Эпилог

Странно было бы, реши мы играть большую свадьбу. И не в возрасте и не тратах дело – просто… Я вот слабо представляла себе удовольствие от всей этой торжественности, пафоса и суеты. Мы с Андреем решили отпраздновать заключение брака спокойно, тепло и душевно, только с самыми близкими людьми и в значимом месте.

- Оля… - потерялась от такого известия мама, - ты же много раз там была.

- Раз десять – точно, - пришлось признать, - но ни разу так, как мне бы хотелось – не спеша, с толком и вкусом. Мы же всегда туда – наскоком. Утром примчались, пронеслись ураганом, убивая ноги. А уже вечером - домой и безо всяких сил. От усталости мозг вырубается, впечатления теряются и не смакуются в процессе… разве только в самом вначале. Потом просто тупо смотришь, думая о еде и туалете. Нет, мам… наконец-то я нашла себе единомышленника. Да пускай просто в угоду мне Андрей согласился и нещадно себя ломая – я этим воспользуюсь и момента не упущу. И мечту свою многолетнюю – исполню!

- А не хотелось бы тебе чего-то такого… экзотики, к примеру? – осторожно вызнавала мама.

- Лариса советовалась? - поняла я, - хорошо – спросила и у меня тоже. Скинулись бы нам на Мальдивы или что-то подобное, так? Мам… Андрей платит сейчас миллионные кредиты. Через два года все это потечет уже в карман… пускай что-то уйдет на усовершенствования, персонал – и все равно! Что-что… а поехать посмотреть на экзотику нам точно хватит. Сейчас же, пока он готов пойти мне навстречу просто потому, что на все сейчас готов… мы едем в Пушгоры. И вы вместе с нами.

- Мне тоже там нравится, только будем сильно зависеть от погоды.

Естественно.

Но я и это предусмотрела – погода установилась ровная и не слишком жаркая. Там вообще какой-то свой микроклимат – способствующий. Привычные деревья пышнее и выше, а цветы будто ярче и душистее. Я всегда любила это место и очень сильно. Хотелось, чтобы и Андрей полюбил. Если не так же, то хоть вполовину.

И свершилось: нами снят был на сутки большой гостиничный коттедж в Бугрово, заказан праздничный обед, а потом и ужин на открытой террасе – на двенадцать человек. И кружевное платье в пол у меня было - сливочного оттенка, и праздничный макияж и прическа.

В Питерский ЗАГС я ходила тоже при параде, но более привычном, что ли? Белый костюм, пенная шифоновая блуза, тонкий высокий каблук в туфлях ей в тон. Андрей – в красивом костюме. Из гостей только все свои – двенадцать человек, в число которых теперь входил и будущий наш главбух – уютный и дотошный Михаил Яковлевич. И Саша Дробан, и невеста Андрюшиного сына Маринка. Там тоже, похоже, все шло к свадьбе. А мой Вадим с этим не спешил и приехал один.

Все было замечательно и в меру торжественно – поцелуй, кольца, поздравления потом – теплые и сердечные. Здорово было, но я ко всему этому хотела еще и чуточку сказки, и капельку волшебства - и не только для себя, но и для мужа. Поэтому и платье это кружевное в пол, и прическа не с буйным, а романтическим уклоном. Хотелось поразить его, удивить, очаровать, утвердить в том, что выбрал он правильно и не только душой, но и глазами. Хотелось выглядеть принцессой, красавицей!

Все остальное мы с Ларисой тоже продумали.

Гитару я с собой взяла и даже пианино в гостинице было, так что музыкальное сопровождение мы себе обеспечили. И был у нас целый день для неспешной прогулки по небольшому парку Михайловского имения - после вкусного обеда, а вечером планировалось уже настоящее торжество и праздник.

Мы все подготовились и переоделись к торжественному ужину - на свежем воздухе террасы за изысканно накрытым столом. При свечах и фонариках, с шампанским и салютом, с песнями потом под гитару и поцелуями под «горько», до сих пор уносившими мой мозг в счастливый круговорот.

Наше с Андреем первое признание друг другу получилось немного скомканным и смазанным. И хотя все получилось очень ко времени и на сильных эмоциях - почти на разрыв, но мне хотелось привнести в нашу историю, в самое ее начало еще и чуточку сказки. Все девочки их любят... и даже в шестьдесят с хвостом, как мама и Раиса Яковлевна – обе в длинных платьях, красиво причесанные и накрашенные… всем нам хотя бы иногда нужна капелька сказки. Даже если мы скрываем, прячем и даже давим в себе эту потребность, считая, что не по возрасту и статусу.

