Глава 42

Эльдар Ромуальдович умер на следующий день.

Это было безумно, странно и неожиданно.

Конечно, к этому нельзя быть готовым.

Тата мало что смыслила в похоронах, я так и вовсе ничего, но пыталась быть рядом и помогать при любой возможности.

Три дня прошли в каком-то странном полудрёме.

Когда гроб закапывали, плакали все, включая меня.

Кроме Таты.

Но я знала, что больнее всего было именно ей.

Я прощалась со всеми работники "Проходной" и другой кофейни, принадлежавшей Эльдару Ромуальдовичу, пока Тата, замерев, стояла возле свежезакопанной могилы.

— Звони, если что, — вытирая слёзы, попросила меня Агата.

— Конечно, — я обняла девушку и коротко помахала всем остальным ребятам рукой.

Подошла к Тате.

— Пойдём, — вдруг сказала она и развернулась в противололожную от остановки сторону.

Я лишь кивнула.

— У него дочь и жена умерли от рака, — прохрипела Тата, когда медленно шли по вытоптанной тропинке вокруг кладбища.

Некстати говоря, место было очень красивым.

— Давно? — грустно спросила я.

— Сначала жена, я её не знала. Когда мы с Эльдаром Ромуальдовичем познакомились, его дочь уже болела. Ей было четырнадцать. Аэлита. Желанный поздний ребёнок, — прошептала подруга и потянула свежий воздух носом.

— Аэлита, — эхом повторила я.

Становилось темнее и прохладнее, но Тата никуда не спешила. И я торопить её не собиралась.

— Не хочу домой, — вдруг нахмурилась девушка. — И так живу одна, а тут ещё и без... него.

Слова вылетели быстрее, чем я подумала.

— Я могу к тебе переехать.

— Что?

— Тата, у меня нет денег... У меня нет вообще ничего.., — нервно, даже истериично хихикнув, сказала я. — Но.., — в голове возник самый прекрасный из всех возможных планов, — ...я могу продать все свои чёртовы побрякушки, у меня будут какие-то сбережения, и мы можем жить вместе! Завтра я заберу вещи...

— Завтра? — Тата свела брови на переносице. — Поехали сейчас.

Я невольно рассмеялась, и подруга растянула губы в болезненной улыбке.

— И не говори мне про деньги, хорошо? — серьёзно попросила Тата. — Потом разберёмся, поняла меня?

Я кивнула, и Тата кивнула в ответ.

А про "сейчас" она не шутила. Развернулась и, такая вся маленькая, но боевая, направилась к автобусной остановке.

Когда мы с Татой поднимались по лестнице на второй этаж в когда-то мою спальню, а я раздумывала, что смогу вместить в три чемодана, потому что возвращаться в этот дом я больше не хотела, из кабинета вышла Елена Азарова.

— Ника? — сурово прозвучал её голос.

— Здравствуйте, — тихо, но уверенно поздоровалась Тата.

Мама не обратила на подругу внимания, продолжая сверлить меня взглядом, видимо, не желая тратить слов и времени. Я сама должна была догадаться.

В другой раз я бы просто не обратила на это внимание и просто ушла бы в комнату, но сегодня я была в последний раз в этом доме в качестве жительницы.

— Я съезжаю, мама, — просто сказала я.

— Куда, позволь спросить?

— К Тате. Подруге, — я указала на рядом стоящую девушку.

Мама бросила короткий взгляд на Тату, после чего снова посмотрела на меня.

— Твоё право. И для чего же ты здесь? — вдруг с натянутой улыбкой спросила Елена Ивановна Азарова.

Уже предчувствуя подвох, я осторожно ответила:

— Хочу забрать свои вещи.

Мама улыбнулась ещё милее, и я вдруг ясно осознала: мне не позволят ничего забрать из этого дома.

— Свои? Вещи? — чётко произнося каждое слово, спросила мать.

— О Боже, — едва слышно прошептала Тата.

— Решила стать взрослой, дочь? — мама грациозно выплыла из кабинета и указала на входную дверь: — Что ж. Я прошу покинуть тебя этот дом.

Я невольно усмехнулась:

— Боюсь, ты опоздала.

Глаза матери буквально загорелись огнём.

— Ты! Что ты себя позволяешь?! — неожиданно громко закричала Елена Азарова.

— Мама?..

— Позор этому роду!

Меня будто током ударило.

Такого она мне никогда не говорила.

Сердце болезненно сжалось.

— Брось, мама. Не позор уж, но есть к тебе пара вопросов, — скрывая боль, тихо произнесла я, спускаясь вниз по лестнице.

— Неблагодарная девчонка! — ещё сильнее повысив голос, крикнула на меня мать.

В коридоре появился как всегда безучастный отец:

— Лена? Ника? Что случилось?

