16

Влиться в работу после непревзойденных, веселых и просто по-домашнему уютных зимних каникул было катастрофически сложно. Мне всё время хотелось спать, я отвлекалась на всякие мелочи, как ребенок, не желавший делать уроки. А ещё я находила достаточно причин, чтобы пропускать собрания в конференц-зале, которые почти каждый божий день устраивал Абрам. Как и сейчас, спустя две недели после первого рабочего дня в новом году.

– Может тебе обратиться к врачу? – посоветовал мне Стас. – Может, это какие-нибудь магнитные бури? У тебя уже который день болит голова и… живот.

– У женщин такое случается.

– Я в курсе, – усмехнулся он. – Но насколько мне известно те самые дни у женщины длятся…

– Я схожу к врачу! – перебила я. – Закрыли тему.

– Как скажешь. Кстати, Абрам сказал, чтобы ты поднялась к нему минут через двадцать. У него сейчас встреча с каким-то хмурым мужиком, который похож на злого Шварцнеггера. Как в первом «Терминаторе»! Но только старше. Значительно старше! – веселился Стас, не замечая моей тревоги. – Эй, а мне кусочек?!

– Ноги есть? – бросила в ответ Соня, поставив на стол блюдце с куском торта «Красный бархат». – Вперед на кухню пока все куски не разобрали!

– Жадина! Тебе взять? – спросил он меня.

– Нет, спасибо. Сладкого совсем не хочется.

Я не хотела встречаться с Абрамом. То его предложение вместе поужинать посеяло во мне настолько сильное чувство разочарования в мужчинах, что не было и дня, чтобы я не задавалась вопросом: а был ли на свете хоть один честный по отношению к своей второй половине мужик? До той минуты я ещё думала, что Абрам был таким. Да, на фотографии, которую отправила мне Мила, рядом с ним сидела брюнетка. Но оказалось, что какой-то омертвевшей частью своего мозга я ещё надеялась, что ничего, кроме дружбы их не связывало! Но, когда о её существовании сообщил Стас, который видел ту самую «привлекательную брюнетку» собственными глазами, меня постигла печаль вселенских масштабов. Потому что я не думала, что такой мужчина, как Абрам, приветствовал измены. Который, кстати, с успехом эти измены практиковал.

Через двадцать пять минут я постучала в дверь его кабинета. Когда я вошла, Абрам стоял напротив закрытых дверей и смотрел на заснеженную террасу.

– Привет. Я здесь. Чем могу быть полезна?

Абрам неспешно обернулся и поздоровался со мной молчаливым кивком. Мой взгляд устремился к столу, и щеки мгновенно вспыхнули. Хоть яичницу на них поджаривай!

– Николь, ты избегаешь меня?

– Я думала, что ты хочешь поговорить со мной о работе.

– Это работы и касается, – развернулся он ко мне. – Тебя не было ни на одном собрании, ни на одном обсуждении. В чем дело? Тебе здесь не нравится? Что-то не устраивает?

– Я плохо себя чувствовала и не могла присутствовать.

– Две недели подряд? – поднял он бровь. – Если это как-то связано с той маскарадной вечеринкой и ты понимаешь, что не можешь оставить некоторые её детали в прошлом и продолжать дальше нормально работать здесь, думаю вывод напрашивается сам собой.

Дверь за мной внезапно распахнулась. Диана шепотом извинилась и почему-то на цыпочках поспешила к столу Абрама.

– Прошу прощения! Грушевский потерял свой бумажник и попросил посмотреть его у тебя… Ах! Вот же он! – подняла она кожаную пропажу с пола. – Побежала вниз! Он ждет!

Мне казалось, что я покрываюсь тонкой коркой льда, которая трещала и лопалась от заточенной во мне злости. Когда Диана закрыла дверь, мой взгляд с опасной медлительностью поднялся на Абрама.

– Теперь понятно. Ничего другого и ожидать не стоило. Но я не доставлю вам обоим такого уж удовольствия. Ты не имеешь права увольнять меня только потому, что я не присутствовала на собраниях. Я отлично выполняю свою работу, так что найди адекватную и вескую причину для увольнения. Потому что если её не будет – черта с два у тебя получится избавиться от меня, как от Юли. А если вдруг ты скажешь, что на корпоративе я сама к тебе полезла, я переверну ту же самую историю, но в свою пользу.

– «Вам обоим»?

– Полагаю, что Новый год вы с Грушевским встретили на ура и, так сказать, обновили свою давнюю дружбу. За пять лет, что я здесь работаю, он ни разу не позволил себе даже близко к этому зданию подойти. А теперь свой бумажник теряет в твоем кабинете.

Единственное, что шевельнулось на лице Абрама – правая бровь. Да и то её острый уголок поднялся лишь на пару миллиметров. Он задержал на мне оценивающий взгляд с прохладой равнодушия, а потом медленно направился к своему столу.