У нас все получилось, как я и мечтала – тепло, искренне, с радостью и по-домашнему уютно. А где-то даже спокойно. Так замечательно чувствуешь себя только рядом с родными людьми – расслабленно получая удовольствие от доверительной обстановки и испытанного общения, разговоров на действительно интересные темы. А еще и радостного предчувствия и предвкушения того, что обязательно случится дальше. Потому что я точно впечатлила мужа своим новым образом. Он шептал мне об этом на ушко, а я потерянно оглядывалась, краснела, сжимая колени и только просила:

- Тише ты, тише, пожалуйста…

И дальше тоже … На следующий день после обеда коттедж мы сдали и перенесли вещи в номер на двоих. Гостевой кортеж из восьми автомобилей отчалил, и мы с Андреем остались одни. Это имело бы смысл и радовало в любом случае – и в шалаше тоже, как говорится. Но и антураж немало значил - высокий уровень сервиса, вкусная еда и удивительная красота мест, которые мы не спеша обошли за оставшиеся пять дней.

Святогорский монастырь, музейный комплекс в Бугрово – деревня Пушкинских времен, Михайловское, Петровское, Тригорское… впечатление от этих мест было всегда разным, это я заметила еще раньше. Зависело от времени года, погоды, настроения, компании… Мы с Андреем обошли всё пешком, натянув на себя удобную спортивную одежду и кроссовки. На плечах мужа в небольшом рюкзаке – плед, репеллент и бутылка с водой. Больше ничего и не нужно было, даже томика Пушкинских стихов, чтобы вспоминать их к месту. Те, что действительно к месту, выбиты были на камнях, установленных в местах с самыми удивительными видами. Скамеечки возле них, простор, запахи лета… и мы – в два голоса и с выражением читающие высеченные в камне строки:

- Вот холм лесистый, над которым часто

Я сиживал недвижим – и глядел

На озеро…

Прикрыв глаза, я легко достала из памяти продолжение – не впервой здесь сидеть:

- … воспоминая с грустью Иные берега, иные волны… Меж нив златых и пажитей зеленых Оно, синея, стелется широко; Через его неведомые воды Плывет рыбак и тянет за собой Убогий невод. По брегам отлогим Рассеяны деревни — там за ними Скривилась мельница, насилу крылья Ворочая при ветре…

Мы немного помолчали, глядя на ту же мельницу и озеро. Проходили люди – вверх по склону к имению, шли вниз – уже побывав там и делясь впечатлениями. Я уловила слова какой-то женщины, с трудом оторвавшейся от вида на луга и реку:

- Неудивительно… в такой красоте только стихи и писать.

Я была и согласна с ней, и нет… и не вспоминала с грустью иные берега и иные волны. Мне повезло встретить любовь еще раз - при обычных, казалось, обстоятельствах и даже буднично. Она потихоньку пробиралась в сердце, несмело давая знать о себе уколами ревности и погружая в странное состояние… У меня будто глаза открылись, я увидела какой же он красивый - не мой тогда еще Андрей! И даже если не в общепринятом смысле… но как же он мне нравился! А как бесил? Работоспособность его удивительная – я по-хорошему ей завидовала. И скромность его, беспонтовость… уважала за это. Ценила ум и хватку. Да просто – нравился! Не мог в моем возрасте и с моим опытом человек нравиться просто так. Вначале я оценила его разумом, а уже потом разрешила себе - так как-то?

И хорошо, что сложилось, как сложилось и он проявил настойчивость, иначе и не знаю… Так что можно плюсовать сюда еще и благодарность – за то, что не отступился, что не испугался связаться с дурной, упертой бабой. Что любил так долго несмотря на то, что видел и понимал это.

Сейчас он уже был моим – весь. И смотрела я больше на него, чем на знакомые уже пейзажи - красавец... в чуть тесноватых джинсах, светлой футболке. Так бы и съела!

- Вернемся? – поиграл он бровью.

- Маньяк! – фыркнула я и отвела наконец взгляд.

- Это еще – кто из нас? – уверенно повел он меня по дорожке, а потом и тропинке вдоль озера.

- А куда это мы?

- Ты слашала экскурсовода? Здесь Пушкин бегал каждый день в Тригорское, на свидание к Керн. Мы что ли не осилим?

