ГЛАВА 13
Васель подходит к машине. Черт возьми, ее машине! Той самой, которую для Влады арендовало на длительный срок издательство! И тут сердце уходит в пятки – из него выходит она… Ну как она… Из него выходит девушка с Владиной прической и цветом волос, в ее одежде! Она помнит это платье. Не новое, из «Зары», купленное года два назад, но очень удачное. Ее туфли! Ее сумка… Может она сошла с ума? Может это галлюцинация? Впивается глазами, почти вжимается в прохладное окно, словно может продавить его и выбраться наружу. Не может быть, не может… Холодеют руки от ужаса и неверия в происходящее. Ей плохо, несколько раз моргает… Но это действительно происходит вживую. Васель галантно протягивает руку той Лжевладе, целует в щечку, они мило беседуют по ходу движения, направляясь в сторону дома. Ее лицо закрыто большими очками, которых у нее никогда не было. И только они позволяют настоящей Владе понять, что то, что она видит – не плод ее воспаленного воображения. Эта женщина – та самая телка из кабаре, из – за которой она попала во все долбанные передряги… Все это действительно происходит здесь и сейчас. Ее копия направляется с ним в дом…
Воздух заканчивается в легких. Влада не может больше это терпеть. Подбегает к двери, дергает за ручку – заперто. Конечно, заперто. Сукин сын. Он будет трахаться с этой кабарешницей, а она сидеть здесь, кусать локти и лить слезы по своей разбивающейся жизни. Почему она в ее вещах? Что это за новая форма извращенства? Васель маньяк? Ее попеременно бросает то в жар, то в холод.
Резко открывает шкаф, начинает судорожно искать хоть что – то более – менее приличное из одежды, что можно было бы надеть и сохранить хотя бы остаток своего женского достоинства. Находит белое шелковое платье с большим разрезом в пол. Наверное, это комбинация, но пойдет и оно. Быстро накидывает его на себя, не думая о том, что разрез открывает ногу почти до трусов. Яростно нажимает кнопку вызова на внутреннем телефоне. Звонит на кухню, знает – там Суад, и эта система предусмотрена специально, чтобы можно было в любой момент вызвать в комнату прислугу, заказать то, что хочется…
Она отвечает почти сразу.
– Госпожа Влада, что – то хотели?
– Стакан сока, Суад. Как можно быстрее.
Через две минуты Влада слышит ее тяжелые шаги по лестнице и коридору до ее комнаты. Она знает, что времени у нее будет немного, надо действовать быстро и решительно. Затаилась за дверью, ждет. Слышит характерный звук размагничивания замка картой, служанка открывает дверь локтем, потому что в ее руках поднос, не успевает ничего понять, так как Влада буквально сбивает ее с ног и резко выбегает наружу, воспользовавшись парой секунд. Дверь захлопывается за ней и автоматически закрывается. Она внутренне торжествует. Пока Суад будет копошиться с замком и картой, Влада успеет пробежать весь лестничный пролет вниз, через черный ход на кухне выскочить во двор.
Девушка, как реактивная, несется наружу, хоть и босиком. Надеется, что они уже где – то уединились с этой шлюхой, что ему не до нее, что не столкнется с ними нос к носу. А если и нет, то хотя бы выцарапает им двоим глаза. Уж этого она точно не стерпит. Он не будет трахаться с бабами у нее под носом. Надеется успеть заскочить в одну из машин на парковке, их так много, что ключи почти всегда внутри салона, чтобы не перепутать.
Свет в конце тоннеля предательски манит. Никого нет ни в коридоре, ни на кухне, ни в фойе. Она почти у цели, на улице. Действительно, его Каррера припаркована у входа, не просто с ключами, она заведенная… Скотина, собрался куда – то ехать с этой шмарой? Подбегает к машине, дергает за ручку и к своему ужасу понимает, что она закрыта. Ее бьет дрожь, дергает снова и снова, почти в истерике, в то время, как чьи – то сильные руки хватают ее сзади.
– Влада, опомнись, ты что творишь?! – кричит ей Адель, с силой сжимая в своем захвате. Тащит обратно в дом, она брыкается что есть мочи, пытается больно пнуть его ногами. Разрез на платье теперь полностью распахнут, не скрывая ничего, в том числе и нижнего белья. Она сыплет на него все возможные ругательства на всех языках, а потом поднимает глаза и видит стеклянный взгляд Васеля.
