Глава 41 – Растерзать
Ночь... Стрекочут сверчки.
Купальник сохнет, я - в тельняшке Бьянко. После всех банных экшенов и купания в пруду обессиленно падаю прямо в предбаннике на диванчик. В голове абсолютно пусто, как в степи до самого горизонта. И кажется даже, спроси: как меня зовут - буду долго вспоминать.
Чувствую, как Бьянко накрывает меня одеялом.
И даже снов нет. Просто плаваю в расслабленности.
Прохладный ночной ветерок, проникающий в открытую дверь, разбавляет густой запах мокрой листвы от веников.
Я уже забыла, когда так уютно и спокойно спала...
Внезапно подлетаю от треска за стеной в парилке.
Хватая подушку, как в детстве прихватывала с собой мягкую игрушку, которую обнимала во сне, с колотящимся сердцем вылетаю из бани.
С подозрением смотрю в черный проем. У двери шорох и какое-то движение в темноте.
Боже!
Отлетают ещё подальше.
Как там? Нечисть всякая, вот! Нельзя же в баню ночью ходить, я точно помню.
На помосте мелькают огоньки сигарет. Сжав подушку покрепче, босиком иду в сторону мужчин.
- Уснула? - разливает в рюмки Илья.
- Ага...
- Хороша девочка. Сильно нажестил с ней ублюдок этот?
- Сильно - не успел. Вовремя вышли. Но напугал...
- Надо было ее в дом к Эле на диван увести, - поднимает рюмку Макар.
- А я может не хочу ее - к Эле. Я может сам с ней хочу спать! И она со мной тоже хочет! - сердитый голос Бьянко.
- Ой, ну всё, успокойся. Кувыркайтесь на здоровье. Благословляю, - чокаются. - Все нормально у вас. Девочка "упругая", не безропотная. И с критическим восприятием - нормально. Вон, за самогон отхватил, например, да и дальше даже под давлением пить отказалась. Это хороший признак. А невроз, он…
Вроде бы и на русском говорят, а попробуй разбери о чем! Застыв, стою за их спинами.
- Взгрел мне психику... - недовольно бормочет Бьянко. - Я теперь сам во всем второе дно ищу. Как теперь понять, что всё искренне, а не вынужденно?
- Вот как начнет за тобой с матрасом бегать, значит, искренне, - смеется Муромец. - А пока ты за ней - значит, не дорабатываешь.
Гера оборачивается, встречаемся взглядами.
- А с подушкой - считается? - смеётся он.
- Ну, если под бедра... Можно и с...
- Э! - толкает его плечом в плечо Бьянко. – Без фантазий тут!
- Господа гусары, молчать! - шикает на них Гера.
Оборачиваются все. Сжимаю машинально подушку, прижимая покрепче.
Все прокашливаются, пряча смех.
Мое лицо горит от смущения. Ведь явно что-то было скабрезное!..
Бьянко подлетает на ноги.
Подходит, бережно поправляя мою прядь, упавшую на лицо.
- Бьянко... - оглядываюсь я с опаской. - Я боюсь. Там кто-то есть! Пойдем.
- Откуда там?..
- Не пойду одна! - шепчу, распахивая глаза. - Там... нечисть ваша!
- Илюха, ты чего там нечисть расплодил-то? - смеётся весело Бьянко. - Подсматривают там всякие за девочками. Пойдем...
Ведет за талию.
- Хочешь, в дом тебя отведу?
- Нет! С тобой! - сжимаю его руку. - Останься.
Подхватывая под бедра, поднимает и заносит в баню обратно.
Включает фонарь на крыльце. Поднимает с пола упавшие с вешалки куртки.
- Их напугалась?
- Там треск... - киваю на закрытую в парилку дверь.
- Это камни в жаровне лопаются иногда.
Мне становится стыдно за свою панику.
- Bene... - неуверенно киваю я.
Но так не хочется, чтобы он уходил!
Обнимая его за шею, целую в колючую щеку.
И тут же оказываюсь втрамбована в стену. Его язык с привкусом спирта и меда проникает глубоко мне в рот, вырывая из моего горла стон.
Его ладони, скользящие по моему телу заставляют меня тут же кипеть в местах горячих прикосновений.
Я чувствую, что он пьяный, когда сливаюсь с ним в поцелуях. Хотя ещё мгновение назад, мне казался он совсем трезвым.
А сейчас он такой несдержанный... нахальный и немножко грубый! Но это не пугает. Его грубости - в порывах! И густо смешаны с нежностями. Да и к тому же, я точно знаю, чем мне это грозит, и что он будет делать со мной дальше. И мое тело пульсирует, желая этого.