- Так он на крыльях любви… мужику припекало.

- А мы – не спеша.

Тригорское в этот день мною как-то не планировалось. Ему стоило посвятить отдельный день – с утра и до вечера. Я уже и точку там нашла, где можно будет слегка перекусить, и время приблизительно рассчитала.

- Зачем откладывать назавтра то, что можно и хочется сделать сегодня? – пожал муж плечами. И я опять залипла, глядя, как играют мышцы под слегка влажной от пота тонкой тканью.

- Так что - возвращаемся? – притянул он меня к себе, наклоняясь и прижимаясь виском к виску. Дохнул в ухо, поцеловал щеку. Я обняла его за пояс, постояла так и подумала…

- Не дразнись. Ладно... пошли в Тригорское.

Взять экскурсию по дому мы еще успели. На большее не хватило времени – вечерело и имение закрывалось для посещений.

- Не страшно – завтра вернемся и все посмотрим, - остановившись у огромной карты-путеводителя при входе на территорию усадьбы, сделал выводы Андрей: - Здесь время и время нужно.

- Да – парк тут самый большой и самый красивый, наверное. Я все сама тебе расскажу - и о дубе, который с котом ученым, и о прудах, где мочили лен… - зевнула я. Хотелось уже помыться, поесть и уснуть. Просто уснуть сегодня на удобной постели со свежими простынями. Обнявшись, само собой.

Проходя мимо будки охраны, я будто споткнулась, как толкнуло что-то – мысль? Дурная, авантюристская. Заглянув в будку, спросила наобум:

- А нельзя ли за отдельное вознаграждение разрешить нам прогулку по ночному парку? Настроение, знаете… новые впечатления. И все такое…

Мужчина колебался недолго. Потом кивнул и нажал кнопку рации:

- Миш, парочка погуляет вечерком…? Да нет – я тут как раз подожду, проконтролирую… До двенадцати вам хватит? – смотрел он на меня.

- Ну да! – взглянула я на мужа. Он улыбался. И я заулыбалась – мне сейчас, похоже, можно всё. Как потом будет – посмотрим, но сейчас он согласен на все для меня, даже кормить собой ночью комаров.

- У нас репеллент, Андрюш, - напомнила я, - и плед на плечи, если станет прохладно. Сколько я вам должна? – вернулась я к охраннику.

- Нисколько. Все равно сегодня нужно задержаться – про своим делам, - отмахнулся он, - гуляйте, только не шумите. А если мед у меня возьмете – вообще будем в расчете. Тут – трехлитровка. Хороший мед. Производства здесь никакого нет, чисто, так что и мед – путем.

- Хорошее предложение, было у нас такое в планах, - обрадовался Андрей, - сколько с нас?

Потом мы подошли к закрывающемуся уже сувенирному магазину и купили там расписной пряник чтобы перекусить, запивая водой, если вдруг проголодаемся. И вернулись на территорию имения, сразу уйдя направо. Долго сидели на скамейке напротив городища Воронич и любовались видом на сам холм и засыпающую долину Сороти. Звенели недовольные комары, пели сверчки и вместе с темнотой на нас опускалась прохлада. Вначале мы просто обнимались, а потом и целовались – без напора, не спеша, очень чувственно и нежно. Замирали потом, прижимаясь щеками. Было жарко и настолько хорошо! А в какой-то момент я закрыла глаза, понимая, что блаженно уплываю… почти сплю уже.

- Э, нет! Подъем! – поднял меня с лавки Андрей и повел по дорожке вдоль обрыва: - Инициативная ты моя… рассказывай давай – о дубе с котами, льнах и чего там еще? Давай! Так, как сейчас, больше не повторится, уже не будет.

- Ты понял меня, - с облегчением выдохнула я, - и в этом тоже. Повезло мне с тобой, Андрюш.

- Понятное дело, - покладисто согласился он, накрывая нас пледом. По узкой тропинке мы прошли луг, путаясь ногами в прохладной некошеной траве, и нырнули в тень парка. Расширяясь в дорожку, тропинка провела нас вокруг помещичьего дома и тихо повела по холму вдоль реки. Так хорошо было здесь - в темноте и тишине, под пение сверчков и совершенно вне шума цивилизации. Идти вот так, прижимаясь друг к другу и слушать тишину, легкий шум собственных шагов и даже дыхания.