Ее швыряют к его ногам, как шавку. Вернее, она сама, наконец, сумела вырваться из цепких лапищ Аделя, но сделала это неудачно, больно приземлившись на мрамор фойе. Быстро встает и обрушивается на Увейдата с кулаками, продолжая истошно материть их всех. Не чувствует боли, хотя должно быть больно и от своих же кулаков, и от удара об пол. А он не шелохнется, словно истукан. И тут видит краем глаза выходящую из соседней комнаты, стуча острыми каблуками, смотрящую на Владин спектакль с очевидным интересом, суку в ее платье. Крышу окончательно сносит, перекидывает свой гнев на нее. Кидается на нее, хватает за волосы, обзывает шлюхой и тварью, да и еще чем знает только.
Теперь уже Владу хватают сзади за шиворот.
– Успокойся немедленно, ненормальная! – шипит ей на ухо Васель, толкая на соседний диван, – ты что устроила? Как выбралась из комнаты?!
– Она обхитрила Суад, Васель, – слышит где – то сбоку напряженный голос Аделя, но Васель не реагирует, видимо, ждет ответов от Влады.
– Ненавижу! Урод! Выпусти меня отсюда и трахайся, сколько хочешь! Скотина!
– Заткнись немедленно, Влада! – громко и резко оборвал ее тираду Васель, – Дарья, извини за этот концерт.
– Дарья… Извини… – зло шипит Влада, – а передо мной извиниться не хочешь?
– Влада, перестань истерить! – снова твердо сказал он, наливая ей в стакан виски, – пей и успокойся, если хочешь получить ответы на свою эскападу. Или выметайся обратно в свою комнату и жди, когда за ответами уже приду я. И тебе это не очень понравится…
Сука Дарья криво усмехнулась, Влада ничего не ответила, прикусив язык. Смотрит волком, ждет объяснений.
– Почему эта, – она небрежно махнула головой в ее сторону, – в моей одежде, черт возьми?
– Влада, – Васель сел на кресло напротив, сложив руки перед собой и немного нагнувшись в ее сторону, – Дарья здесь, чтобы помочь нам…
Влада пренебрежительно фыркнула.
– Неужели ты не понимаешь, что ситуация вокруг тебя начала выходить из – под контроля? Ты под колпаком, и не только у властей. Слишком многим людям ты, как кость в горле. Начать перечислять? Мой любимый дядя Авад ищет повод мне насолить, притворяясь блюстителем чести клана, спецслужбы, русские, Мирна со своей семейкой, Диб со своими претензиями на твои сердце и тело… Я уже молчу про другие оппозиционные силы, про моих врагов, про всех тех, кто готов использовать тебя как разменную монету в своих целях… Тебе было слишком опасно оставаться в отеле, под «мнимой охраной»… Они охраняют тебя далеко не для того, чтобы обеспечить твое благополучие и безопасность, а чтобы использовать в своих интересах – против меня, против Диба, возможно, чтобы воздействовать на нас, да черт знает для чего… Ты думаешь, твой утренний визит в тюрьму – это единственная акция. Они готовы пойти на что угодно, чтобы добиться своих целей.
– Не придумывай фигни, Васель. Мои охранники – люди режима, как и ты. Я на связи с консульским представителем России. Моя страна не станет делать ничего против меня.
– Я связывался с посольством и консульством, Влада. Они не в курсе ни о каких представителях, все это блеф… Твой Иван Ильич – самозванец. Частное лицо, которое представляет интересы каких – то отдельных сил, не знаю, может в России, может здесь, может где – то еще. Это нам только предстоит выяснить… Дипломаты прибывали в полной уверенности, что ты вылетела в третью страну и в Сирии тебя уже нет… Что касается охраны, они только исполнители. Вопрос не в том, что они работают на режим. Вопрос в том, кто из режима их приставил и для чего. Не думай, что тебе говорили хоть слово правды с момента освобождения из плена.
Она не верила своим ушам… Опять блеф, опять вранье? Или он прав? Все было слишком странно и запутано, в этом с ним нельзя был не согласиться..
