что искомой вещи мы в этом кладе не нашли. — Там же нет драгоценностей?

— Нет. «Изделия местного промысла», ну и что это — серьги, подвески и прочее. Деревянные, кстати, тоже немало стоят.

— Я их все собрала в мешок, дома разберемся, — необдуманно пообещала я. Тени, до дома еще дожить надо! Нас же грохнут по дороге. И Делано… наверняка знал, что дед приберег! — Слушай, это похоже на…

— Знаю, — Лайелл дернул уголком губ. — Выкрутимся.

Легко тебе говорить, всхлипнула я. Ну, если что, у нас имеются два похоронных комплекта, мужской и женский. Розовый, конечно, средоточие пошлости, но дареному коню зубы смотреть не имеет смысла, да и нам будет уже все равно.

Последний чемодан оказался самым неинтересным. Мужские вещи — бритва, носки, брюки, рубашки, и обмылки всякие из ванной комнаты. Все, чем пользовался дед. Что мне понравилось — ручка деревянная, остальное я, с молчаливого одобрения Лайелла, тоже придвинула к Заку.

Дела. Того, чего мы искали, не было. И спрятать это где-то в недрах чемодана никто не мог. Дед — да, но не нотариус же?

Что же, я прикидывала, что судьба нашей милой штучки была незавидна, и сгинула она где-то… кто теперь знает. Может быть, первым делом дед и продал ее, на все можно найти любителя, вон Зак говорит, что у него погребальные принадлежности оторвут с руками.

Печаль.

Вечерняя прохлада вползала в дом, давно пропала убийственная жара. Казалось бы, мы получили много больше, чем рассчитывали. Какая там сорок одна тысяча таллиров, здесь побрякушек на миллион. Интересно, дед понимал их ценность или так, приобрел и приобрел? Но человек — тварь такая странная, ему сколько ни дай, все мало.

— Ну, поехали? — предложил Зак. — Отвезу вас в отель, а завтра тогда подъедете к нам и получите бирки. Чемоданы я забираю?

Я рассеянно кивнула. А куда их девать? Но как только Зак вышел, я повернулась к Делано. Сидел он тут и сидел… Тени, только пусть они будут не заодно. Хотя какая теперь уже разница?

— Сэр, — сказала я, а Делано подпрыгнул. — Ну, я, конечно, не то чтобы извиняюсь…

Я покосилась на Лайелла, но тот делал вид, что роется в цацках. Ага, бросил меня? Нет, что-то задумал. Но раз он не вмешивается, уже все предусмотрел и если что, меня одернет.

— Мистер Делано… Вы не согласитесь поехать с нами, а?

Нет, вот надо было так беспомощно пропищать? Ясно же, что ему или здесь ночевать, или все равно добираться как-то до дома нужно. Или он где-то тут и живет?

— Зачем? — пожал плечами Делано. Конечно, он же не слышал, как Зак признавался в своем сомнительном способе заработать на жизнь до того, как устроился в нотариальную контору. — Вы мне потом что, такси до дома оплатите?

Тени. Точно, он здесь живет. Или врет. С него станется.

— Понимаете, — начала я, но в этот момент Зак притащился за вторым чемоданом, и мне пришлось импровизировать. — Вы мне симпатичны. Ну вот так, да, а почему я первая не могу об этом сказать?

Надо отдать Заку должное. Или он за свою бурную жизнь слышал и не такое. Но вышел он с чемоданом как ни в чем не бывало, а я закусила удила вместе с губой.

— Но вы-то мне нет, — вылупился на меня Делано. Ах ты…

— Да разуйте вы глаза! — зашипела я так, что если тут были змеи, то все ушуршали подальше на всякий случай. — Этот Зак, он же бывший громила! Сам признался! А я, а мы!

Человек воспитанный и нормальный мое объяснение понял бы. Что я не справлюсь с Заком физически, а Лайелл мне не подмога. Делано нормальным человеком не был. Очень не повезло.

— Вот как, — хмыкнул он. — Тогда в обмен на услугу.

«Пинка тебе могу дать», — мысленно пообещала я, и снова пришел Зак, и я натянула на лицо неестественную улыбку, Делано растянул губы, вроде как он в полном восторге от всего происходящего, а Лайелл… беззвучно ржал, судя по тому, как плечи его тряслись.

— Что вы хотите? — набычилась я, когда Зак исчез. — Цацку какую-нибудь? Ну давайте. Лайелл, ты как?

Братец неопределенно помахал рукой. Вот стервец хитрый, он-то что там еще задумал?

