Глава 4

Мужик вошел красивый. Вот правда красивый. Настолько красивый, что кажется, нос у пластических хирургов выправлял.

И улыбался широко, открыто.

И голос у него был приятный.

Только вот Майрика сразу смеяться перестала. Как-то вздрогнула, поежилась, и чуть ближе к мужу подсела, машинально притянув самую мелкую Златку к себе на колени.

Женечка и так у отца на руках сидела.

А мальчишки, до того бодро болтавшие на диване, вдруг притихли. Причем так резко, что Ленка Чибис аж обернулась – вдруг там уже случился пожар, а она не заметила?

Но нет.

Пожара не наблюдалась.

Все взгляды были прикованы к вошедшему.

– Это Олег! – чуть с опозданием опомнился Чибис.

Прошу любить и жаловать! Мой одноклубник, в одной области работаем…

Явно пытался найти подходящие слова Юрка.

– Да что там! – почти как родной улыбнулся тот самый Олег, – Считай, компаньон!

И звонко хлопнул Чибиса по плечу. Отчего тот чуть пошатнулся и нахмурился.

– Приятно познакомиться, – поспешил протянуть руку Никитич.

– Взаимно, – охотно стиснул лапищу майора щеголь, – А вы тоже в инвестициях?

– Почти, – скривился Соколовский, – Я в безопасности.

– А! Кибербезопасность! Очень перспективное направление! – обрадовался Зарядьев.

– Обычная безопасность, – чуть прищурился майор, – Не кибер, – руку городского красавчика он не отпускал, смотрел ему прямо в глаза, – Охранник я, – сознательно принизил себя Никитич.

Улыбка Зарядьева не исчезла. Нет. Она только на миг стала пустой. Как лампочка, в которой пропал ток, а спиралька еще светится по привычке.

– Охранник? – переспросил он. – Серьёзно?

– Абсолютно, – сказал Никитич и не отпустил руку.

Женщины многозначительно переглянулись.

– Так, ладно! – подхватилась Марийка, – Поздно уже, а вы со своей рыбалкой завтра в пять утра все повскакиваете.

– В четыре тридцать, – почти в один голос произнесли тройняшки.

Майор обернулся, все же выпустил руку этого непонятного всем товарища.

– Ваньк, проводи нас что ли! – окликнул он Чибиса.

И тот, хоть и был Юрий Петрович, тут же подорвался, и пошел провожать.

Обычного охранника.

Как подумал его гость.

– Че скажешь? – едва закрыв за собой дверь, пристал к майору Чибис.

– Скользкий тип, – пробормотал майор, вытирая ладонь, – в глаза смотрит, а у самого зрачки бегают. И не сказать, что что-то в нем не правильно. Даже наоборот. Все слишком правильно!

Женщины промолчали, но обменялись красноречивыми взглядами. Кажется, между подругами все уже было сказано. Только Ленка раздраженно дернула подбородком, а Марийка повела плечом, словно что-то с себя стряхивала.

– Вот в том-то и вся фигня, – почти возмущенно воскликнул Чибис, – Есть в нем что-то такое, – скривился он, – Что никак не могу заставить себя с ним работать! И не пойму почему.

– Да откажи, да и все, – недоуменно произнес майор.

– Не могу! – с досадой воскликнул Чибис, – Я его послать напрямую не могу, – уже тише фыркнул он, – Мы ж в одном клубе. По идее, по сделкам у членов клуба приоритет. А я как начну с ним говорить… – Чибис аж рукой взмахнул от досады…

– Ну, – шмыгнул носом Никитич, который еще не вышел из образа простого охранника, – Можем постараться сделать так, чтобы он сам с тобой на сделку идти не захотел.

– Слушай, – изогнул бровь Чибис, – А это ж идея!

– Идея! – довольно кивнул майор.

– Завтра обмозгуем, – пнул друга в бок Чибис.

– И реализуем, – довольно кивнул майор.

Мужики тихо и довольно засмеялись, оглянулись. Над деревней медленно но верно растекался вечер. Сильнее пахла сирень, щебетали вечерние птахи, выходили петь свои песни коты.