– Но мой редактор…
– Когда ты в последний раз с ним разговаривала? Много работы выполнила после того, как вернулась из Хомра? Много заданий получила? Не удивлюсь, если ему заплатили за такую позицию… В сущности, он ничего не теряет… Даже доказать ничего нельзя…
Она молчала, анализируя его слова и понимая, что рациональное зерно в них все – таки есть… Ее редактор, действительно, максимально дистанцировался от нее, как только девушка вернулась из плена. Его единственный совет – сидеть, не рыпаться и ждать… Все это еще тогда показалось ей до безумия странным… А ведь в их самую первую встречу, в больнице, в его словах нет – нет, да проскакивали профессиональный интерес к тому, что она пережила… Он отчаянно хотел ее материала на эту тему… а когда девушка решила было что – то написать, как – то слился, прикрываясь нежеланием давить на нее и дать время восстановиться…
– Хорошо, если даже так, при чем здесь она? Зачем ты вырядил кабарешницу в мою одежду?
– Дарья – не просто кабарешница, Влада. Дарья – профессиональная актриса, нанятая сыграть тебя..
Девушка прыснула в ответ злобным смехом.
– Актриса? Так это теперь называется? Видела я твою актерскую деятельность и актерскую переписку с ним… покупки за его бабки, татуировку на ноге – бросила ей резко на русском, посмотрев на Васеля. Вспомнила сейчас про татуировку и снова стало дурно, как тогда, в тот день…
– Ты думаешь, я просто так не переписывался с тобой? Не оставлял своего номера? Те, кто изначально следил за моим телефоном, должны были решить, что переписка с Дарьей – это переписка с тобой…
– Как – то все это сюрреалистично, – вздохнула Влада, закрывая ладонями глаза, – заговоры, подставы, подмены, актрисы погорелого театра из кабаре… – она вспомнила, что то самое кабаре действительно сгорело, как она прочитала в новостях потом, и про себя усмехнулась точности фразы…
– Не всем повезло родиться в Москве, милочка. Кто – то может окончить актерский факультет и вынужден ехать работать в кабаре, чтобы заработать пару тысяч долларов, – с упреком встряла в разговор Дарья.
– Что ты знаешь о моей жизни, идиотка? – обрушилась на нее Влада.
В этот момент стоящая перед ней девушка с совершенно непроницаемым выражением лица задирает в полушпагате ногу, демонстрируя шикарную растяжку и открывая пространство между своих бедер.
Влада в ужасе и непонимании смотрит на нее, а та, даже бровью не поведя, отвечает.
– Смотри внимательнее, Мисс Марпл, нет никакой татуировки. Это было фото твоей татуировки, которую он специально мне заранее прислал… Я должна была ее скинуть в переписке… Неужели ты думаешь, позволю какому-то мужику меня клеймить, как рабыню…
Влада с силой сжимает челюсть. Даже если эта сука ей не врет, она ее только что очень сильно уделала… Не придраться…
–Идиотка,– бормочет себе под нос, не найдя, что сказать… Все это было похоже на правду…
– Единственная идиотка здесь пока ты, Влада. Что за идиотская выходка? Зачем это представление на глазах у Аделя и всей моей охраны?
– Потому что меня достали уже эти тайны и недосказанность! Нельзя было по – человечески поговорить со мной?
– Нельзя, потому что ты вечно все передергиваешь и искажаешь, а еще влезаешь с нелепыми инициативами… А тут план уже предельно понятен и проработан…
– Ну так просветите меня, раз уж дело касается, черт побери, моей жизни!
– Дарья некоторое время играет роль тебя… Ну как играет… Старается делать вид, что она – это ты, но на расстоянии. Все знают, что из тюрьмы мы уехали вместе. Пусть думают, что все это время мы тусуемся тоже вместе… Ты же понимаешь, что они следят и за мной… Так вот, по сценарию ты, то есть, она через некоторое время громко ссорится со мной и улетает на Кипр. Там ее следы теряются. Все… Там у меня есть связи, я могу это устроить. Никаких больше преследований и опасности для тебя…
– Потому что меня больше нет… – с ужасом заканчивает сама Влада. Она не верит собственным ушам… О чем он? Что это за лютый ужас?! – Ты себя слышишь? А куда деваюсь я настоящая, Васель… Ты пугаешь меня..
– Влада, перестань утрировать, никуда ты не теряешься… Просто на время заляжешь на дно под моим контролем и присмотром, а когда интерес к тебе спадет, все позабудется, разрешатся некоторые… вопросы, мы снова совершим подмену и постепенно реинтегрируем тебя в мою публичную жизнь… Уже в новом статусе, который ты выберешь сама… С именем посмотрим, если будет возможность, это будет сделано под твоим настоящим именем, нет – придумаем тебе новую личность…
– То есть другими словами мы на время сделаем меня несуществующим объектом, который, однако останется здесь для удовлетворения твоих сексуальных нужд, за это время ты решишь проблему с Каримом, если его оставят в живых плюс женишься, а потом вернешь меня в статусе наложницы, содержанки или второй жены на мой выбор, в зависимости от моего поведения? И при этом совершенно наплевав на 23 года моей жизни в качестве Влады Пятницкой… И ты думаешь, я на это пойду?