Это как играть с огромным Ханом - он может тебя завалить, раздавить, прикусить... Но это все не больно, а просто баловство. Хотя и играет на нервах.
Бьянко кусает мою шею, сжимая до лёгкой боли за ягодицы.
- Скажи мне, что хочешь меня... - лаская ушко, пьяно шепчет он.
Отстраняется, заглядывая в темноте мне в глаза.
- Секс? - шепчу я в ответ.
- Неа... - качает головой. - Хотеть секс - это когда неважно с кем. А когда важно, то... "Я хочу ТЕБЯ", - двигает губами по моим. - Вот так...
- Я... хочу... тебя... - рисую пальчиком над резинкой его штанов.
- Тебе хорошо со мной? - терзает ушко, заставляя задыхаться от головокружительных ощущений.
Мои колени подкашиваются, мне кажется я ещё пьянее, чем от спиртного с ним! Хрипло что-то бормочу ему на итальянском.
- Con te sto... bene...
- Язнаю... Чувствую! Иди ко мне...
Развернув, упирает мои ладони в стену.
Задирает тельняшку.
Стоя?!
- Бьянко!..
- Ччч....
Ощущаю его раскалённый член между бедер.
Вскрикнув, сжимаюсь. Это ощущение все ещё пугает!
Теряя голос, шепчу ему:
- Alt!... Attendi...
Ну есть же диван! Как это по-русски?!
Пытаюсь увернуться.
Стискивает!
Вдавливая меня телом в стену.
Вдыхаю поглубже, гася панику. Он не сделает ничего плохо... Обнимаю одной рукой его за шею, упираясь второй в стену.
- Да, детка...
Он только скользит по влажной плоти и не входит в меня.
Это так приятно...
И что-то такое шепчет мне, от чего я превращаюсь в оголённые нерв на грани взрыва.
- ...растерзать мою сладкую зайку... - зубы скользят по загривку, прикусывая. - И ротик твой горячий...
Зажимая мне ладонью рот, врезается членом.
Со сдавленным воплем вцепляюсь коготками ему в шею.
- Вот так!.. Расслабься... - ласкает языком ушко. - Не бойся... Всё хорошо...
Рывки бедрами и резкое болезненное растяжение оглушают, заставляя подниматься на цыпочки. Наши стоны смешиваются... Его – такие проникновенные, что я вся в мурашках! Рефлекторно сжимаюсь, чувствуя, как его член невыносимо распирает меня изнутри. И зажмуриваясь, ощущая, как бесконтрольно дрожат мои бедра. Снова захлебываюсь и растворяюсь в невыносимой сладкой волне. Слушаю, как замедляясь, пульс стучит в ушах.
С шипением выходит.
Развернув к себе, целует глубоко, что-то умоляюще шепчет мне в губы, настойчиво толкаясь языком в рот.
Я не могу разобрать ни слова, все ещё плавая в эйфории. И тут же, ничего не соображая, оказываюсь на коленях перед ним!
Рефлекторно упираюсь руками в крепкие бедра, ощущая, как обостряется его мужской запах.
И сначала между моими зацелованными губами ныряет его большой палец, давя на язык и обводя мой рот, а потом...
- Оу! - гаснет мой возмущенный вскрик от обжигающего рот проникновения.
В шоке впиваюсь коготками в его бедра, пытаясь отстраниться. Но его рука крепко держит меня за затылок, не позволяя.
- Мм... - слышу его мучительный стон. - Ещё, малыш... Вот так...
Подаётся вперёд, сжимая мою кисть на своем стволе. Головка растягивает щеку, скользя по зубам.
Задохнувшись, выворачиваюсь, выпуская член изо рта. В темноте только громкое сорванное дыхание...
Он сжимает крепче мою кисть на себе, двигаясь в кулаке.
Сглатываю, испуганно пытаясь распробовать вкус. Он... не отталкивает. Не так уж было и страшно. Просто неожиданно и шокирующе...
Его пальцы рисуют на моем затылке, снова вызывая мурашки по спине... и тянут меня ближе!
Член касается моей щеки. Все ещё ничего не соображая, закрываю глаза, я снова позволяю ему сделать это. На этот раз упираясь языком в головку, и не позволяя слишком глубоко двигаться к горлу. Игнорируя мою неуверенность, он двигается сам. Мой язык, губы ощущают форму - перепад от ствола к краю, шелковистость ее… и пульсацию.
Возбужденное шипение и его хриплые невнятные мольбы кружат голову.
- Всё-всё... - исступлённо шепчет он, сжимая волосы затылке.
Несколько раз входит резче, быстрее, увеличиваясь в моем рту и меняя вкус!
Выходит, обливая мою грудь вязким кипятком.