– Юля потеряла работу, потому что в течение последних полутора лет сливала проекты конкурентам и действовала не одна. Догадываешься, с кем?

– Этого не может быть, – нервно прыснула я, сложив руки на груди.

– Помнишь ваш проект «Пирамида»? – сел он за стол и поднял крышку ноутбука. – Кстати, отличная была работа. Но внезапно случилась катастрофа с компьютерами и большая часть данных, если не вся, просто исчезла. А через пару недель конкурент вносит небольшие изменения в похожий проект, который становится настоящей городской достопримечательностью.

– Не может быть.

Абрам посмотрел на меня вполне серьезно.

– У меня нет привычки увольнять людей без причины. Я тебе уже говорил об этом.

– Исходя из темы нашего разговора, это далеко не так.

– Я пригласил тебя, чтобы выяснить, почему ты избегаешь встречи со мной в условиях работы? Причина в той вечеринке? Если тебе станет легче, то я уже об этом забыл, как ты того и хотела.

– Ты хочешь знать причины? – хмыкнула я и сделала невольный шаг вперед. – Ладно. Я скажу. Я презираю мужчин, которые лгут.

– Я уже понял, что у вас с отцом напряженные отношения. И я не собирался отмечать с твоей семьей Новый год. У меня были свои планы и ты о них прекрасно знаешь.

– Да, вот только я понятия не имела, что в этих планах будет кто-то ещё.

Издав терпеливый вздох, Абрам поставил на стол локти и подпер лоб большими пальцами.

– Николь, я тебе говорил, что я не женат. Ты настолько недоверчива или просто не уверена в себе? Думаешь, будь у меня жена, я бы позволил себе прикоснуться к тебе?

– В себе я как раз уверена! – сказала я, смерив его раздражительным взглядом. – А в других уже никогда не буду. И чтобы прикоснуться к другой женщине, совсем не обязательно иметь жену. Достаточно просто девушки, которая тебе доверяет, черт возьми! Это всё? Ты выяснил, что хотел?

– Возвращайся к работе, – сказал мне Абрам с колючей холодностью. – Ты обязана присутствовать на собраниях. А если не получается – самостоятельно принимай соответсвующие меры, пока не лопнуло мое терпение и их не принял я.

В лифте я сжимала и разжимала кулачки, не давая отчаянию взять надо мной верх. Шварценеггером оказался мой отец, который абсолютно точно затеял неладное. Он знал, что я работала у Абрама, а их связывала дружба или что-то вроде того. Мой папаша, очевидно, хотел оставить меня без работы, без средств к существованию, чтобы я, как побитый котенок, вернулась в отчий дом и на коленях умоляла о прощении, признавая собственную вину во всех бедах, что со мной приключились!

– Черта с два. Черта с два, – повторяла я шепотом.

В любом случае, я найду другую работу. Если бы отец был в таких же теплых отношениях с моим бывшим боссом, то, вполне вероятно, я бы не задержалась в этой компании на пять лет. А теперь же… Один лжец дружил с другим лжецом.

– Вот ты где! Ну, как? Поговорила с Абрамом? – подхватил меня под руку Стас, стоило только ступить на пятый этаж.

– Ага. А ты чего такой радостный? И где… все?

– В комнате отдыха! Представляешь, эта брюнетка, с которой был Абрам на базе, такая веселая! Серьезно! По ней стенд-ап плачет! Абсолютнейшая противоположность хмурому Абраму!

– …Почему она здесь? То есть, зачем она пришла на пятый этаж, если её Абрам на седьмом?

– Они с Ингой подруги. Астрид заехала поздороваться с ней и братом, заодно и привезла нам вкуснейшую шаурму! Твою я спрятал в столе, а то Ваня сегодня уже половину торта слопал!

– С братом? – посмотрела я на Стаса, когда он открыл передо мной стеклянную дверь. – И кто он?

– Пф! – закатил Стас глаза. – Абрам вообще-то! Они двойняшки, представляешь!

Я неуверенно вошла в комнату отдыха, переполненную сотрудниками нашего отдела. Эта самая Астрид с довольной улыбкой до ушей рассказывала о… бог знает о чем! Черт возьми, она была его сестрой, а не девушкой! Если честно, мне хотелось и плакать, и смеяться.

* * *

– Неужели так сложно было сказать тебе, что она его сестра? – негодовала Мила, когда мы тем же вечером прогуливались по нашему бульвару. – Почему мужчины вечно всё усложняют?

– А я думала, что это наша прерогатива.

– Мы этой ерундистикой занимаемся по очереди. И что у него за дела с твоим отцом?

– Я задаюсь тем же вопросом. – Я отпила горячий кофе из пластмассового стаканчика. – А ещё я с трудом могу поверить, что Абрам сказал правду о Юле. Мы с ней работали вместе несколько лет, а наши столы стояли друг на против друга! Понимаешь, я бы увидела что-то… Не знаю, заметила бы… А ещё он имел в виду Кристину, с которой они вдвоем… промышляли.