– У тебя нет выбора, Влада. Ты не понимаешь, все это не шутки…
Послышался кашель за спиной.
– Простите, не могли бы Вы перенести ваши личные разборки в какое – то другое место. Я правильно понимаю, что мы ничего не меняем в нашей договоренности?
– Ты совершенно права, Дарья. Извини. Влада больше так не будет, – он бросил на нее злобный взгляд.
– Один вопрос, – не унималась девушка, – ты с ней спал?
Дарья дернулась. Васель бросил на Владу острый взгляд. Занервничали, сволочи… Оба… Будут блефовать?
– Да. Это было один раз, она сделала мне минет, когда я был очень сильно пьян.
– Когда? – срывающимся голосом спросила Влада.
– Это ничего не значит, Влада…
– Когда?! – закричала она.
– В самом начале наших отношений с тобой. В те две недели, когда мы не общались. После первой ночи… Я хотел тебя забыть… Тогда и встретил ее… Тогда я… много глупостей натворил… И переспал не только с ней… Влада, только не драматизируй. Я изначально не скрывал от тебя, что в тот период у меня были женщины… Я не долбанный принц на белом коне… И не святой…
– Между нами действительно ничего нет, – зачем – то вмешалась Дарья в разговор.
– Ты прав, Васель. Мне нужно уйти в свою комнату. Хочу побыть одна. – Влада сказала это потерянно, ей было больно. Очень больно. Все равно… Когда бы это ни произошло, он ей изменил…
– Мы не закончили, Влада. Жди меня у себя. Я приду, как обговорим детали с Дарьей и я освобожусь. И да, она поселится в гостевом доме на время… Так нужно… – твердо бросил он ей вслед…
Она его уже не слышала. В голове гудели другие его слова.
«Я не долбанный принц на белом коне… И не святой…»
И через сколько он опять это скажет, оправдывая очередные свои блядки на стороне…
***
Он проводил Дарью, но не стал сразу идти к изрядно выбесившей его Владе. Ее взрывной характер и забавлял его, и выводил из себя одновременно. Решил покурить и пройтись по территории.
Перед глазами до сих пор стоял вид брыкающейся в руках Аделя девушки, до исподнего оголившей свои ноги. Сдавливая ее, он мог прочувствовать все – ее грудь, ее талию, запах ее кожи. Накатила волна гнева и ревности. Мысль о чужих руках на ней ни на шутку его разозлила… Что уж говорить о камерах… Он незаметно подошел к контрольному пункту – серверной своего имения – и его самые неприятные, но предсказуемые догадки подтвердились. Трое охранников на посту оживленно обсуждали ее представление, проматывая видео с камер.
– Хильва (араб. – красотка), везет же таким, как он. Хотелось бы хоть раз отыметь такую…
– Ты о чем думаешь, болван? Зачем ты на нее смотришь Он выколет тебе глаза, если узнает.
– Незачем ему знать. Я говорю это только вам, братья. Что ты ее защищаешь, Магер, она шармута. Посмотри, как ведет себя. Интересно, ему нравится, что она такая скандальная? В постели у них так же весело? Не понимаю, почему он ее не приструнит… Я приметил ее еще в тот день, когда она чуть не протаранила забор нашего офиса на своей машине.
– Перестаньте говорить об этом, а лучше сотри это видео, быстро!
– Сейчас, сейчас, только дай еще раз посмотреть на эти сексуальные ножки. Интересно, у Аделя встал, когда он ее тащил?
– Перестань говорить об этом, повторяю. Смотри, чтобы у тебя не перестал вставать, если тебя услышат.
– Может спросим у самого Аделя, – прозвучал сзади них глухой голос. Охранники обернулись и чуть не наложили в штаны. Васель был обманчиво спокоен. Все они знали это его состояние, за секунду до большого взрыва.
– Позовите своего начальника.
Адель не заставил себя долго ждать, пришел через минуту, явно догадываясь, что ничего хорошего этот разговор не сулит.
– Адель, твои подчиненные хотят узнать, встал ли у тебя на мою женщину, когда ты тащил ее обратно в дом, прижимая к себе?