— Здравствуйте, — снова вставила Тата и уже прошептала мне: — Жду тебя снаружи.

— Приползёшь — не приму обратно, даже не мечтай! — прошипела мне мать, не обращая внимания на папу.

Я зачем-то оглянулась на отца, который, нахмурившись, наблюдал за нашей сценой, и лишь покачала головой. Это просто цирк.

Ни на секунду тут больше не останусь. И ничего не потеряю, если уйду отсюда навсегда.

Окончательно опустилась с лестницы вниз, остановилась возле матери и посмотрела ей в глаза. Мне много ей хотелось сказать. И, в том числе, что-то хорошее. Но, очевидно, до неё не достучаться.

Я обошла маму по кругу и направилась к выходу.

— Грустно, конечно, что ты не только подруг выбирать не умеешь, — вдруг язвительно крикнула вслед мама.

Я не планировала оборачиваться, но что-то в голосе мамы заставило меня это сделать.

— Что ты имеешь в виду?

— Твоя подруга...

— Нет! — мгновенно вспылила я. Пусть не смеет трогать Тату. — К чему ты это сказала?

— Я про Кирилла Матвеева, конечно. Твой вкус оставляет желать лучшего.

Я лишь фыркнула.

И это она мне сказала.

Женщина в "счастливом" браке.

— ...и их отъезд даже удивил меня.

Я замерла:

— Ирина с Леонидом давно уехали.

— И Кирилл вместе с ними. Ты не знала? — искренне удивилась мать.

Кирилл уехал.

И, конечно, я ничего об этом не знала.

— Я решила, что вы просто разбежались, — деловито произнесла Елена Ивановна. — А, оказывается, ты просто как всегда никого не можешь удержать возле себя.

Видимо, она в очередной раз вспомнила про Давида.

Я попыталась найти взглядом отца в коридоре, но его не было.

Грустно усмехнулась.

— Знаешь, мама. Я буду счастливее тебя. С Кириллом или без него, но буду. Прощай.

Наконец, я развернулась и окончательно направилась к выходу. Думать про отъезд Матвеева я пока себя не позволяла.

— И телефон оставь, — безэмоционально бросила Елена Ивановна.

Я без слов вытянула из заднего кармана iPhone и аккуратно положила его на столик рядом с медицинскими журналами.

Через несколько минут мы с Татой стояли на автобусной остановке и обе молчали. Подруга ничего не спрашивала, а я и не хотела рассказывать. Да и так всё было понятно.

Я со вздохом оглянулась на когда-то свой дом. Видимо, я ещё пребывала в шоке, потому что до сих пор не могла осознать, но вся моя жизнь... нет, все мои вещи остались внутри.

Но моя жизнь осталась со мной.

— Ника, — осторожно коснулась плеча Тата и ободряюще мне кивнула. — Мы что-нибудь придумаем.

Я невольно хмыкнула.

У подруги не было никогда не было никаких родителей, и, чёрт знает, что ещё произошло в её жизни. Единственного близкого человека она сегодня похоронила и вот: натянув шарф почти до носа, девушка успокаивала меня.

И я пока понятия не имела, как Тату отблагодарить.

Я в ответ кивнула и всё же грустно протянула:

— Конспектов жалко.

— Конспектов? — брови подруги взлетели вверх.

— Да, — кивнула я. Но, немножко обдумав, с улыбкой всё же добавила: — И сумку Birkin. Уж больно она хороша.

Тата тоже не удержала смех.

— Я уже решила, что ты чокнулась. Конспектов ей жалко.

— Так они все на ноуте, — почти счастливо я, заходя в подъехавший пустой автобус.

— Тогда точно жива-здорова!

Мы уселись на сиденья, и я в наступившей темноте я проводила взглядом едва видимый дом, в котором выросла. Надо будет потом набрать Анне Игнатьевне, Марине и другим девочкам. С ними попрощаться.

Тата протянула руку и осторожно сжала мою кисть.

— Я рада, что мы будем жить вместе.

Я в ответ сжала её руку и, кивнув, прошептала:

— Я тоже.

Девушка мне снова улыбнулась и удобнее расселась на сиденье:

— Можно и подремать. Нам ехать около часа. Чудо, что без пересадок.

Внутри я скривилась. Что ж, надо было привыкать.

— О, — я покрутила на руке сумку, с которой провела целый день и которую мать не изъяла. — Права мои со мной остались.

— Прекрасно, только у нас машины нет, — фыркнула Тата, закрывая глаза и слегка зевнув.

Эту ночь мы не спали.

— Будет, — отчего-то уверенно кивнула я. — А у тебя права есть?

— Нет, — покачала головой подруга, давя зевок. — Но будут.

Я кивнула в пустоту.

У нас всё будет.

У меня всё будет.

Осталось найти Кирилла.