– И что бы конкретно ты увидела? – скептически спросила Мила. – Как она сидит в черных очках и по рации передает какие-то данные?

– Смешно. Когда у нас компьютеры полетели, она была по-настоящему обеспокоена! Не то, чтобы наиграно, понимаешь, а реально.

– Ага. А потом в салоне ювелирных украшений, с тяжеленным колье на шее упрекнула тебя в том, что ты оказывается не сообщила ей, кто твои родители! Видимо, эта информация была для нее очень важна. Эта Юля завистливая и сама себе на уме. Абрам правильно сделал, что уволил её. Почему ты не спросила, что его связывает с твоим отцом?

– Это не мое дело. То есть, разумеется, меня это интересует, но я не хочу, чтобы Абрам об этом знал.

– Я понимаю. Тебе нужно знать, какие у них дела, но Абрам не должен даже мысли допустить, что тебе до этого есть хоть какое-то дело. И по сути дела-то тебе до их дел никакого нет, но будет намного лучше, если ты будешь в курсе. Спокойнее.

– Именно. Я знаю, что мой папаша хочет оставить меня без средств к существованию. Чтобы я мыкалась от одного места к другому, пока не осознаю, что ничего у меня без его помощи не получится. Но не выйдет. Я никогда не вернусь в семью.

Мила повернула ко мне голову и намного тише произнесла:

– Но ты всё равно всегда будешь её частью. Твоя фамилия не Грушевская, но ты всё равно…

– Я Истратова, – перебила я, взглянув на подругу. – Как моя бабушка: добрая, верная и честная. Никакая не Грушевская, у которых на уме только деньги, выгода и бесчувственность размером с Марс. Марс ведь большая планета?

– Наверняка!

– Или Сатурн больше? У него ведь ещё и кольца есть.

Мы посмотрели друг на друга, а потом громко засмеялись. Наши лица прятались за плотной завеса белой пара.

– У тебя телефон звонит, – сказала Мила, хотя я совершенно не слышала.

– Вот черт.

– Что? – Я повернула к ней сверкающий экран телефона. – Ого! На часах половина девятого вечера, а тебе звонит босс. Хм. Что бы это могло значить?

Прочистив горло, я провела пальцем по ледяному экрану.

– Слушаю?

Мила глядела на меня во все глаза, потягивая свой кофе.

– Николь, извини, что звоню в такое позднее время. Это важно.

– …Что случилось?

– У Анкура Хатри юбилей. Он отправил мне приглашение ещё две недели назад, но я забыл о нем.

– Ну, это не удивительно. Ты о многом забываешь. – Мила открыла рот, а потом подняла вверх большой палец, как бы одобряя мои слова. – И чем я могу помочь? Выбрать подходящий подарок?

– Нам нужно улетать, – не оценил он мою шутку. – Если успеем на ближайший рейс, то будем в Мумбаи к утру. Останется время на отдых и сборы.

– …Что? Мумбаи? Это же Индия!

– Правда что ли? А я не знал.

– Абрам, туда лететь не меньше шести часов! И с какой стати я там должна быть?

– С такой, что для тебя тоже есть приглашение. К тому же, у нас есть возможность познакомить Хатри с нашим проектом. И Кэйлаш очень расстроится, если ты не появишься.

– Абрам, чтобы ехать в Индию, нужно как минимум пройтись по магазинам и купить что-то подхо…

– Ты купишь это там, – перебил он меня. – Мы туда не развлекаться едем, Николь, а захватить клиента.

– Он твой друг!

– Он мой знакомый. И это вовсе не значит, что по этой причине Хатри выберет наш проект. Ты очаровала Кэйлаш, она в восторге от тебя. Если ты не приедешь на день рождения её горячо любимого мужа, она сочтет это за неуважение.

– Но ехать нужно в Индию! Это не ближний свет!

– Самое то, чтобы продемонстрировать свое почтение. Едешь?

– Как будто у меня выбор есть! – фыркнула я. – Ты говоришь со мной так, словно уже всё решил за меня!

– Собирай чемодан.

– Что и требовалось доказать, – закатила я глаза.

– Арсений закажет такси и купит нам билеты. Через полтора часа встречаемся в аэропорту.

– Чтобы купить билет, ему нужен мой загранпаспорт! – напомнила я так, словно умничала.

– Все твои документы имеются в нашей базе. Собирайся!

Я даже вздохнуть не успела, как он бросил трубку.

– Летишь в Индию? – оглядела меня Мила.

– Видимо так.

– С Абрамом.

– Это по работе, – закатила я глаза.

– Секс у вас тоже был по работе. Точнее на работе. В любом случае, не теряй голову, деточка. Идем! Помогу собраться. И Люрекса заберу. Теперь у меня есть ушастый и хвостатый парень Люря!

Кто-кто, а я точно не разделала веселого настроения подруги.