— Мне нужны птицы, — заявил Делано. — Но для того, чтобы я их получил, мне нужно заплатить сто двадцать три милли…

— Понятно, — перебила я. — Вы считаете, если мы с Островов, то едим устриц золотыми ложками, сидя на платиновых стульях. Забудьте. И наглость-то свою поумерьте, я ведь могу и охрану вызвать. А кстати, почему бы и нет?

Лайелл наконец соизволил обернуться к нам и благодушно разулыбался.

— Не стоит, Дэй, я уже вызвал.

«Так чего ты молчал!» — проорала я ему в мыслях и прочитала во взгляде ответ: «А мне весело!». Никакая телепатия нам не нужна. Весело ему… А мне нет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Зак пришел за последним чемоданом и вопросительно посмотрел на нас.

— Мы тут пока задержимся, — промурчал Лайелл. — Потом на такси доберемся. Доктор Крэсвелл хочет посмотреть на птиц, вот, хотим уломать неприступную миссис Ноу. Может, она без вас посговорчивее станет? До завтра тогда, увидимся.

Или я ошибалась, или Зак действительно грабить нас не собирался. А может, решил караулить такси. Но Лайелл-то вызвал машину с охраной — услуга в этих странах пусть недешевая, но востребованная.

— Вы в самом деле хотите на них посмотреть? — уточнил Делано, когда мотор машины Зака перестал быть слышен. — Или для красного словца?

— Или, — ответила я. — А чего вам так сдались эти птицы? Ах да, вы же преподаете биологию. Что, они какие-то уникальные?

— И да, и нет, — поморщился Делано, — но вам это все объяснять бесполезно.

— Ну, значит, никаких птиц, — отрезала я.

Во-первых, мне хотелось рассмотреть все драгоценности при нормальном освещении. Во-вторых, вот что Лайелл меня не остановил? Предатель! Брат еще называется!

— Я бы очень хотел посмотреть. — Ого. Что ты задумал, хитрая твоя морда? — Но мне туда не добраться. Дэй, хотя бы сфотографируешь?

Выражение лица брата говорило о многом. Очень о многом. О чем? То ли у меня голова пустая, то ли… А! Поняла. И кивнула.

— Конечно. С удовольствием.

— Тогда пошли?

Я поднималась следом за Делано. Нет, временами соображалка у меня отключается. Я же сама сказала — узнать, что ему надо, и не спускать с него глаз! Посмотрим на птичек, и станет понятно, что в них особенного. Лайелл умница, но он всегда у нас был мозговым центром.

— Миссис Ноу? — позвала я.

Тишина.

— Куда она делась? — скривилась я. — Здесь кроме этой комнаты еще помещения есть?

— Конечно.

— Ну идите ищите? — я раздраженно развела руки. Сейчас приедет конвой, то есть такси, а мне еще тут птиц рассматривать. — И что вы там собираетесь ей врать?

— Что вы милая, обаятельная и любите зверей, — со смешком ответил Делано. — Так что придется поумиляться. Умеете?

— Нет. Потому и сказала — врать будете. Мне эти ваши чирикалки…

— Вы опять? — раздался с порога громовой голос. Хотя бы искать никого не пришлось.

— Доктор Крэсвелл хочет посмотреть на птиц, — изрек Делано. — Вы же знаете женщин, упертые и… кхм, капризные.

На лице миссис Ноу появилась милейшая улыбка. Да-да, нашел что ляпнуть. Почему-то мне враз представилось, как мистер Делано, сверкая штиблетами, отправляется в полет со второго этажа. Она чемоданы одной рукой таскает, чем ты думал?

— А и верно, — вздохнула миссис Ноу. — Такие уж мы. Упертые, капризные, бестолковые дуры. Даже если и доктора наук. Верно, доктор Крэсвелл? Поэтому вам я все покажу, а мистер Делано тут пока посидит…

Вот чего угодно он ожидал, только не этого. Но куда теперь давать задний ход? Головой надо думать хоть изредка, а не только в нее регулярно есть.

Миссис Ноу поманила меня за собой, деваться мне было некуда. Птицы так птицы. Потом по сети поищем, что там за экспонаты.

Миссис Ноу достала из кармана ключ и вставила его в замочную скважину.

— Сидеть! — рявкнула она на Делано.

И мы вошли.

Я ожидала чего-то большего. А увидела обычные птичьи клетки в полумраке, в них попугаи, яркие, но не так чтобы прям ах, мелкие, крупные, одна клетка — одна птица.

— Ну вот они, — сказала миссис Ноу равнодушно. — Сейчас орать начнут.

— Почему? — спросила я.

— Такая природа. Всегда орут. А что вы хотели?

