Глава 20 · Люблю

Прихожу в себя уже через несколько минут. Я лежу в собственной кровати, Дик склонён надо мной и тревожно заглядывает в лицо. Его большие, слегка раскосые глаза смотрят на меня с надеждой и волнением. При виде него улыбка сама наползает на губы.

— Дик… — шепчу, поднимаю руку чтобы коснуться его щеки, губ. Как хочется хоть немного счастья! А счастье только рядом с ним…

— Госпожа, что с вами? — в ответ шепчет он, и тут я вспоминаю, отчего отключилась.

Видения!

Резко присаживаюсь, хмуро смотря перед собой.

— Сработал мой дар, — отвечаю приглушенно, — снова. Я увидела, что множество людей страшно обозлились на Дейрена: его знакомые, партнеры, коллеги… И знаешь… мне кажется, что они всего лишь искали предлог разорвать с ним отношения.

— Да, — неожиданно соглашается эльф. — Ваш муж часто поступал с партнерами нечестно. Возможно, они узнали об этом и решили ему отомстить…

В очередной раз я убеждаюсь, что чрезмерно жадные и корыстолюбивые люди в конце концов теряют всё…

Из коридора вдруг доносится шум. Визгливый голос Мальвы слышится даже через дверь.

— Где господин??? — требует она у какой-то несчастной служанки. — Немедленно расскажи, как я могу его найти!

Та что-то мямлит в ответ. Я не могу расслышать слов, но лже-подруга за это влепляет бедняжке пощечину.

Вскрик, всхлип и топот каблуков: Мальва сделала свое дело и устремляется прочь.

— Самка хряка… — цедит вдруг Дик яростно, а я широко распахиваю глаза.

— Это как? — вырываю его из ступора, и эльф вдруг начинает неистово краснеть. Опускает глаза и голову, отступает на шаг назад.

— Простите, госпожа, — шепчет он со стыдом. — У меня… вырвалось.

— И что это значит? — мне становится весело. Надо же, самка хряка! По отношению к Мальве звучит очень даже… точно! Ха-ха…

— Прошу прощения, — смущенно отвечает Дик. — Это… эльфийское ругательство, вырвалось случайно.

Я начинаю смеяться, запрокинув голову. В каком же я восторге от этого парня! От его искренности, эмоций, смущения и несдержанного языка. Раньше я думала, что влюбленность, когда в человеке нравится абсолютно всё — это просто миф, выдумка. Но теперь вижу, что это совершенно не так. Когда человек (или эльф) тебе по сердцу, ты обожаешь даже его недостатки, если таковые имеются…

* * *

Первый этаж, холл пуст. Слуги благоразумно попрятались от гнева взбесившегося хозяина. Содержание писем им наконец-то прочитано. И Дейрен лютует. На пол летят посуда, книги, картины — всё, что способно разбиться и хоть немного утолить его ярость. Но нет, этого недостаточно, он начинает крушить мебель, за которую еще совсем недавно платил чистым золотом…

От него отвернулись все! В нескольких письмах ему пересказали причину отчуждения: партнеры догадались, что герцог завёл себе любовницу при живой истинной.

Это же немыслимо!

Дейрен не мог поверить в это. Он же ничего и никому не говорил. Прекрасно знал все риски, считал, что интрижка никогда не выйдет наружу, но… ошибся. Кто рассказал его партнерам? Слуги? Жена? Сама Мальва??? Он бы подумал на кого угодно, если бы Энтони Доули не признался, что поведение самого Дейрена выдало всё.

Герцог едва не сошел с ума от ярости и бессилия. Неужели он напился на приеме до такой степени, что загубил собственную жизнь??? Он ведь никогда в прошлом себе такого не позволял!

И теперь не мог остановиться, круша все подряд и пытаясь унять мучительное чувство бессилия перед горой навалившихся проблем.

Его бизнес мог накрыться медным тазом без поддержки других аристократов. Он рисковал разориться за пару месяцев, если не удастся заручиться поддержкой кого-либо еще.

Но кого? Связываться с ремесленниками было очень унизительно. Так низко он еще никогда не падал и в общем-то не собирался: гордость не позволяла.

Вдруг дверь кабинета бесцеремонно распахнулась, и в помещение ворвалась Мальва, разодетая в пышное платье кроваво-красного цвета. Декольте было глубоким до бесстыдства, ярко-красная помада привлекала внимание к полным губам. Но взгляд у неё был капризный и недовольный.

— Дейрен! — воскликнула она и, подобрав юбки, рванула к герцогу, не удосужившись закрыть за собой дверь. Она переступала через обломки посуды и стопки бумаг, не замечая или не желая замечать, что попала на настоящее поле боя. Ее интересовали только свои вопросы.