– Андрюш, Злата уже спать хочет, – окликнула мужа Марийка.

Мальчишки Соколовских, несмотря на позднее время, прыжками и короткими перебежками уже умотали в сторону родного дома. У забора Чибиса остались только Никитич с Марийкой, да их девочки. Ну и сам хозяин с женой. Гостей провожали. Да отчего-то в свой дом возвращаться не спешили.

Соколовский поднял свою золотиночку на руки. Женечка и так уже у него на предплечье сидела, и тихонько сопела. То ли дремала, то ли разговоры слушала.

Майор как-то исхитрился пожать руку другу, и отчалил домой.

А Чибис вернулся в свой дом. В котором его ждал мутный и непонятный гость.

.

Утро в доме мультимиллионера Чибиса началось почти как обычно.

Ленка, сонная, мягкая, чуть растрепанная, стояла на кухне, словно центр циклона. Она нарезала хлеб, заваривала чай с лимоном, именно так, как Юра любил, раскладывала по ломтям хлеба колбасу.

А вокруг нее носился Чибис.

Воздух был пропитан азартом, предвкушением и хорошим настроением.

За окном ещё держался молочный туман, но Верхние Долы уже не спали. Где-то хлопали калитки, переговаривались мужики, звякали вёдра, и с улицы доносилось бодрое: «Петрович, червей не забудь!»

День рыбака начинался раньше дня светового и шумели мужики не хуже утренних петухов.

Бизнесмен списка Форбс Чибис Юрий Петрович, не вынимая наушника в котором его партнер из Красноярска как раз обсуждал важные переговоры с японцами, носился по кухне и собирал все для рыбалки…

— Подсачек взял. Крючки взял. Нож взял… Ага, ага, говори, я тебя слушаю!

Подхватил сумку, поцеловал жену, взял термос, поставил сумку, выругался…

– Да нет, это я не тебе! – громко в микрофон, – Лен, подкормка где? – шепотом жене…

По лестнице сбежала совсем не сонная, а уже полностью готовая Надюшка.

С каждым годом она становилась все более похожей на отца. Причем не только чертами лица или взглядом, или манерой говорить.

Надя, как самый верный друг, сопровождала отца во всех его затеях, которые мог осмыслить ее детский ум: от поездки на завод с инспекцией конвейера, до разбора специфической лексики с переговоров с корейцами.

– Готова?! – улыбнулся Юрий, – Пошли!

– Стойте! – воскликнула Ленка, – Гостя-то твоего!

– А…

Улыбка растаяла на лице Чибиса.

Но тут же вспомнил вчерашний заговор у калитки: Никитич обещал помочь сделать так, чтобы Зарядьев сам передумал лезть в сделку.

И настроение у Чибиса чуть поправилось.

В конце концов, рыбалка — прекрасное место, чтобы человек понял: он здесь лишний.

День обещал быть интересным!

– Гость у себя? – уточнил он у охранника в коридоре.

– Вечером зашел в спальню и больше не выходил, – как положено, по форме, доложил сбшник, – Камерами движений не зафиксировано.

Чибис выдохнул, как перед прыжком в воду, взлетел по лестнице…

– Олег! – постучал он в дверь.

Ответом ему была тишина.

Не, ну как тишина. Было слышно, как на улице птицы поют. Было слышно, как внизу женщины возятся, но в комнате никого не было слышно.

— Олег! Подъём! Рыба ждать не любит!

Тишина.

Чибис усмехнулся.

— У нас тут туман уже рассеивается, а ты, считай, государственную программу по вылову карася срываешь.

Из гостевой спальни по прежнему никто не отзывался.

– Эй! – чуть с раздражением окликнул гостя Чибис, – Ты там живой?

Стукнул по двери чуть сильнее, зачем-то схватился за ручку и…

Дверь сама по себе открылась…

Чибис замер, смущенный и пораженный.

Заправленная постель, нетронутый графин с водой на тумбе, опущенные занавески…

Олега Зарядьева в комнате не было.