- Здорово, да? - шепнул Андрей. Говорить здесь и сейчас громко и мне казалось кощунством.

- Я давно мечтала, – призналась я, - но сейчас это вообще что-то! В разы… Бывает у тебя, когда слов просто не хватает?

- Сейчас – так и есть, - расслабленно ответил он, - с ума сойти – приключение. Но завтра проведешь везде, где обещала.

- Ну, раз обещала… - запнулась я взглядом о белое пятно. Это была скамеечка Онегина - вольно поименованная.

- Андрюш... – загорелось у меня в известном месте, - тут заборчик из лозы – осторожнее. Перебрось меня, самой не переступить – высоко. Хулиганить будем - это запрещено, проход то есть туда запрещен, даже табличка такая есть. И осторожнее – тут ветка... ствол лежит низко, - шептала я, пробираясь к скамеечке Вындомского и садясь на прохладные, крашенные в белый цвет доски.

- Штрафонут, если поймают? – сел рядом Андрей и сразу обнял меня, опять укутывая пледом и собой.

- Наверное... если поймают. Госсподи… - простонала я, - как же здорово! Натопталась.

- Да уж, - шепнул он мне в висок.

Внизу под обрывом легко угадывалась река, отражая лунный свет. Орали дуэтом со сверчками лягушки, а комары уже вроде как смирились. Теплая рука на моих плечах давала чувство защищенности и покоя. Момент был такой – полного счастья, наверное… Все было слишком – на грани буквально. Я довольно притихла и замерла, и даже глаза прикрыла, смакуя момент.

И вдруг рука на моем плече резко и сильно сжалась, возвращая в реальность. Андрей громко вздохнул, прижав меня так сильно, что я совсем очнулась.

- А?

- Оля… - только и смог он, показывая взглядом.

Я медленно обернулась, и прошлась взглядом по высокой – метров четырех, призрачной фигуре… Мужчина в темном плаще, спадающем с плеч, склонял к нам большое улыбающееся лицо и смотрел так... будто с вопросом.

И мне бы встать, спросить его! Так о многом спросить: что ты такое, от кого ты к нам… или «вы»? Кто посылает вас к нам, разрешает это и зачем вообще? Зачем было то, что случилось со мной? Ведь должен же он знать! Но ноги, да и все тело ослабело, мысли плыли. Меня только и хватило на то, чтобы сказать:

- Здравствуйте, Александр Максимович.

Получилось даже не торжественно, как нужно бы - скорее вежливо. А призрак перевел взгляд на Андрея. И тот тоже… так же уважительно произнес:

- Здравствуйте, Александр Максимович!

Вындомский кивнул и медленно обратился взглядом к темной реке – луна скрылась и стало как-то совсем темно. И даже лягушки заткнулись, даже сверчки притихли. Призрак тихо истаял, сливаясь с темнотой.

- Это просто пиз...ц какой-то! - выдохнул муж, начиная дышать.

- Тише! - испугалась я. Хотя-я…он же тоже мужик – явно позволял себе при жизни, так что всяко поймет.

- Оля. Что. Это. Было? – четко выразил мысль Андрей.

- Знак, похоже… - осмысливала и я, - чтоб мы знали - жизнь не заканчивается со смертью и что… Я ездила в Англию искать твоей любви, Андрюша, - вдруг решилась я, - я все тебе расскажу - завтра... утром. А там... в заповедном лесу живет вот такой же товарищ и занимается он тем, что испытывает на силу любовь. Его можно просить о ней, а он уж сам решает – подарить ее или убить за такую дерзость – король как-никак. Я хотела просить его, чтобы ты полюбил меня – так же сильно, как я.

- Ну да! – дернулся он.

- Ну да - не поняла, не увидела. Но меня извиняет то, что я смело шла на это, понимая, что рискую жизнью. Понимая, что твоя любовь того стоит.

- Ремнем бы тебя - по заднице... если все так. Спасибо, Александр Максимович... или кто там, что в живых оставил, – пробормотал Андрей и поднял меня со скамьи.

- Пошли, нужно прийти в себя. Как-то тут... И человек нас ждет.

Мы забрали у охранника свою банку с медом и не отказались от его предложения подвезти к гостинице.

Засыпая после душа, как и мечтала – в обнимку с мужем, я опять благодарила всё и всех… Все известные силы сонно благодарила за то, что дали мне его, что у нас получилось, что все вот так... и пускай бы - подольше, а лучше - вечно. А почему - нет?