И через мгновение, я уже лечу навзничь на диван. Чувствую его губы между бедер...и как в меня врезаются его пальцы. Эти ощущения не такие оглушающие, как член. Гораздо мягче... Но также быстро вызывают томительное удушье и оргазм... И еще не отойдя от одних ощущений, я поглощена полностью новыми!
Дёргая ближе к себе джинсы, нетерпеливо вытряхивает из карманов презервативы вперемешку с конфетами.
О, нет... нет... нет...
Переворачиваюсь на живот, пытаясь смыться от его снова готового к бою члена!
Но тут же оказываюсь распята, просто лицом вниз. Как раз на подушке под бедрами.
И в этот раз он такой медленный... И я такая мокрая… Что мне совсем не больно. А его губы и пальцы такие ласковые на моей спине...
Это так мучительно-медленно-приятно... Что первый раз мне удается прочувствовать все детали происходящего, а не просто шок и оргазм. И я расслабляюсь полностью, позволяя ему просто двигаться во мне так, как хочет...
Засыпаю, вся словно изломанная и растерзанная, с ноющим лоном, горящими губами, но зацелованная им и заласканная. С обещаниями продолжить утром!
Мой гардемарин явно сошел с ума! Надо успеть сбежать до того, как он проснется...
И когда начинает светать, я заставляю себя подняться. Надеваю тельняшку. Закутываюсь сброшенным на пол одеялом, прихватываю телефон. И потихонечку крадусь на гамак.
Потому что мое тело точно не выдержит обещанного утра!
Прихрамывая, как беременная уточка прохожу мимо Ильи и Макара, пьющих за столом чай.
- Buongiorno...
- Доброе.
- А ты чего сбежала?
- Жарко внутри... - вру я, краснея.
Падаю на гамак и отключаюсь, держа в руке телефон.
Мне снится Бьянко...
В руке вибрирует телефон.
- Si... - не открывая глаз, отвечаю я.
- Замучил мою маленькую девочку... - сонно и сожалением говорит мне Бьянко. - Ну прости идиота пьяного... Вернись ко мне, пожалуйста...
- No-no-no... - улыбаюсь в полудрёме, скидывая вызов.
Уплываю опять в сон, чувствуя вибрации.
- Si... - сонно бормочу в трубку, досматривая сны.
- Я люблю тебя... Очень... ну я дурак… я больше не буду… вернись… Ti amo...
- Anch'io (я тоже)... - шепчу ему я.
Снова скидываю вызов в полудрёме.
И опять засыпаю. Телефон опять вибрирует.
Улыбаясь, подношу к уху.
- Si...
- Я найду тебя, маленькая сука, - сон смешивается с реальностью, я словно вижу глаза Варана, приближающиеся к моим. - И ты вернёшься на своё место, птичка!
Путаясь в одеяле, в ужасе и ничего не понимая, с воплем слетаю с гамака.
Телефон летит на землю. Моя нога цепляется за одеяло. Я врезаюсь в грудь Макара, который ловит меня.
Задыхаясь, в панике слепо смотрю вокруг, пытаясь в слезах вырваться из незнакомых рук.
- Аня! Ань! - встряхивает он меня. - Ты чего?? Ну-ка тихо...
Не сдержав эмоцию, истерично рыдаю, пытаясь понять - где я и что происходит.
- Ну всё... - обнимая, усаживает на скамейку под ошеломлённый взглядом Ильи.
- А чо происходит?! - слетает с крыльца полуголый взъерошенный Бьянко.
- Паническая атака у нас происходит... - недовольно вздыхает Макар. - Посмотри-ка кто звонил...
- Я звонил... - смотрит растерянно и виновато мне в глаза.
Отрицательно качаю головой.
- Анечка, ты чего?.. - присаживается передо мной, заглядывая в глаза. – Мы же с тобой говорили сейчас.
- Нет! - дрожащим голосом выдыхаю я.
- Может, приснилось?.. - хмурится Макар.
- Нет-нет...
Хотя и приснилось тоже.
- Да... - забываю я опять все слова на русском, не понимая, как объяснить. - И да... И нет!
- Беда... - ворчит Илья.
И они так смотрят на меня. С жалостью, словно я...
- Я не... сошла с ума!
- Ну конечно, не сошла... - гладит по плечу Макар и сверлит взглядом Бьянко.
Поднимаю телефон, показываю вызов.
Бьянко укладывает меня на гамак. Они тихо разговаривают за столом, обсуждают...
- После рандеву с медведем в лесу - улыбалась, а от телефонного звонка словила атаку, Белый. Ситуация пройдет, а атаки укоренятся. Валите больничку, а...
И опять ничего не понять!
Бьянко кивает.
- Мы съездим.