Каждое слово Васеля словно пуля впивалась в кожу начальника его охраны. Он понимал, что сейчас будет нечто ужасное.
– Кто такое говорит? Кто из вас? Быстро… – резко отдал он приказ, мысленно приговаривая ребят.
Те побледнели, тушуются, переступают с ноги на ногу…
– Это Ахмад, начальник. Это он все время говорит что – то ужасное. Пялится на нее, выискивает записи с ней…
Адель даже не стал поднимать глаза на Васеля. Знал, что за этим последует…
– Вы все, трое… Завтра же отправляетесь в Дарайю. На передовую линию.
Глаза мальчишек округлились. Это был фронт, гарантированное ранение, если не смерть, да еще и в первые ряды…
– Прошу вас, господин! Это все Ахмад, не мы! Это же он.
– Это он, правда. Поэтому Ахмад еще и отправится сейчас в карцер. А вы ничем не лучше. Стукачи и предатели.
Адель набрал чей – то номер и распорядился, чтобы срочно прислали новых ребят на пост.
Все еще до предела напряженный, ищет глазами Васеля. Тот теперь поодаль, курит, ноги пинают какой – то упавший листок. Думает. Напряжен.
– Вот соплячье это ж надо, – с утрированным возмущением присоединился к нему Адель.
– Они ведь правы, Адель. Она ведет себя, как шлюха, как бессовестная дикарка. Зачем? Я с ней слишком добр?
– Васель, это уже не смешно… Эта девчонка становится для тебя проблемой. Ты не контролируешь себя, слишком много времени уделаешь ей, слишком сильно дистанцировался от своих дел… Поверь мне, ни одна страсть не стоит того, что ты имеешь и что можешь потерять из – за нее. Женщина должно приносить удовольствие и разрядку, а она тебе – только проблемы и переживания… Как ты так жить собираешься?
Васель усмехнулся.
– Я как раз все делаю для того, чтобы она приносила мне только удовольствие и разрядку, Адель, не видишь?
– И как ты себе это представляешь, брат? Посадил розу с шипами, а хочешь сделать из нее одуванчик?
– Хочу розу без шипов… Улажу все вопросы, приручу ее, перекрою все пути к отступлению, и все нормализуется, – сказал он задумчиво…
– А уверен, что сможешь? Не думаешь, что такая она будет тебе не нужна?
– Мне нужна только она, Адель. Ее хочу. Любую.
– Васель, ничего не вечно. И твоя одержимость ею пройдет, подумай сам. Ну год, два… Чем она тебя будет привлекать, если в ее жизни не будет ничего, кроме тебя…
– Именно этого я и хочу… Ничего и никого, кроме меня…
– Так что тебе мешает поиграться и отпустить. Мало у тебя было любовниц? И никого ты не похищал, не запирал, не создавал новую личину и не желал посадить на золотую цепь… Зачем тебе это все? Ведь мы добились, чего хотели, сами того не подозревая… Айман молодец.
– Никогда не произноси это проклятое имя в моем присутствии, Адель, если не хочешь закончить, как он – на мусорке стать обедом бродячих собак… Я уже говорил тебе это! – закричал он на друга.
– Васель, остынь… Ты что… Я только хотел сказать, что все складывается в твою пользу… Вот только с Владой ты перегибаешь! Не думаешь, что сломаешь ее? Что наиграешься и бросишь? Девочку не жаль? У нее есть своя жизнь, свои мечты, цели..
– Цель любой женщины – достойный мужик. Достойный мужик – это секс, деньги и дети. Все три компонента я обеспечу ей с лихвой. Чего ей еще будет не хватать?
– Ты не слышишь меня, брат. А тебе этого будет хватать?
– Будет… Это то, чего я хочу…
Адель пожал плечами…
– Остается только, чтобы она тоже этого захотела…
– Захочет, у нее нет выбора, – усмехнулся Васель.
В который раз за вечер друг бросал на него тревожные взгляды, понимая со стороны, что вся эта ситуация давно вышла из – под контроля. Но что делать, Васель был непреклонен, когда речь шла о том, что он хотел…
У Аделя зазвонил телефон, он быстро и напряженно что – то обсудил, положил трубку и обратился к начальнику.
– Прости, но по – моему до мира и идиллии еще далеко… Твоя подруга в настоящий момент крушит все на своем пути и устраивает очередной концерт, теперь уже для прислуги на кухне.