Эпилог

— Это серая хворь, дона Ниара, — с надломом в голосе сообщил лор Гордрит. — Проверка Силы показала низкий уровень, это не грариены. У лера Кансира, к моему неимоверному сожалению, серая хворь.

— Лор Гордрит, выйдите, пожалуйста! — взмахом руки отослала лекаря, близкого мне по духу, разделявшего все мои стремления вот уже несколько лет.

Я вызвала лора из Альериса — города на границе с пустошами, где строился большой больничный комплекс. Лор Гордрит должен принять на себя управление, нанять лекарей, а пока он заведует школой травников и будущих лекарей в городе.

У моего сына серая хворь, — билась в голове страшная мысль. Проклятие несчастной хитайи, чей сын от этой же заразы умер у меня на руках сбывается. Отошла к окну, прислонившись лбом к холодному стеклу, руками уперлась в раму. Кровь стучала в висках, не давая сосредоточиться. Воспоминания не давали покоя. Несмотря ни на что, я рискнула, думала, переиграю судьбу. Мальчик погиб в страшных мучениях у меня на руках.

Есть кое-что, что я скрываю ото всех, дабы не вызвать страха к себе и неприязни. Мой ментальный дар после обряда усилился. Я легко могу отдавать мысленные приказы любым живым существам. Не только маленьким созданиям, но и хитарам. Такой дар — невероятная редкость. Ранее носителей подобной Силы держали под стражей, они не принадлежали себе, не могли иметь семьи, их боялись. Даже Эймерас не в курсе этих моих способностей. Именно ментальным даром я пыталась вытащить червя у того несчастного мальчика. Все шло по плану, но потом какой-то резкий звук отвлек меня на секунду, червь вдруг дернулся и… Не хочу вспоминать. До сих пор в ушах стоят крики несчастного ребенка и его матери.

Я не могу рассчитывать ни на кого, не могу никому открыться. Да, сейчас меня любят, но как мало нужно, чтобы хитарам в голову пришла идея, что эта любовь навязанная, что я ими управляю. Близкие станут сторониться меня, опасаясь воздействия. Нет, я не могу рассказать об этом.

После обряда не только ментальный дар усилился, провидческий тоже. Мне не нужно касаться хитара, чтобы увидеть его будущее. Я вижу одновременно сотни нитей, опутывающих всех вокруг. А когда была беременна Кансиром, видела и его нить, хотя он тогда еще даже не родился. Но я по-прежнему не вижу ни своей нити, ни Эймераса.

Кансир — мой старший сын. Ему всего пять, Рисару год. Когда Рисар родился, я видела, как он держит на руках маленькую девочку, златокудрую, как и ее отец. У нас с Эймерасом будет еще и дочь. Так странно, Лерика еще не просто не родилась, я еще даже не беременна, но уже знаю, кто ее судьба, с кем она пройдет обряд и будет счастлива. Это просто удивительно, иногда пугающе, но это моя жизнь.

Отец так и не прошел обряд с Сирисой, они живут в Риго, из дома в Торроне переехали по просьбе доны. Все там слишком напоминало ей о моей маме, да и папе, видимо, тоже. Зато мы часто видимся.

Лита меня бросила! Прошла обряд с Джорком через неделю после нас с Эймерасом, родила ему уже троих маленьких хитарчиков, одному из которых, кстати, предстоит стать следующим повелителем, и вся эта дружная семья уехала в Аррагионские пустоши. Пустоши только недавно вновь вернулись в состав империи, а Джорка Эймерас назначил наместником тех земель.

За эти годы под руководством неравнодушного императора многое изменилось. Цвирков в империи всегда было достаточно, нужно лишь было направить их в нужное русло. А хитаров, желающих работать на благо своих родных и империи и подавно хватало во все времена! Им нужно было лишь дать такую возможность.

В планах, которые мы с Эймерасом обсуждали полностью убрать детей с улиц. Уже сейчас начинает действовать имперская программа помощи семьям, которые берут на воспитание сирот. Одновременно с тем строятся учебные заведения для таких детей. Что-то вроде пансионов, где они станут жить и учиться. Ситуация, при которой малыши умирают от голода и холода на улицах империи недопустимы! Во дворце, кстати, тоже уже поселили четырнадцать детей, большей частью аррагионских, оставшихся без родителей по той или иной причине. Они обеспечены всем необходимым, получают профессию под руководством дворцовых служащих. Двоих мальчишек лор Гордрит забрал к себе, увидев в них перспективных лекарей.

Аптеки и лечебницы стали открываться повсеместно. В ближайших планах открытие таких заведений в каждом, даже самом крохотном городке. Чтобы хитары могли вовремя получить помощь и не умирали от элементарных недугов.

Но вот этот недуг, поразивший моего сына — серая хворь, не лечится никакими травами. Паразит. Чаще всего поражает совсем маленьких детей. Они умирают во сне, безболезненно. Только вот меня это категорически не устраивает! Своего сына я не потеряю! Не таким образом, не сейчас.

Известно, что паразит впрыскивает яд сразу же, едва почувствует постороннее вмешательство. В ситуации с малышом Илрисом, который, к сожалению, погиб, я сумела удерживать сознание паразита достаточно долго, он сорвался уже в конце, быстро ввертевшись в мозг ребенка. Отсюда невероятное количество крови. Задышала глубже, отгоняя непрошенные воспоминания. Тот день мне не забыть никогда, с этим нужно просто смириться.

— План такой, лор Гордрит, — снова пригласила лекаря в кабинет. — Известно, что паразит живет практически снаружи, не заползая внутрь головы. Мы его достанем. Вместе. Вы и я.

— При всем моем уважении, дона Ниара, боюсь, это слишком жестоко, обрекать лера Кансира на подобные мучения. Тем более, что результат вам скорее всего не понравится.

— Мы справимся, лор Гордрит, — твердо заявила лекарю. — Я знаю!