— Мой шкаф в комнате не открывается! Никто из слуг не смог открыть. Кажется, он закрыт магически! Кто-то пробрался в мою комнату, выкрал драгоценности и запер мой шкаф. Ты должен что-то сделать! Эти драгоценности — наследство моей бабушки. Мы должны их отыскать немедленно!

Герцог багровел с каждым ее словом. Ярость, которая переполняла его всё время, достигла своего апогея, и он угрожающе процедил:

— Немедленно прочь отсюда!

Мальва замерла, вытаращив на него глаза, потом нахмурила свой аккуратный носик и капризно искривила губы.

— Уж не думаешь ли ты отвязаться от меня, как от уличной девки? Ты спал со мной, поэтому теперь должен мне! В твоем доме меня обокрали, и ты так равнодушен к этому???

Она топнула ногой и переплела руки под грудью, выставив ее напоказ. Но сейчас даже подобный вид не смог бы успокоить люто гневающегося мужчину напротив. Он сжал кулаки, буквально затрясся и процедил снова:

— Если ты сейчас же не уберешься из моего поместья, я не знаю, что с тобой сделаю!

Но Мальва оказалась непрошибаемой. Она просто не поверила в эту угрозу, будучи полностью уверена, что своими любовниками она может вертеть, как угодно. До сего дня проворачивать подобное ей удавалась буквально со всеми, кто так или иначе оказывался удостоен «чести» спать с ней. Но на сей раз она не на того нарвалась. Не учла, что есть люди, у которых характер может перекрывать похоть.

Всего мгновение, и вот уже Мальва лежит на полу с разбитой губой: жесткая пощечина свалила ее с ног.

Она хватается за лицо дрожащей рукой, видит кровь и начинает… голосить во всё горло, будоража весь дом. Наконец, до неё доходит, что она имеет дело не с тюфяком, который будет ползать у неё ног ради поцелуя, а с жестоким властным человеком, который может достать её из-под земли, если пожелает…

Отползает назад в панике, а потом неуклюже поднимается на ноги, путаясь в ворохе собственных юбок. Оглядывается на Дейрена, но он уже потерял к ней интерес и стоит напротив окна. Желваки его гуляют, пальцы сжаты в кулаки.

Мальва выскакивает из кабинета и несется в свою комнату, собирать вещи. При этом не выдерживает и начинает сыпать проклятьями на хозяев этого поместья. На Дейрена, который «гнусный мерзкий обманщик, в постели с которым было просто пресно», на Итару, которая «сумасшедшая психопатка, которой не светит ничего, кроме лекарского дома для душевнобольных, где она сгниет заживо» и так далее…

Полчаса, и этой вертихвостки даже след простывает в поместье.

Вслед за ней поспешно отчаливает Дейрен, оставляя после себя шлейф пугающей тьмы. Даже когда он покидает поместье, слуги боятся разговаривать в полный голос, словно он может их услышать издалека и сорвать на них свою смертельно опасную злость…

* * *

Я смотрю вслед конному отряду, вырвавшемуся из ворот поместья с небывалой поспешностью, и облегченно выдыхаю. Как прекрасно, когда Дейрену не до нас!

Он напрочь забыл о несостоявшемся наказании Дика, ему нет дела до меня. Мальва свалила, держась за разбитую губу, так что справедливость восстановлена, но это только начало.

Я чувствую воодушевление.

Похоже, высшие силы на моей стороне. Это они подарили мне удивительные способности, открывающие тайны прошлого, настоящего и будущего. Теперь я могу столь многое! И я сделаю всё, чтобы такие люди, как муж Итары и его любовница, потеряли всё свое могущество…

Дик останавливается за моей спиной, я чувствую его тепло.

Несмотря на то, что я нахожусь в чужом теле, не считаю себя настоящей герцогской женой. Я — Таня, и мне по сердцу этот удивительный юноша с нежными руками, мягкими губами и искренним сердцем.

Вот бы вырваться на свободу!

— Обними меня… — шепчу приглушенно, и он слышит. Робко приближается, обнимает сзади, прижимая к себе. Мне так тепло в его объятиях!

Раб и госпожа! Хочется изменить и это.

— Скажи, могу ли я освободить тебя от печати подчинения? — спрашиваю шепотом.

Дик вздрагивает.

— Моя госпожа… неужели вы готовы… отпустить меня?

Он действительно ошеломлен.

— Готова, — отвечаю искренне. — Я хочу подарить тебе полную свободу. Но… если ты останешься при этом рядом, я буду счастлива.

Не смогла не добавить последней фразы. Дик мне нужен, как воздух. Признаю, больше не буду отпираться — я люблю его…