— Сфотографировать. Можно, да? Мой брат хотел бы посмотреть, но он сюда не поднимется.

— Да пожалуйста, — разрешила миссис Ноу. — Ничего в них такого нет, просто ручные, и то не все. Вот к этому палец не суйте, клюется.

Есть какая-то поговорка, типа «влез, так не жалуйся». Я принялась с увлечением фоткать клевучего попугая. Он как-то очень дружелюбно был настроен, все лез ко мне ближе, но я была предупреждена. В какой-то момент я все равно потеряла бдительность, и тут же здоровенный клюв сомкнулся в том месте, где только что был мой палец.

— Да я тебе сейчас все перья выдерну, — пригрозила я. Второй попугай, совсем маленький, эту угрозу, наверное, на себя примерил, потому что как только я подкралась с телефоном, сразу запрыгнул в гнездо и выставил только хвост. Хвост так хвост, может, поисковик и опознает… И хотя у меня было сильное желание вытащить попугая за этот хвост и нафоткать вдоволь, я этого, конечно, делать не стала.

Третьей птице было вообще все равно. Она смотрела на меня так, словно давно постигла суть бытия и мою натуру в частности.

— А это самец?

— Да. Здесь все самцы.

Этот был самый неинтересный. Только что здоровый, но таких я везде видела. Гадят и орут, это правда. Сейчас молчали, может, потому, что все-таки было душновато, а может, света им еле хватало.

— А тут окно открыто, — обратила я внимание на странность. А говорила — дед боялся сквозняков.

— Так пришлось, — безразлично отмахнулась миссис Ноу. — Этот Делано деньги когда оплатит, а кондиционера-то нет, а тут жарища, им тут вообще невыносимо. Вот пригласила плотника и открыла.

— Угу, — пробормотала я и подошла к последней клетке. Пустая. Вроде бы. То есть птица в гнезде сидит и мне ее отсюда не видно. Но мне нужны были все попугаи, поэтому я, оглянувшись на миссис Ноу, подергала кольца каких-то игрушек, закрепленных на клетке.

Что?..

Я чуть телефон не выронила от неожиданности. Дед что, реально из ума выжил?

Это был не просто плевок… Я даже не представляла, как скажу всем родным. А начать мне придется с Лайелла, и будет очень нехорошо.

Потом меня прошибло ледяным потом. С ног до головы. Клетка. Птицы и клетки. Стоимость птиц вместе с клетками… и остальным оборудованием.

Как такое вообще возможно? Он знал! Проклятый Делано знал! Хотя нет, зачем ему эта… в принципе, ерунда?

— Бимпо!

— Куда! — коршуном рванулась к двери миссис Ноу, а Делано таким же зверем подлетел ко мне. Нет, к клетке, но за собственную жизнь я успела трухануть порядком. — Бимпо! Где он?

Вот еще немного, и он бы схватил меня за грудки. Но я была в таком шоке, что трогать меня не рекомендовалось. Делано сцапал клетку, встряхнул ее, игрушки и наша бесценная реликвия призывно зазвенели, попугайское гнездо свалилось на дно клетки, а дверца захлопала. Туда-сюда.

— Где он?.. — простонал Делано и закрутил головой. — Окно?.. Кто здесь открыл окно?

— Я открыла! Пока птички не стали жарким! Попугаи, конечно, живут лет тридцать, но вас они точно не дождутся! Наследничек! Голодранец! Вон пошел! — и миссис Ноу попыталась ухватить Делано за рукав и вывести, но по-моему она собралась это делать зря. Я даже клетку у него забрать не решалась — столько отчаяния было на его физиономии. Со всей дури еще размозжит себе лоб о стену с разбегу — вон какая тут подходящая, бейся не хочу.

Но Делано поставил клетку сам и бросился к окну.

— Нет! Стой! Куда? — завопила я. — Придурок, тут всего второй этаж! Акт… — Да он еще и лягается! — Кому нужен этот твой выпендреж? Держите его за задние ноги! Да куда ты собрался, у тебя хоть страховка-то есть?

— Бимпо-о-о! — безнадежно ревел Делано в бархатную ифрикийскую ночь. Да, если выбраться в саванну, там звезды раскинуты по всему небу. Красота. — Би-и-импо-о-о!

— Проваливай! Нечего тут орать! Люди спят давно!

— Что ты так убиваешься, ты же так не убьешься… ай! Да я тебя сейчас сама из окна выкину!

— Бимпо-о!..

— Что у вас там происходи-и-и-ит!

Да апокалипсис у нас, дорогой братец. Все закономерно.

— Тени, хватит орать! Хватит! Стой! У меня к тебе есть предложение! Деловое!