Глава 33

Мариса

Всё изменилось, перемены не заставили себя долго ждать. Вечером Ник привёз мне несколько пакетов с одеждой: шорты, топы, пару юбок. Пакет с нижним бельём. Я оделась и впервые вышла во внутренний дворик, чтобы погулять. Здесь оказалась деревянная беседка, два лежака со столиком возле очага, обустроенного в земле. Я радовалась как ребёнок и пусть воздух был уже прохладным, осень вступала в свои права, в дом мне не хотелось возвращаться. До поздней ночи просидев на улице, я старалась надышаться, не зная, когда мне ещё раз удастся это сделать. Уже стемнело, когда Ник вышел ко мне.

– Зайди в дом, холодно, – сказал он беззлобно. В это время я любовалась ночным небом, с первыми появившимися звёздами на нём. Я не могла себя пересилить и заставить зайти внутрь этого опостылевшего мне дома, ставшим моей тюрьмой, камерой пыток, чем угодно, но только не домом. В отчаянии я подумала, что стоит мне переступить порог и окажусь запертой навсегда. Ник подошёл и накинул мне на плечи свою кофту. Обнял за плечи и постоял немного, любуясь звездами. – Ты вся дрожишь, надо согреться, – сказал он и повёл меня внутрь. Я зря нервничала, оказалось, теперь я могла выходить из дома в любой момент, когда этого захочу. Правда я до сих пор настороженно относилась к охране, стараясь не встречаться с ними глазами.

Ник больше не приказывал мне исполнять его похотливые желания, не так часто появляясь в этом доме. Я думаю, он проводил вечера в более интересной для него компании, а когда Ник всё же появлялся, то мы общались, сидя на веранде нередко попивая вино. Ник в основном рассказывал о своей работе, а я внимательно слушала, мне было это интересно. К тому же я так отвыкла от простых разговоров.

Ник стал прежним, он легко общался и не причинял мне боли. Не унижал ни словами ни физически. Я тоже стала более расслабленной, но не понимала одного, если ему от меня больше ничего не нужно, почему он меня здесь держит. Я хотела об этом спросить, но это был риск, возможно, Ник ещё не готов отпустить прошлое.

– Я завтра лечу в Варшаву, – задумчиво сказал он мне, когда мы сидели на диване, смотря на огонь, горевший в камине.

– С ней? – вырвалось у меня. Ведь это не должно меня касаться. Язык – мой враг.

– С Оксаной и Лией. Там состоится показ, а в понедельник приступим к съёмке рекламы. Ты была в Варшаве? – спросил он меня.

– Нет, как-то не довелось, – раньше бы я фыркнула потому, что предпочитала более роскошные страны, а теперь с удовольствием бы съездила.

– Жаль, там очень красиво. Я бы хотел побродить с тобой по Старому городу, – пока мы говорили, я смотрела в его грустные глаза, в которых отражалось пламя. Мне казалось, что это последние дни, когда мы вместе. По его голосу я понимала, что Ник будто прощается, но всё же спросила:

– Ты хочешь взять меня с собой? – понимаю, что сказала глупость. Он сам говорил, что никогда не выведет меня в свет, чтобы о нём не подумали дурно.

– Нет, это я так… размышляю, – он пригубил вина, и, гладя на огонь, спросил:

– Чем ты займёшься, когда я отпущу тебя?

– Поеду к маме, я так скучаю по ней, – честно ответила я.

– А что дальше? Опять займёшься поиском спонсора?

– Нет, хватит с меня. Я окончу курсы по наращиванию волос, ресниц и пойду работать в салон.

– Ну ты же понимаешь, что зарплата там не такая большая, раньше ты такие суммы только на наряды тратила.

– И куда меня это привело? – печально ухмыльнулась я, перекладывая волосы на одно плечо. – Нет, я больше не хочу так жить. Начну жизнь заново, – хватит мне бежать за богатством, пора добиться всего самой. Я больше не желаю зависеть от мужчин.

– Маш, как ты пришла к такой жизни?

– Тебе правда интересно? – я внимательно посмотрела не него. Не издевка ли это?

– Да, интересно послушать, – похоже, он искренен в своем желании узнать подробности моей жизни.

Я рассказала ему всё с самого начала. О бедном детстве, когда отец бросил нас и мама из последних сил пыталась поднять нашу маленькую семью. Юности, когда я старалась быть во всём лучшей. Первой любви, когда мой любимый человек предложил танцевать голой на других мужиках, и как ступила на путь потребительского отношения к мужчинам. Он внимательно меня слушал не смеялся и не упрекал. А я всё говорила и говорила, местами даже всплакнула, вспоминая былое.

Ник ничего не отвел на мой рассказ, только приобнял и поцеловал в висок, в знак утешения. Я обняла его в ответ и положила голову на плечо. Мой тиран. Сейчас я не испытывала к нему ненависти и не чувствовала обиду, ведь он, по сути, спас меня, пусть и выплёскивая всю обиду за произошедшее. Почти родной, почти прежний, тот которого я полюбила, но всё равно далекий. Непреодолимая стена из недоверия и всего пережитого разделяет нас. От выпитого вина меня клонило в сон, а тепло его тела успокаивало. Я прикрыла глаза и несколько слезинок скатились из глаз, от сожаления того, что мы потеряли, того, что больше никогда не случится. Каждый пойдёт своей дорогой, и всё забудется, остатки чувств сотрутся из наших сердец и у нас обязательно всё будет хорошо, но только врозь.